— Из письма бригадефюрера СС Глюкса начальникам концлагерей от 27 апреля 1943 года: «Рейхсфюрер СС и начальник германской полиции решили после консультаций, что в будущем только больные умопомешательством могут быть отобраны для акции «14Ф13» медицинскими комиссиями, отобранными для этой цели.

Все другие (туберкулезные, лежачие больные) освобождаются от этой акции(Вы уже догадались, какой? — Б. П., Е. П.). Заключенные, которые находятся в постели по болезни, должны также выполнять подходящую для них работу» [75, с. 130].

Первый рейх. «Некий Макрон сам толкнул свою жену на связь с Калигулой с тем, чтобы втереться к тому в еще большее доверие, а Калигула охотно принял предложенный сценарий, поскольку посчитал, что поддержка Макрона ему не помешает. Когда впоследствии Калигула решил от Макрона избавиться, он обвинил его в сводничестве» [2, с. 82].

— «Он (Веспасиан. — Б. П., Е. П.) без колебаний продавал должности соискателям и оправдания подсудимым — невиновным и виновным, без разбору; самых хищных чиновников он нарочно продвигал на все более и более высокие места, чтобы дать им нажиться, а потом засудить (при этом имущество осужденных — конфисковать, естественно, в свою пользу. — Б. П., Е. П.), — говорили, что он пользуется ими, как губкой — сухим дает намокнуть, а мокрые выжимает» [94, с. 259].

Второй рейх. «Фердинанд и Изабелла (король и королева Кастилии. — Б. П., Е. П.) даровали чиновникам различные прерогативы и привилегии(курсив — Б. П., Е. П.). Эти льготы увеличили их число чудовищным и неприличным образом: были города, где привилегированных чиновников было больше, чем обычных жителей» [60, с. 204–205].

— Из «Directorium Inquisitorum»: «Инквизитору следует использовать сообщника обвиняемого или уважаемого им человека, который должен добиваться доверия к себе, для чего может часто беседовать с подследственным, пытаясь выудить у него тайное. Если понадобится, этот человек может выдать себя за члена той же еретической секты, чтобы уговорить узника отречься от заблуждений и во всем признаться инквизитору» [89, с. 146].

— «9 часов 30 минут утра 23 мая 1498-го года. Флоренция. Центральная площадь. Эшафот. На нем — суетящиеся фигуры палачей, и застывшие в неподвижном ожидании — казнимых: Джироламо Савонаролы, Фра Сильвестро и Фра Доменико. К куче горючих материалов, предназначенных для сжигания пока еще живых — Учителя и двух его учеников, пробирается копошащаяся масса, «издавая проклятья и неприличные крики и выражая чрезвычайное удовольствие от предстоящего зрелища, похожая скорее на зверей, чем на людей. То были, по большей части, арестанты из тюрем, куда предшествующие магистраты заключили их за различные преступления и откуда настоящая Синьория выпустила их за то, что они, по их словам, питали ненависть к Савонароле и его приверженцам» [12, с. 182]…

«Думая угодить разнузданной толпе «савонаролоненавистников», главный палач начал издеваться над корчившимся еще в предсмертных судорогах телом Савонаролы, так, что чуть не сорвал его с веревки. Это было настолько безобразное зрелище, что сами магистраты вынуждены были сделать палачу соответствующий выговор. Тогда тот стал торопиться, желая, чтобы пламя охватило несчастного еще раньше, чем тот успеет умереть. Было 10 часов утра 23 мая 1498-го года. Савонароле исполнилось 45 лет» [12, с. 185]. Аминь.

Третий рейх. В директиве гестапо от 17 июля 1941 г. сказано: «Команды должны с самого начала приложить свои усилия для того, чтобы найти среди заключенных элементы, которые, независимо от того, коммунисты они или нет, кажутся надежными, для использования их в разведывательных целях внутри лагеря, а если это целесообразно, позже также и на оккупированных территориях.

Используя таких доносчиков и все другие существующие возможности, следует немедленно обнаруживать все элементы среди заключенных, которые подлежат устранению. Команды должны получать сведения в каждом случае путем краткого допроса других заключенных» [75, с. 182].

— Из секретного распоряжения отдела иностранной контрразведки № 3/41 от 20 июня 1941 г.: «Для выполнения полученных от 1-го оперативного отдела военно-полевого штаба указаний о том, чтобы для использования нефтяных районов обеспечить разложение в Советской России, рабочему штабу «Румыния» поручается создать организацию «Тамара», на которую возлагаются следующие задачи:

1. Подготовить силами грузин организацию восстания на территории Грузии.

2. Руководство организацией возложено на обер-лейтенанта доктора Крамера.

3. Организация разделяется на две оперативных группы: а) «Тамара-I она состоит из 16-ти грузин, подготовленных для саботажа © и объединенных в ячейки (К). Ею руководит Унтер-офицер Герман (учебный полк «Бранденбург»); в) «Тамара — II» представляет собой оперативную группу, состоящую из 80 грузин, объединенных в ячейки. Руководителем данной группы назначается обер-лейтенант доктор Крамер.

4. Обе оперативных группы («Тамара-I» и «Тамара-II») предоставлены в распоряжение I — ЦАОК (главного командования армии).

5. Обеспечение организации «Тамара» всем необходимым проводится отделом контрразведки II» [74, с. 647].

— Генрих Гиммлер о Райнхарде Гейдрихе: «Он тех, кто клеветал на других, считал морально дефективными, хотя сам их использовал» [48, с. 132].

— Герман Геринг: «Негодяи, у которых рыльце в пушку, легко управляемые люди. Они очень тонко чувствуют угрозу, потому что знают, что с ними может произойти. Им можно что-нибудь предложить, и они возьмут… Их можно повесить, если они начнут проявлять самостоятельность. Пусть вокруг меня будут сплошь отъявленные мерзавцы, но только при условии, что я полностью распоряжаюсь их жизнью и смертью» [62, с. 378].

— Сам фюрер по этому же поводу: «Мы находим таких людей, которые нам подходят, в любой стране. Нам не приходится их покупать. Они приходят сами по себе. Их толкает к нам честолюбие и слепота, невежество и внутрипартийные склоки» (из стенограммы, составленной личным секретарем Гитлера Германом Раушнингом) [86, с. 24].

Первый рейх. «Один из командиров преторианцев упрекал Нерона в том, что тот сжег Рим… Нерон… решил найти козла отпущения в лице христиан: он обвинил их в умышленных поджогах и покарал в соответствии(курсив — Б. П., Е. П.) с этим преступлением, превратив их в живые факелы, освещавшие его цирковые игры» [24, с. 206].

Второй рейх. «Вечером, накануне пожара (25 сентября 1524 года. — Б. П., Е. П.), жителей Больштедта предупредили, что ночью их деревня будет подожжена с четырех сторон. Подожжена? Чего ради? Этому не поверили. Под утро неизвестные злоумышленники и впрямь подожгли деревню. Сильный ветер раздувал пламя, и вскоре по всей округе было видно огромное зарево, полыхавшее над Больштедтом. Люди метались среди горящих изб. Мало что удалось спасти. Плач и стоны смешались с проклятиями. О, если бы знать, кто повинен в пожаре!

Вдруг разнесся слух, что деревня подожжена бунтарями из Мюльгаузена. Многие недоумевали. С какой целью?

В это время прискакал Керстен Бапст. Магистрат зовет на выручку крестьян. Они должны помочь обезвредить бунтовщиков, а то и от других сел останутся одни пепелища.

Сомневающихся Керстен разбил наголову. В том-то и дело, что бунтари с умыслом подожгли Больштедт, зная, что магистрат никогда не оставит в беде больштедцев, они и надумали поджечь деревню. Когда надежнейшие люди, торопясь в Больштедт, выйдут за стены города, заговорщики воспользуются этим, захватят ратушу, овладеют пушками, А укрепления очень сильны, и отбить их обратно не просто. Однако Бог разрушил бесовские замыслы. Спасательные команды уже готовы были выступить, когда измена была раскрыта. Магистрат приказал немедленно запереть все ворота и никому не покидать города. Заговорщики просчитались. Но они еще сильны, и магистрат зовет своих верных крестьян отомстить поджигателям(курсив — Б. П., Е. П.).