— Все хорошо, — отмахивается она, опускаясь на тонкий матрас и натягивая простыню до шеи. Очаровательно. Неужели она думает, что я позволю ей там спать?

Наклоняюсь и поднимаю ее с пола вместе с простыней.

— Итан! — протестует она, обвивая руками мою шею, словно боится, что я ее уроню.

Опускаю ее на нижнюю койку, прижимаю к стене и проскальзываю следом.

Для одного кровать крошечная. Для двоих же - микроскопичная. Уснуть можно только одним способом: я прижимаю ее к себе и заключаю в объятия. Сейчас я чувствую себя лучше, чем за весь день.

Мой подбородок упирается в ее голову, а ее щека прижата к моей груди. Я чувствую трепет ресниц Тейлор на коже. Она не закрывает глаза и не засыпает, как я того желаю.

— Тейлор? — зову я. — Скажи мне, что не так.

Мое сердце разбивается. Ранее, на крыльце, я волновался, что не смогу продолжить наши отношения в том же духе, особенно держать все в секрете. Теперь, когда она в моих объятиях, я понимаю, что готов на все, лишь бы ее удержать. Даже если это означает, что мне нужно заткнуться и вести себя так, как будто ее не существует в течение дня. Даже если это означает притворяться, что вокруг нее не крутится весь мой гребаный мир, когда нас окружают люди.

Она качает головой и молчит. Очевидно, что в ее голове крутится много мыслей, но сейчас она не готова ими делиться.

— Расскажешь утром? — шепчу ей на ухо.

Снаружи завывает ветер и гремит гром.

Она целует меня в грудь, но не отвечает.