Мое сердце растаяло.

— Эта маленькая девочка меня убивает, — сказала Вайелин, вытирая слезы с лица.

Стид откашлялся:

— У нас родился здоровый красивый сын.

Раздались радостные возгласы. Когда я увидела, как мой брат плачет, то почувствовала, что и по моему лицу бегут слезы.

— Он прекрасен. Совершенство во всех мыслимых отношениях.

— Поздравляю, сынок, — сказал отец, протягивая руку.

— Спасибо, папа.

Все по очереди поздравили Стида и Хлою и начали рассматривать фотографии на его телефоне.

— Подожди! Как его зовут? — спросила Вайелин.

Стид посмотрел на Хлою и жестом попросил ее всем озвучить.

— Моего младшего брата зовут Гейдж!

Все зааплодировали, и я снова заплакала. Мой брат выглядел таким невероятно счастливым.

Остаток вечера все провели, по очереди встречаясь с Гейджем. Когда пришло время нам с Уэйдом познакомиться с маленьким парнем, Хлоя уже вырубилась на диване в палате Пакстон.

Я вошла, глубоко вдохнув, и схватив Уэйда за руку.

Пакстон сидела в постели, держа в руках маленький сверток радости. Я никогда не видела ее такой красивой.

— О Боже, — прошептала я, стараясь не разбудить Хлою. — Он прекрасен!

На лице Пакстон появилась широкая улыбка. Я видела, как у нее на глаза навернулись слезы, но ей удалось сдержаться. В отличие от меня. Взяв ребенка из ее рук, я села в кресло и уставилась на него.

— Он идеален.

— Я знаю, — ответила Пакстон. — Он такой хороший малыш. Так много людей сюда входило, а он ни разу не заплакал.

— Просто подожди, — заметила Эйприл, мама Пакстон, с легким смешком. — Он это все приберегает для вас.

— Возможно, — усмехнулась Пакстон.

Мы провели в гостях несколько минут, прежде чем я передала Гейджа Стиду.

— Пакстон, ты выглядишь измученной, — заметила я. — Уверена, что присутствие здесь всей семьи было утомительным.

Она покачала головой и хотела что-то сказать, но вместо этого зевнула.

— Мы тоже уходим, — сказала Эйприл, и они с Дэвидом поцеловали Пакстон на прощание. — Стид, дай нам знать, если тебе что-нибудь понадобится. Мы вернемся завтра, чтобы навестить дочь и Гейджа.

После того как родители Пакстон вышли, остались только я и Уэйд. Я взглянула на Хлою.

— Как насчет того, чтобы взять Хлою с нами? Мы сможем устроить старомодную ночевку. Уэйд приготовит гамбургеры и все остальное.

Глаза Стида загорелись.

— Амелия, если ты это сделаешь, я буду тебе очень обязан.

— Чушь. Вот для чего нужны сестры.

Когда я повернулась к Пакстон, она крепко спала. Я прикрыла рот рукой.

— Бедняжка, — прошептала я.

Уэйд поднял Хлою и прижал к груди. На прощание мы помахали Стиду.

Пока шли к лифту, я покачала головой.

— Я знаю, что уже говорила это сегодня, но когда придет время и у нас родится ребенок, я не позволю этому шоу собак и пони растянуться на часы. Бедная Пакстон!

Уэйд усмехнулся.

— Да, согласен с тобой. Я люблю твою семью, но это перебор.

Дорога до ранчо заняла больше часа. Хлоя так и не проснулась, поэтому я положила ее в гостевую спальню рядом с моей комнатой, и спустилась в гостиную. Папа и Уэйд сидели на диване, и пили что-то похожее на виски.

— Не думаю, что Хлоя проснется до утра, — сказала я. — Вот тебе и веселая ночевка.

Отец усмехнулся.

— Это был большой день для нее.

Опустившись в огромное кресло, я подтянула ноги к груди.

— Итак, папочка, ты все еще собираешься дать Уэйду неделю отпуска?

— Так ты же с нами не пообедала.

— Мы провели вместе несколько часов в приемной! Это не считается?

Папа попытался скрыть улыбку, но безуспешно.

— Что ты будешь делать с целой неделей?

Я посмотрела на Уэйда.

— Я подумываю о поездке в Новый Орлеан.

Глаза Уэйда загорелись, и он выпрямился.

— Новый Орлеан? Всегда хотел туда поехать.

Я повернулась к отцу и посмотрела на него щенячьими глазами.

— Смотри-ка, папочка. Как только появился Уэйд, то буквально перевернул ранчо! Ты видел восточное пастбище?

Отец кивнул и отхлебнул виски.

— Это, да. Уэйд стал бесценным активом для ранчо, в этом нет никаких сомнений.

— Благодарю вас, сэр. Я ценю это.

— Джон, ради всего святого. Пусть у мальчика будет неделя отдыха. Разве ты не помнишь, каково это – быть молодым и влюбленным?

Мы все обернулись и увидели входящую тетю Ви. Ее лицо покрывала зеленая маска.

— Что это у тебя на лице, Ви? — спросил мой отец.

Она подошла к мини-бару и налила себе неразбавленного виски. Один глоток – и он исчез. Глядя на это, папа сказал:

— Моя старшая сестра всегда запросто могла меня перепить.

— Чертовски верно, могла. Это маска красоты, Джон. Ты никогда не видел, чтобы Мелани накладывала ее перед сном?

Он смотрел на сестру так, словно та была инопланетянкой.

— Нет, я могу честно сказать, что за все годы брака моя жена никогда не ложилась спать, выглядя, как родственница инопланетянина.

Мы с Уэйдом усмехнулись. Тетя Ви показала отцу средний палец.

— Если получишь этот недельный отпуск, ты проведешь часть его, работая над домом? — просила Ви.

Я прикусила губу, прежде чем выскользнуть из кресла и сесть рядом с Уэйдом.

— Вообще-то я думала, что мы проведем все время в Новом Орлеане. Я собираюсь сделать кое-какие исследования для исторической книги, которую пишу, и, возможно, мы немного походим по магазинам, прикупим что-нибудь для нового дома. Мне также хотелось бы побывать на одной или двух плантациях.

Тетя Ви испустила долгий громкий стон.

— Новый Орлеан. Один из самых романтичных городов на юге. У меня там живет подруга, вы можете остановиться у нее. Я все устрою.

Я напряглась.

— Ну, тетя Ви, я ценю это, но я вроде как надеялась, что мы... — бросив взгляд на отца, добавила, — будем одни.

Она рассмеялась.

— О, черт, Лу Энн там не будет. Она в Нью-Йорке. У нее есть дом в Гарден Дистрикт.

Я вскочила и ахнула.

— Что? Тетя Ви, не шути со мной. Ты серьезно?

Тетя Ви широко улыбнулась.

— Пять спален, пять ванных комнат, более восьмисот сорока квадратных метров. Вы будете в одиночестве... во всем этом доме.

— О, ради Бога, — сказал папа, вставая. — Это был долгий день. Возьми неделю, Уэйд, черт возьми, возьми две, если это заставит мою сестру замолчать.

Я вскочила и подбежала к отцу и обняла его. Уэйд пожал ему руку и сказал:

— Спасибо, сэр, но мне достаточно одной.

Брови отца поползли вверх.

— Ну, как хочешь. Спокойной ночи, дети... Ви, не выпей все мое чертово виски.

Тетя подняла руку и помахала длинными наманикюренными пальцами вслед отцу.

— Спокойной ночи, братишка.

Когда он вышел из комнаты, она подмигнула нам.

— Я знаю, что он будет скучать по мне, когда съеду.

Я села перед ней на пол.

— Как ты думаешь, твоя подруга позволит нам остановиться в ее доме?

Она кивнула.

— Конечно, позволит. Если бы не я, у нее не было бы этого дома. Я ей заработала миллионы долларов несколько лет назад, когда подсказала, куда инвестировать.

Я взглянула на Уэйда.

— Ты готов к приключениям?

Улыбка на его лице говорила сама за себя.

Мы едем в Новый Орлеан.

АМЕЛИЯ

Новый Орлеан

Такси подъехало к дому Лу Энн на Притани-стрит. Первое, что я заметила, было большое крыльцо и огромные белые колонны. По длине всех окон тянулись черные ставни.

— Ух, ты, — одновременно восхитились мы с Уэйдом.

— Приехали, — сказал таксист.

Уэйд расплатился с водителем и, прихватив чемоданы, поднялся по ступенькам, ведущим к гигантскому крыльцу.

— Этот дом просто потрясающий.

— А мы еще даже не вошли в парадную дверь, — со смехом ответил Уэйд.

Я достала ключ и повернула его в замке большой входной двери. Медленно ее открыла, и мы оба уставились внутрь. По обеим сторонам длинного коридора желтого цвета стояла антикварная мебель. С одной стороны расположилась старая церковная скамья, а противоположную стену занимал большой антикварный шкаф.

Мы вошли, и Уэйд закрыл за нами дверь. Проходя по дому, я восхищалась картинами на стенах.

— Посмотри на это. Как потрясающе!

Уэйд наклонился ближе к рамам.

— Один и тот же художник. Судя по всему, нарисован Новый Орлеан.

— Может быть, это местный художник. Я погуглю его позже.

Уэйд усмехнулся.

— Ладно, давай осмотрим дом.

Мы вошли в гостиную. Темно-синие стены гармонировали с деревянной отделкой и потолком из дерева. Не говоря уже о черном камине.

— О, ничего себе. Какой красивый цвет. Интересно, как он называется, — спросила я, проводя рукой по антикварной мебели.

— Посмотри на окна. От пола до потолка, как в нашем доме.

Мое сердце пропустило удар, когда Уэйд сказал «наш дом». Он имел в виду его дом, но мне нравилось, что он думал о нем как о нашем.

— Посмотри на желтый цвет в столовой, — восхитилась я. — А камин?

Уэйд подошел к камину.

— Похоже оригинал. Клянусь, он похож на тот, что в нашей спальне.

Я кивнула, достала телефон и сделала снимок.

Мы прошли через главную гостиную и все спальни. В каждой был камин, лучше, чем предыдущий.

Уэйд притянул меня к себе и сказал:

— Хорошо, мы осмотрели каждую спальню. В какой из них ты хочешь спать?

— Ну, только не в хозяйской, это Лу Энн. Может в той, что со светло-голубыми стенами? Это так романтично, и уверена, с горящим камином заниматься любовью будет удивительно.

С ямочками на щеках Уэйд кивнул.

— А теперь пойдем в подвал. Ви сказала, что там винный погреб и игровая комната.

Ведя нас вниз по лестнице, я сказала:

— Тетя Ви была права насчет этого дома. Мы можем заниматься сексом по одному разу в каждой комнате, но за семь дней все равно не побываем во всех.

— Я до сих пор не могу поверить, что ты уговорила отца о семи днях. Ты тот еще переговорщик, Амелия Паркер.

— Быть маленькой девочкой имеет свои преимущества, верно?

Я вошла в игровую комнату и подпрыгнула от радости.

— Ух ты, какой большой экран у телевизора! Мы можем смотреть здесь фильмы и чувствовать себя как в кинотеатре!

Уэйд согласился.

— Да, тут довольно круто.

Уэйд взял бутылку вина, и мы пошли наверх. Остановились на пороге огромной кухни, разглядывая ее. Я провела пальцами по холодному мраморному островку.