Он думал о людях, с которыми здесь познакомился. Они тоже выстраивались в столь же тесный, накрепко сбитый круг и так же были похожи и непохожи друг на друга, так же влекли к себе. Первый в жизни инструктор — ученый, доктор наук Абрам Константинович Кикоин. Первый в жизни начальник учебной части — мастер спорта, орнитолог, изучающий птиц высокогорья Киргизского хребта, литератор, пишущий свои альпинистские рассказы, Александр Александрович Кузнецов. Старший инструктор — мастер спорта, преподаватель института физкультуры и большой спец по льду, чаю, шутке и горным лыжам Алим Васильевич Романов. Старший инструктор — альпинист с этюдником, человек доброй, незлобивой души, стремящийся и умеющий видеть красоту, художник Афанасий Лазаревич Шубин. В жизни Толи Балинского были разные люди, а таких не знал. Вот когда почувствовал, как недоставало ему такого общения. И он был благодарен альпинизму. И он понимал, что все это серьезно и, может быть, навсегда.

Домой вернулся с желанием и энергией. Действовать! Надо делать секцию. Рядом Киргиз-Ата, сколько там нетронутых вершин, рядом Большой Алай, весь Памир, где еще заниматься альпинизмом, как не в Оше? Есть люди. Желающих целый список. Но как заниматься, если нет ни одного конца веревки? Ходить с бельевой?

Познакомился с Фрейфельдом. Оказывается, этот старший инженер по нерудным полезным ископаемым, грузный, большой человек с обвислыми украинскими усами, которого Толя столько раз встречал в Геологическом городке, тоже альпинист, причем со стажем, перворазрядник! Нашли общий язык. Стали неразлучны. Однажды в горах разбился парень — студент, приехавший в экспедицию на геологическую практику. То, в чем не могли убедить ходатайства и просьбы, доказал несчастный случай. Был организован спасательный фонд. Появились подтриконенные ботинки, веревка, тяжеленные геологические спальные мешки. Бог с ними, что тяжелые, главное, можно ходить в горы!

Как-то пришел к Примакову насчет освобождения от работы, положил на стол список.

— Не на прогулку же, Иван Андреевич. Да и сколько там, четырнадцать человек!.

— Да-а, — сказал Примаков, — а у нас всего семьдесят три. Садись, Толя. Разговор есть. Растолкуй мне, пожалуйста, из чего складывается фонд заработной платы, на что предприятие живет? Разъяснишь, растолкуешь, как быть, чтобы и тебя уважить, и чтоб было чем зарплату платить рабочим, подпишу без слова. Не сможешь, ну что ж, не взыщи.