И мисс Уайнфлит твердо сжала губы и поглядела на Люка с мрачной решимостью.

Люк знал, что надо с достоинством принимать поражение, когда с ним сталкиваешься.

Он нашел, что чувство справедливости мисс Уайнфлит и что-то еще более неопределенное и туманное, чего он даже не мог сформулировать, быЛо против него.

Он принял поражение и поднялся, чтобы любезно раскланяться. Он намеревался снова вернуться к этой теме позже, но в своем обращении не позволил себе намекнуть об этом.

— Конечно, вы должны поступать так, как считаете нужным,— сказал он,—Благодарю вас за помощь, которую вы мне оказали.

Мисс Уайнфлит казалась менее самоуверенной, когда провожала его до дверей.

— Я надеюсь, вы не подумали,— начала было она,—-что...— И затем заговорила о другом: — Если вас будет что-нибудь беспокоить и я смогу оказаться вам полезной, пожалуйста, дайте мне знать.

— Непременно. Вы ведь никому не расскажете о нашей беседе?

— Конечно. Я никому не скажу ни слова.

Люк надеялся, что это была правда.

— Передайте мой привет Бриджит,— попросила мисс Уайнфлит.— Она такая милая и красивая девушка, не правда ли? И умница. Я... я надеюсь, что она будет счастлива.

И так как Люк вопросительно взглянул на нее, добавила:

— Я имею в виду ее замужество с лордом Уайтфильдом. Правда, такая большая разница в возрасте...

— Да, конечно.

Мисс Уайнфлит вздохнула.

— Вы знаете, ведь когда-то и я была помолвлена с лордом,— произнесла она неожиданно.— Это было давно. Он был таким многообещающим молодым человеком! Я помогала ему получить образование. И я им так гордилась! И им самим, и его успехами...

Она снова вздохнула.

— Мои родные, конечно, были возмущены. Классовые различия в те дни были еще в большой силе...

Затем, после небольшой паузы, она добавила:

— Я всегда следила за его карьерой с большим интересом. Мои родные, я думаю, были не правы.

Затем, улыбнувшись на прощание, она кивнула ему и вернулась в дом.

Люк пытался собраться с мыслями. Он классифицировал мисс Уайнфлит, как определенно «старую». Теперь он окончательно понял, что ей было около шестидесяти. Лорду Уайтфильду было далеко за пятьдесят. Она могла быть на несколько лет старше его.

И он собирается жениться на Бриджит! Бриджит, которой всего двадцать, которая молода, красива и жизнерадостна!..

— О, проклятье! — воскликнул Люк.— Мне не следует задумываться над этим, Надо заниматься работой.

Миссис Черч, тетка Эмми Г'ибс, была несимпатичной женщиной. Ее острый нос, бегающие глаза и чересчур говорливый язычок — все вместе вызывало у Люка чувство тошноты.

Он попробовал заговорить с ней резко и решительно, и совершенно неожиданно это помогло.

— Все, что от вас требуется,— сказал ои ей,— это отвечать правдиво и как можно точнее на мои вопросы. Если вы скроете что-нибудь и не будете говорить правду, последствия могут быть для вас очень серьезными.

— Да, сэр, я понимаю. Я очень хочу рассказать вам все, что знаю. Я никогда не имела дела с полицией...

— И не хотели бы иметь,— закончил за нее Люк.— Ну, если вы будете поступать так, как я сказал, о полиции не будет и речи. Я хочу знать все о вашей племяннице. Кто у нее были друзья, какие и откуда у нее были деньги, не говорила ли она чего-нибудь из ряда вон выходящего. Итак, начнем с друзей. Кто они были?

Мисс Черч злобно сверкнула на него уголками своих хитрых неприятных глаз:

— Вы имеете в виду мужчин, сэр?

— А были ли у нее подруги?

— Ну, едва ли... о ком стоило бы говорить. Конечно, были приятельницы, с которыми она вместе работала, но Эмми не часто сталкивалась с ними... Видите ли, она больше предпочитала сильный пол.

— Продолжайте, расскажите мне об этом.

— Этот Джим Харвей из гаража, она с ним действительно дружила. И он был приятным и образованным человеком. «Это самое лучшее для тебя>> — так говорила я ей много раз.

Люк оборвал ее:

— А были другие?

Она вновь бросила на него злобный взгляд.

— Я полагаю, вы думаете о том господине, который содержит антикварный магазин! Мне самой не нравилась эта история, и я прямо говорю вам об этом. Я всегда пользовалась уважением и никогда не занималась флиртом. Но с этими современными девушками совершенно бесполезно разговаривать. Они все делают по-своему, а потом часто сожалеют о своих поступках.

— И Эмми тоже сожалела? — спросил резко Люк.

— Нет, сэр, этого я не думаю.

— Она ходила на консультацию к доктору Томасу в день своей смерти не по этой ли причине?

— Нет, сэр, я почти уверена, что это не так. О, я могла бы поклясться в этом! Эмми почувствовала себя больной и не в своей тарелке,— добавила она, подумав.— Но это была просто простуда, кашель, который она где-то подцепила. И конечно, ничего такого, о чем вы подумали, я в этом уверена, сэр.

— Я вам верю на слово. А как далеко зашли ее отношения с этим Илсуорси?

— Я не могу вам точно сказать, сэр. Эмми не посвящала меня в свои секреты.

— Но их отношения все-таки зашли очень далеко? — спросил Люк.

Миссис Черч спокойно продолжала:

— Этот джентльмен здесь не пользуется хорошей репутацией, сэр. К нему из города часто приезжают друзья, и тогда происходит очень много странностей. Хотя бы то, что в полночь они собираются на «Лужайке ведьм».

— И Эмми ходила туда с ними?

— Я так полагаю, что один раз она действительно там была. Она оставалась там всю ночь, и именно из-за этого его светлость вышел из себя. В то время она работала в Ашманоре. Он разговаривал с ней очень резко, в ответ она ему надерзила и получила от него выговор, как и следовало ожидать.

— Рассказывала она вам, что именно происходило в ту ночь на лужайке?

Миссис Черч покачала головой:

— Не очень-то много, сэр, она больше была заинтересована своими собственными делами.

— Какое-то время она жила у Гартонов?

— Да, около года.

— А почему она ушла с этого места?

— Просто искала для себя место повыгоднее. В это время освободилось место горничной в Ашманоре и она поступила туда.

Люк кивнул.

— А она служила у Гартонов во время смерти хозяйки?

— Да, сэр, и по этому поводу она много ворчала. Ей приходилось дополнительно убирать и ухаживать за двумя сиделками.

— Ас адвокатом мистером Абботом она не имела дела?

— Нет, сэр. У мистера Аббота есть лакей, и его жена сама любит домашнее хозяйство. Однажды, правда, Эмми ходила к нему в контору, но не знаю, зачем.

Люк оставил в запасе этот маленький эпизод. Но так как миссис Черч ничего больше не знала, он не стал настаивать на этой теме.

— А из других мужчин в поселке был еще кто-нибудь ее другом?

— Не знаю.

— Рассказывайте, миссис Черч, помните, я хочу знать всю правду.

— Я говорила ей, что это вовсе не джентльмен и даже очень далек от него. Я так ей прямо и сказала, что она только роняет свое достоинство.

— Может быть, вы будете выражаться яснее, миссис Черч?

— Вы, может быть, слыхали о «Семи Звездах», сэр? Не очень-то первоклассное заведение, и его хозяин Гарри Картер — низкосортный парень. И большую часть времени он бывал пьян.

— Эмми была его приятельницей?

— Она ходила с ним гулять, но я не думаю, чтобы между ними были более близкие отношения.

Люк задумчиво кивнул и переменил тему разговора:

— А не знали ли вы мальчика Томми Пирса?

— Что? Сына миссис Пирс? Конечно, знала. Он вечно был занят какими-нибудь проделками.

— А он часто встречался с Эмми?

— О, нет, сэр. Эмми дала бы ему пощечину, если б он вздумал сыграть над нею одну из своих шуток.

— А была ли она довольна работой на своем последнем месте, у миссис Уайнфлит?

— Она находила ее немножко скучной, сэр, и плата была не такая высокая, но, конечно, после того как ее с позором выгнали из Ашманора, ей не так-то легко было подобрать другое место.