— Морте пришел без охраны, и пока не зашел на наши земли, — пояснил король. — Он требует, чтобы его слуга пришел по его зову, но…

Переведя взгляд на Луи, Джабраил тяжело вздохнул. Убить его — это решило бы все проблемы. Но здесь был Бартимеус. Он будет препятствовать, и если убивать вампира, то убивать и джинна, а этого Джабраил не мог допустить, тем более за то время, что он общался с Реджинальдом, правитель увидел в его сердце чистые намерения отказаться от войны. Только из-за этого Луи всё еще стоял на ногах.

— Уходи, Реджинальд, — кивнул ему Джабраил. — И никогда не возвращайся. Если мы встретим тебя на поле боя, то примем за врага. Но что-то мне подсказывает, что Морте не для вознаграждения для тебя пришел.

Вполне вероятно, что Морте пришел именно за казнью.

Луи тяжело вздохнул, но ничего не сказал больше. Джабраил ведь мог его убить и исключить возможность, что его вернут на поле боя принудительно. А ведь именно за этим и пришел Морте, если не поиздеваться снова.

— Одна просьба, — заговорил Луи, обернувшись на спящую Вуди. — Не давайте ее в обиду.

— Я о ней позабочусь, — пообещал Бартимеус, загораживая ее от Луи, как от вампира. Правда, когда Вуди узнает, что он позволил Луи пойти на верную смерть, точно откажется загадывать желания, и плакала его лампа.

Луи хлопнул его по плечу, как старого друга, и вышел из комнаты, кивнув Джабраилу.

— Бартимеус, — обратился Джабраил к своему ученику, когда Луи окончательно ушел. — Я позвал тебя не спроста.

Он вновь повернулся к нему и сделал пару шагов, после чего возложил свои руки на плечи ученика и грустно вздохнул.

— Твоё желание еще не закончено.

Тем самым он его отпускал за Луи, ведь это то, чего желала Вуди — защищать вампира. И с тяжелым сердцем Джабраил понимал, что Барти мог и не вернуться сегодня. И оттого отпускать его было еще тяжелее. Пусть он не лил сейчас слёз, но боль, страх за своего маленького сына читались в глазах невооруженным взглядом.

— Я лишь хочу, чтобы ты, в случае чего, просто переместил его, но не вступал в бой. Твоё дело спасти, но не отбивать. За человеком я пригляжу.

— Спасибо, — Барти опустил голову очень низко, желая поклониться своему повелителю. Он и сам понимал, что придется выступить против самого архивампира, если дело дойдет до драки. Он и в половину не так хорош, как Казан, чтобы тягаться на равных с вампирскими аристократами. — Я сделаю все, что в моих силах.

Отступая на шаг, он все же поклонился Джабраилу и направился следом за Луи, держась на расстоянии, чтобы оставаться незаметным. Барти не хотел, чтобы его обнаружили раньше времени. Конечно, он не тешил себя глупыми надеждами, что сможет обмануть короля вампиров, но осторожность не помешает. (Читай на Книгоед.нет) Так что он спрятался, когда увидел вдалеке, как Луи приближается к Морте.

Морте улыбался, и его улыбка не сходила с лица с самого прихода сюда. Ожидания того стоили, и слова джинна подтвердились: вот и сам Реджинальд, один из лучших вампиров, здесь, живой. Морте расправил руки, как старый добрый друг, желающий обнять Луи, но когда тот остановился, Морте не двинулся с места.

— Реджи, какая встреча! — воскликнул он. Его тело, хоть и было телом старика, распространяло силу короля, будто тот не просто напился крови, а принимал ванну, наполненную ею. Морте думал о том, чтобы перестраховаться перед встречей не столько с Луи, сколько с Джабраилом. — Мы-то думали, что ты мёртв, а оказывается… Лучше бы так оно и было… для тебя же.

— Что тебе от меня нужно? — Как же непочтительно он обратился к королю. Хотя Луи уже давно не считал Морте своим повелителем. — Джинны отпустили меня, отпусти и ты. Я уйду, и можете продолжать считать меня мертвым, всем во благо.

Скрестив руки, Луи привалился к стене сторожевой башни. В отличие от Морте, он предпочел скрыть, что восстановил силу, пусть и не в полной мере. Кровь Вуди сделала свое дело, хоть вековой голод утолить не так просто, но ему хватит сил, чтобы дать отпор. Возможно, даже удастся сбежать. Радовало, что Морте заявился сюда один, хоть это и было странно. Неужели и правда так рисковал, чтобы только встретиться с ним?

— Я отпущу тебя, — с радостью кивнул Морте, но, прежде чем Луи двинулся, протянул руку в сторону, подзывая кого-то. — Ведь жизнь для тебя станет большим наказанием, чем смерть, уж я об этом позабочусь. Ты, я смотрю, стал намного лучше с нашей последней встречи. Даже щечки порозовели, а был самым обычным зомби после того, как в руки нам попала твоя драгоценная Анна. Оно и понятно — птичка нашептала, что ты нашел себе новую игрушку.

Наверное, не стоило рассказывать, о чем говорил Морте, говоря о смерти, как об освобождении от мук. Он намекал на Вуди! Каким-то образом Морте прознал не только про жизнь Реджинальда, но и о его человеке. Хотел ли повторить то, что случилось с Анной?

Но Луи еще не знал, что не это сейчас было самым худшим.

— Не понимаю, о чем ты, — не моргнув и глазом соврал Луи. — Полагаю, нам больше не о чем говорить.

Он выпрямился и собрался было уже уйти. Пусть лучше так. Он снова исчезнет для всего мира, а Вуди вернётся домой. Здесь ей точно не место, и Морте это только что доказал своими словами. Им никогда не найти покой.

— Луи… — До боли знакомый голос заставил его замереть на месте. Казалось, он даже перестал дышать, а в этот момент сердце остановилось. Это не могла быть она, ему послышалось. В последнее время он перестал думать о ней, и подсознание возмутилось, решив таким образом напомнить о ней. Это не она!

Он повернулся на голос и увидел Анну. Сомнений быть не могло. Волосы изменили цвет, а кожа стала чуточку бледнее из-за нехватки солнечного света, но это все ещё была его Анна. Рука Луи непроизвольно обратилась к кольцу, которое по-прежнему было у него. Она была ещё прекраснее, чем он запомнил.

— Как такое возможно? — тихо шепнул Луи. Просто не мог поверить своим глазам.

— Луи, — ещё раз позвала она его. Ее голос, манера произносить его имя с мягкой улыбкой на устах — ничего не изменилось.

— Анна, — позвал он ее в ответ и вытянул руку, чтобы коснуться, чтобы удостовериться, что это не мираж и не злая магия. — Анна, это ты? Но как? Я не понимаю. Я же видел, как тебя не стало.

— Луи, это я, — улыбнулась она ещё радостнее и позволила себя коснуться. Ее кожа давно стала такой же ледяной, как у него, но изумрудные глаза по-прежнему дарили тепло.

Он обхватил лицо Анны обеими руками, разглядывая, вспоминая каждую черту и сравнивая его с тем образом, что сохранил в памяти. На мгновение ему даже показалось, что не было этих сотен лет мучительных страданий и одиночества. Вот его прекрасная Анна рядом, только холодная и другая.

— Благодаря тебе я теперь такая. — Голос ее стал ледяным, а глаза снова приняли голодный красный оттенок. Анна впилась до крови когтями в руки Луи, отрывая их от себя. — Прежде чем растерзать мое тело у тебя на глазах, меня обратили. Морте, мой повелитель, дал мне новую жизнь после того, как прежнюю ты отнял у меня. — Теперь ее влюбленные глаза были обращены к другому вампиру, и она, отпуская руки Луи, бросилась в объятия Морте. Теперь для нее существовал только один мужчина: ее создатель, ее хозяин и повелитель.

Обняв нежно, так, как когда-то её обнимал сам Луи, Морте засмеялся, но тоже мягко. Это еще не был победный смех, но он добился, чего хотел: увидел Луи таким, каким и должен был видеть — растерянным, напуганным, ничего не понимающим. Жаль, что Морте не будет, когда до Реджи дойдет и осознание произошедшего.

— Моя маленькая Анна, — прошептал он ей, и, все еще смотря на Луи, Морте опустил лицо к шее своей вампирши и нежно поцеловал её, а она не скрывала, как ей это нравилось. — Да, Луи, я понимаю тебя, почему ты выбрал именно эту женщину. Она красива, горяча даже в теле вампира. И самое главное, она преданная. Чего нельзя сказать о тебе.

Морте провоцировал Луи и тянул время для своих вампиров-гончих. Он опустил свои руки на талию Анне и, поглаживая её, всё больше добавлял похоти в свои касания и поцелуи. Но ни разу его веки не сомкнулись, неотрывно наблюдая за ним.

— Да, Луи. Это та самая твоя сладкая Анна. Так же ты её называл? — прошептал Морте. — И каково это осознавать, кем она стала, и кто сейчас ласкает её?

Слова Морте раскалёнными иглами впивались в сердце Луи. Даже такие личные подробности она ему рассказала. Видеть некогда милую и нежную девушку в руках этого монстра, осознавать, что он превратил ее в себе подобного было нестерпимо больно. Все он виноват. Если бы Луи только знал, что Анну не убили… Лучше бы он и правда умер тогда.

Луи отвернулся, не в силах смотреть на все это. Это больше не его Анна. Его Анна умерла двести лет назад.

— Если это все, что ты хотел мне показать, я ухожу, — загробным голосом произнес Луи.

— Не уходи, — попросила Анна, и Луи не смог сопротивляться, вновь замерев. Ее голос звучал томно, вызывая воспоминания, которые он не хотел видеть сейчас. В ту секундную паузу, что она сделала, он успел представить молодую живую девушку, которая точно так же просила его остаться. — Луи, вернись ко мне.

«Нет, это больше не она, — убеждал себя Луи. — Это всё какая-то их жестокая игра».

И чем дольше он не оборачивался, тем сильнее злилась Анна. Этот мерзавец ещё смеет не слушаться ее! Да он в ногах у нее должен ползать, моля о прощении за все, что сделал.

— Проклятье, Луи, не отворачивайся от меня! — крикнула Анна, взбесившись окончательно. Она прямо сейчас хотела вцепиться ему в горло и разорвать его, но у них был план, поэтому она вместо него укусила Морте, слегка проткнув кожу клыками, и тут же слизала выступившие капельки крови. Своему повелителю она не могла причинить боли, так что ей пришлось немного придержать себя. — Смотри, какой я стала из-за тебя, и не смей отводить глаза!

Где-то вдалеке все ещё стоял Бартимеус, нервно ожидая, когда случится катастрофа. На таком расстоянии он не мог слышать их разговор, но зато все прекрасно видел. Однако, понять все равно не получалось. «Они позвали Луи, чтобы потрахаться у него на глазах? Чокнутые вампиры».