— Я тоже. Вы же назвали меня хладнокровной.

Налетел резкий ветер.

— Снимите капюшон! — попросил Люк.

— Зачем?

Внезапно он откинул капюшон назад. Ветер подхватил и разметал ее волосы. Она с удивлением взглянула на него, его дыхание стало учащенным.

— Вам определенно не хватает помела, Бриджит. Вот такой я увидел вас впервые.

Она внимательно посмотрела на него, а он неожиданно добавил:

— Вы все же жестокий дьявол!

И он снова накинул на нее капюшон.

— Теперь пойдемте домой.

— Подождите...

— Почему?

Она шагнула к нему и тихо, слегка задыхаясь, проговорила:

— Потому что я должна что-то сказать... сказать вам. Для этого я ждала вас здесь. Не в замке... Я хочу вам сказать это прежде, чем мы войдем в дом, принадлежащий Гордону...

— Ну?

С коротким и несколько натянутым смешком она проговорила:

— О, это просто. Вы выиграли, Люк, вот и все.

Он резко спросил:

— Что вы хотите этим сказать?

— Я хочу сказать, что покончила с мыслью стать леди Уайтфильд.

Он подошел к ней вплотную:

— Это правда?

— Да, Люк.

— И вы выйдете замуж за меня?

— Да.

— Хотел бы я знать: почему?

— Я не знаю. Вы говорили мне такие грубости, и, кажется, они мне очень понравились...

Он обнял ее и поцеловал, заметив:

— Сумасшедший мир!

— Ты так считаешь, Люк? Но ты счастлив?

— Не особенно.

— А думаешь ли ты, что будешь когда-нибудь счастлив со мной?

— Я не знаю, но я рискну.

— Да, примерно то же чувствую и я.

Он снова обнял ее за плечи.

— От всей этой истории мы и сами стали недоверчивыми и подозрительными, моя радость. Пойдем в дом. Утром мы будем более нормальными.

— Все это немного странно. Вот как иногда складывается у людей...

Она взглянула вниз и потянула его за рукав.

— Люк... Люк... Что это?

Луна выглянула из-за облаков. Люк посмотрел вниз, куда указывала Бриджит, и заметил какую-то темную неподвижную массу. Он бросился вперед и опустился на колени. Потом он перевел взгляд вверх, на колонны калитки. Скульптур абрикосов, украшавших колонны, на месте больше не было.

Наконец он поднялся. Бриджит нервно дрожала и прижимала обе руки ко рту.

— Это шофер Риверс... Он мертв,— проговорил Люк.

— Эти ужасные каменные штуки время от времени падали. Я думаю, ветер снес их прямо на него.

Люк покачал головой:

— Ветер не смог бы сделать ничего подобного. О, это очень похоже и это так и есть... Это очередное убийство!

— Нет, нет, Люк!

— А я говорю, что это так. Я почувствовал на его затылке и в самой ране крупинки песка. Здесь же кругом нет ни песчинки. Кто-то стоял тут, выслеживая его, а потом схватил этот абрикос и убил его.

Бриджит прошептала:

— Люк, на твоих руках кровь.

Он мрачно ответил:

— Я видел кровь и еще кое у кого... Знаешь, о чем я сейчас подумал? Только днем я считал, что произойди еще одно убийство, и мы быстро выследим убийцу. И теперь мы знаем его. Это — Илсуорси. Он почему-то не был дома и вернулся с окровавленными руками. Он подергивался и подскакивал, как сумасшедший. Это — убийца-маньяк!

— Бедный Риверс,— проговорила Бриджит, снова взглянув вниз.

— Да, бедный парень, ему чертовски не повезло. Но это будет последнее убийство, последнее, Бриджит. Теперь-то мы знаем и поймаем убийцу!

Он увидел, как она пошатнулась, теряя сознание, и подхватил ее на руки.

— А-а,— протянула она жалобно и как-то по-детски.— Я боюсь, я очень боюсь...

— Все уже позади, дорогая,— ответил он,— все прошло.

— Будь добрым со мной,— попросила она,— пожалуйста, ведь мне было так больно...

— Мы сами делали больно друг другу,— ответил он,— и больше никогда не должны этого делать.

Доктор Томас с удивлением посмотрел на Люка.

— Поразительно! — проговорил он.— Поразительно! И вы это серьезно говорите, мистер Фицвильям?

— Абсолютно. Я убежден, что Илсуорси является опасным маньяком.

— Я никогда не обращал внимания на этого человека, хотя мог бы сказать, что он не вполне нормален.

— Я зашел дальше, чем вы, в своих убеждениях,— мрачно заметил Люк.

— И вы серьезно думаете, что этот шофер, Риверс, был убит?

— Вполне. Вы заметили крупинки песка в его ране?

Доктор Томас кивнул.

— Я специально искал их после вашего утверждения, и вы оказались совершенно правы.

— Это объясняет положение вещей. Разве «несчастный случай» не подстроен нарочно? И разве он не был убит ударом мешка с песком?

— Не обязательно.

— Что вы хотите этим сказать?

— Допустим, этот Риверс валялся днем в песчаной яме, их много здесь. Вот и объяснение песчинок в его волосах.

— Сэр, я говорю вам, что он был убит!

— Говорить можно что угодно, но это еще не факты,

Люк постарался сдержать раздражение.

— Я полагаю, вы не поверили ни одному моему слову.

Доктор Томас мягко улыбнулся:

— Вы должны согласиться, мистер Фидвильям, что это довольно дикая история. Вы доказываете, что Илсу-орси должен был убить служанку, мальчика, пьяного мужчину и моего коллегу — старика доктора, наконец, этого шофера Риверса...

— А вы в это не верите!

Доктор Томас пожал плечами:

— Я прекрасно знаю случай с доктором Хьюмбелби. И я убежден, что нельзя предполагать, будто Илсуорси был причиной его смерти. И я, право, не вижу, какие у вас есть доказательства его виновности.

— Я не знаю, как он это сделал, но это хорошо вяжется с историей мисс Пинкертон.

— Здесь вы опять лишь допускаете, что Илсуорси поехал вслед за ней в Лондон и там сбил ее своей машиной. Но ни тени доказательств! Одна... ну... романтика!

— Теперь,— сказал Люк резко,— когда я не могу убедить вас в своей правоте, но лично убежден, что я на правильном пути, теперь моя обязанность добыть доказательства. Я отправлюсь завтра в Лондон. Мой приятель произведен в высший полицейский чин. Он меня выслушает и прикажет произвести расследование. И по всем этим делам...

Доктор Томас задумчиво погладил свой подбородок:

— Это было бы хорошо. И тогда выяснится, что вы ошибаетесь.

Люк прервал его:

— Вы действительно не верите ни слову из этой истории?

Томас поднял брови:

— Верю ли я в массовое убийство? Говоря откровенно, не верю. Слишком фантастично.

— Но все вяжется одно с другим, если принять историю мисс Пинкертон за правду.

Доктор Томас покачал головой:

— Если бы вы знали этих старых дев так хорошо, как я...

Люк поднялся, пытаясь сдержать досаду.

— Фома вы неверующий, вот вы кто.

Томас ответил, не теряя хорошего настроения:

— Представьте доказательства, мой дорогой. Это все, о чем я прошу, а не мелодраматический вздор старой леди.

— Что именно ей померещилось?

Томас снова улыбнулся.

Люк заговорил с еще большим раздражением:

— Не забывайте, что я и сам из полицейских...

И он покинул приемную доктора Томаса.

На улице он подошел к ожидавшей его Бриджит.

— Ну, как вы там с ним?

— Он не поверил мне. Дикая история без доказательств. Но, когда я заручусь поддержкой Билли Бена, колесо закрутится в другую сторону. Мы будем контролировать каждый шаг Илсуорси и...

— Мы очень близко подойдем к раскрытию тайны? — закончила Бриджит.

— Мы уже подошли. И мы не имеем никакого права допустить еще одно убийство!

Бриджит вздрогнула.

— Ради бога, будь осторожнее, Люк!

— Я очень осмотрителен.

— Как тяжело чувствовать себя обреченным.

— Но пока что ты еще не обречена, моя радость, и я тоже.

— Я этого не думаю, но рисковать не хочу. Я сама буду следить за тобой. А не лучше ли заявить местной полиции?

Люк вздрогнул.

— А не лучше ли... Нет это ничего не даст. Самое лучшее — отправиться прямо в Скотланд-Ярд.