— Без шуток, но я не забыла. Почему, думаешь, мы прятались?

— Попробуй прятаться за запертой дверью, тупоголовая.

Мы строго смотрим друг на друга, пока обе не вздыхаем.

— Ладно... Я хотела рассказать тебе, но... — набираю побольше воздуха в легкие. — Томас и есть тот самый парень, с которым я лишилась девственности. Тот из клуба, о котором я тебе рассказывала.

Подруга резко ахает.

— Нет...

— Да.

Затем наклоняется ко мне:

— Он забрал твою девственность?

— Ага.

— Нет...

Я слегка хихикаю.

— Да. Сколько раз мне это повторить?

— Мать твою, да я не верю в это, — говорит она.

— Ну, лучше поверь, потому что это правда.

— О, Боже мой…

— Знаю, сложновато поверить в то, что я занималась сексом с нашим профессором.

— Ты лгала мне все это время... — говорит она, поджав губы.

— Нет, я просто не рассказывала тебе. Не малая разница.

— Как ты могла мне не рассказать? Это же самая важная деталь.

— Я не знала, ясно? Откуда мне было знать, что он мой профессор? И когда поняла, то почувствовала себя весьма униженной. Мне просто хотелось забыть о случившемся.

— О, Боже мой... — Лес прижимает ладонь ко лбу, словно на нее снизошло провидение. — Вот почему ты ушла с нашего первого занятия с ним. Сказала, что тебе плохо. — Она на тычет в меня пальцем. — Вранье все.

— Виновата, — поднимаю руки я. — Слушай, извини. Я действительно не хотела лгать тебе. Просто так получилось.

— Ага, случайно трахнулась со своим проклятым преподом.

Пожимаю плечами, а Лесли скручивает документ, что держала в руке, в трубочку и ударяет меня по голове, заставляя прыснуть со смеху.

— Ты из ума выжила? — кричит она. — Ты хоть знаешь, насколько глупо это все звучит?

— Да! Остановись, — говорю я, все еще смеясь и пытаясь выхватить бумагу, но Лесли быстрее меня.

— Ты трахалась со своим долбаным профессором. Если это не пятьдесят оттенков разврата, то я не знаю, как это назвать.

— Ну... ему нравятся изощренности. — Я смеюсь от одного лишь вида гримасы на ее лице.

— О, Боже мой, не в этом чертов смысл! — Подруга снова нападает на меня. — Ты врала!

— Ладно, да поняла я, и мне очень жаль, — говорю, наконец, сумев вырвать у нее документ.

— Я тупо застукала тебя, целующейся с долбаным преподом.

— Знаю, и мне чертовски неловко.

Она хмурится.

— Тогда почему ты пошла к нему? Зачем вообще ставить себя в такое положение? Это только усложняет ситуацию.

— Ну я же не могу не ходить на уроки, не так ли?

— Я. Не. Это. Имею. В виду. — Лесли вырывает у меня бумагу и засовывает в рюкзак.

— Да, мы поцеловались. И это, вероятно, не в последний раз.

Она наклоняет голову.

— Это я и имею в виду. Дважды — уже не случайность.

— Хорошо. Ты права. Я не могу устоять перед ним.

— И он не может сопротивляться тебе... — размышляет она. — И что ты собираешься теперь делать? Вы не можете так продолжать. Ты же знаешь, что это запрещено.

— Да понимаю, но... я не знаю, смогу ли остановиться. Захочу ли вообще.

Она успокаивается на секунду, но взгляд на ее лице говорит все.

— Сможешь простить меня за то, что я лгала тебе?

Ее губы напоминают две тонкие линии.

— Я не знаю…

— Мне тебя умолять? — надуваю я губы, что заставляет ее бороться с улыбкой.

— Хорошо, я прощаю тебя за ложь, но это не значит, что то, что ты делаешь, хорошо.

— Знаю, но, пожалуйста, не суди меня.

— Не сужу. Я разочарована. И беспокоюсь о тебе, — сглотнув, говорит она. — Я думала, что ты потеряла свою девственность с каким-то случайным парнем, а не с нашим долбаным учителем. Это так странно. Как ты собираешься сидеть в классе, зная, что он видел тебя голой?

Поднимаю брови и, сжав губы, пожимаю плечами.

— Ты даже не думала об этом? Как насчет последствий? Что, если кто-то узнает?

— Ты узнала... — бормочу я.

— В точку. Так что, по существу, вы уже в жопе.

— Пожалуйста, не рассказывай никому, — обращаюсь я с мольбой на лице. — Прошу.

Она вздыхает.

— Ты уговариваешь меня стать твоей сообщницей?

— Я лишь прошу притвориться, что ты никогда ничего не видела.

— Но я видела, — ведет бровью Лесли.

— Пожалуйста... — хватаю ее за руку. — Обещай, что никому не расскажешь.

— Это против правил колледжа. Ты можешь вылететь отсюда. А он может потерять работу. Зачем тебе так рисковать? — спрашивает подруга, сочувственно склоняя голову.

— Потому что я... — взгляд в пол, — он дает мне то, чего никто никогда не давал. Мне это нужно. — Теперь смотрю на нее. — Пожалуйста, пойми. Это единственный способ справиться с моей жизнью прямо сейчас.

— С его помощью?

— Мне нужно это. Мне нужно... все, что он предложит.

Лесли коротко вздыхает и медленно кивает.

— Хорошо. Я поняла.

— Значит, ты сохранишь это в секрете?

— Ладно, да, но я не хочу участвовать ни в чем, — она хватает мою руку. — Я не собираюсь становиться на твою сторону, если разверзнется ад. И не стану лгать ради тебя. Я могу сохранить это в секрете, но не собираюсь ставить свою репутацию или место в колледже под удар.

— Понимаю и никогда не попрошу об этом. Я просто хочу, чтобы это осталось между нами. И все.

— Хорошо, — кивает она. — Боже. Мне понадобится отбеливатель, чтобы стереть воспоминание вас двоих из моей памяти.

Я улыбаюсь.

— По крайней мере, ты не видела, как мы трахаемся.

— О, Боже, не начинай. — Она оборачивается, но делает паузу, только чтобы снова схватить мою руку. — Но у него же классная задница, верно?

Отвечаю ей усмешкой:

— Хороша, словно у Кристиана Бэйла.

Подруга смеется, потом качает головой.

— Я думала, что хочу знать, что у него в штанах, но теперь нет.

— Это только потому, что я истощила его, — играю бровями, заставляя ее закатить глаза.

— Ух, заткнись. — Она игриво толкает меня локтем, и я отвечаю тем же.

— Итак... просто для уточнения... между нами все в порядке?

Лес поворачивает голову ко мне.

— А когда-нибудь было иначе?

— Нет... — отвечаю я, и, поскольку мы обе точно знаем, что имеется под этим в виду, разражаемся смехом, когда проходим по коридору на самый странный урок, который у нас когда-либо будет.

* * *

Час спустя

 Томас смотрит на меня с самого начала урока. Я узнаю эмоции в его глазах, и они не несут ничего хорошего.

 Это не обычный взгляд из рода «я хочу трахать тебя до смерти», а тот, который я никогда не видела прежде, и напоминает он нечто из рода «я сейчас потеряю терпение прямо перед всеми».

От такого взгляда хочется заползти под стол в надежде, что там я найду дверь в Нарнию.

Я уже чувствую ледяной холод, что заставляет меня содрогнуться.

— Замерзла? — спрашивает Лесли. — Если хочешь, возьми мой шарф.

— Нет, просто ощущаю на себе взгляд, — киваю я ей, затем указываю на Томаса.

Она приоткрывает рот.

— О... скорее всего, потому что я...

— Да, — киваю. — Не могу дождаться окончания занятия.

Она усмехается.

— Что ты сделала? За губу его укусила?

— Урок окончен, — внезапно произносит Томас, и прежде чем мне удается ответить Лесли, она уже встает со своего места.

— Куда пойдешь? — спрашиваю я.

— В библиотеку. Мы с Лейлой партнеры. — Она быстро складывает вещи в сумку и удаляется. — Извини, кажется, я забыла сказать тебе.

— Нет, все хорошо. Иди, учись. Я просто притворюсь, что меня здесь нет. Надеюсь, смогу пробраться незамеченной.

Она кривится.

— Я в этом сомневаюсь.

Затем кивает на Томаса.

В тот момент, когда я смотрю на него, мне хочется просто умереть.

Этот взгляд на его лице.

Вау.

— Ну, увидимся! — кричит Лесли на выходе, уходя вместе со всеми моими одногруппниками.

И теперь я остаюсь наедине с ним.

Вот так вот просто.

Отчаянно начинаю собирать вещи, пытаясь справиться как можно быстрее, но, судя по всему, не такая я и ловкая.

— Хейли.

Низкий, пылающий голос заставляет меня поднять глаза, даже если я этого не хочу.

О, Боже. Он подходит сюда.

Пот стекает по лбу, когда я бросаю все в сумку и встаю... только чтобы встретиться лицом к лицу с ним.

— Сядь. На место.

Сглатываю и тут же опускаюсь.

Даже не знаю, почему слушаюсь его. Почему он заставляет меня повиноваться?

Дело в страхе?

Нет.

И обольщение здесь не при чем, потому что он, кажется, зол.

Нет... Я думаю, это... уважение.

Вот только понимание этого заставляет меня вникнуть в этот взгляд получше.

— Эта девушка, с которой ты сидела рядом. Лесли. Ты хорошо ее знаешь?

— Она моя лучшая подруга, — отвечаю ему.

Томас наклоняется и кладет руку на стол, загоняя меня в ловушку.

— Она стала свидетелем нашего поцелуя. Ты пошла за ней. И что ей сказала?

— Попросила ее успокоиться, — говорю я.

— Что еще? — спрашивает он меня.

— Ничего…

— Должно быть что-то еще, — шипит Томас. — Как мы узнаем, можем ли ей доверять?

— Можем. Она никогда не предаст моего доверия.

— Откуда тебе наверняка это знать?

Я хмурюсь от его слов.

— Она — моя лучшая подруга. Не знаю, как ты, но для меня это не пустые слова.

Его губы подрагивают.

— Не говори мне, что это значит. Мне прекрасно известно. Всего лишь хочу убедиться, что она не расскажет о нас всему миру.

— А что вдруг? Боишься, что кто-нибудь узнает?

— Конечно, да! — кричит Томас. — Это может испортить мою карьеру.

— Очевидно. Это все, что важно.

Он вздыхает.

— Не все. Я просто не хочу рисковать, — профессор наклоняет голову. — Ты должна понять. Это может разрушить и тебя.

На моем лице появляется гримаса.

— Я сказала тебе, что ты можешь ей доверять. И ты также должен доверять мне.

Томас приоткрывает рот, но не произносит ни звука, рыча про себя.

— Блядь. Нам стоило запереть эту сраную дверь, когда была возможность.

— Слушай, извини, ладно? Я не знала, что она придет и увидит тебя. Ее никогда не волновали ее оценки.

— Оценки? Так она пришла за ними? Вот по какой причине она застала нас? — Томас накрывает глаза рукой и медленно проводит вниз по лицу. — Мать же ж твою трижды за ногу, — он так сильно ударяет рукой по столу, что заставляет меня вздрогнуть на месте.

— Господи, — кричу я.

— Черт. — Профессор отворачивается, его плечи поднимаются каждый раз, когда он переводит дыхание.

Напряжение в комнате убивает меня.

— Тебе не обязательно так злиться.

— Ну, ничего не поделать, — он снова поворачивается ко мне. — Послушай, я очень забочусь о своей репутации.