Вахтанговец. Николай Гриценко _1.jpg

Вахтанговец. Николай Гриценко _2.jpg

Николай Олимпиевич

Гриценко

(24.07.1912 - 8.12.1979)

Родился Н. Гриценко на Украине - на станции Ясиноватая, в семье же­

лезнодорожника. С детства любил музыку. Любил сильно и глубоко. Упро­

сил отца купить ему скрипку и научился играть на ней, подбирая по слу­

ху песни, которые слышал на вечеринках, на свадьбах, на улице. Увидев,

что у сына есть музыкальные способности, отец нашел для него учителя

музыки, но строго предупредил при этом, чтобы о профессии музыканта

Николай и думать не смел: профессия эта была, по мнению отца, ненадеж­

ной и даже просто несерьезной.

В конце 20-х годов, совсем еще юный, Гриценко уезжает в Днепропет­

ровск и поступает там в техникум при институте железнодорожного

транспорта, а по окончании техникума работает в Макеевке, куда к тому

времени переехала семья, техником-смотрителем на транспорте и в кон­

структорском бюро завода.

Вскоре Макеевке открылся рабфак Киевского музыкально­-

театрального института им. Лысенко. И Гриценко пошел учиться

на музыкальное отделение рабфака по классу скрипки. Но это отде­

ление вскоре закрыли, а желающим предложили перейти на актер­

ское. Жалко было бросать рабфак, вспоминает Николай Олимпиевич, -

решил попробовать свои силы как актер, хотя и не думал еще всерьез,

что станет артистом...

Но вот рабфак окончен, и в 1934 году Николай Гриценко и еще

несколько его товарищей уезжают в Киев, чтобы

поступить в музыкально-театральный институт им. Лысенко. Институт как раз

в это время разделился, положив начало Киевской консерватории

им. Лысенко и театральному институту им. Карпенко-Карого. Но при­

няли всех приехавших не в театральный институт, а в техникум при

институте. Прошел год. В 1935 году Гриценко с одним из товарищей

по курсу прочел в газете, что МХАТ-2 объявляет набор в училище при

театре. Вдвоем и отправляются они в Москву попытать счастья. Настал

день экзамена... Вот как рассказывал об этом сам артист:

- Пришли мы на экзамен. Много нас было. В большом фойе сидел

почти весь цвет труппы театра - И.Н. Берсеньев, С.В. Гиацинтова

и многие другие. У меня прямо коленки тряслись от волнения и страха.

Читал я басню Хемницера, а из прозы - выступелние Нагульнова

на колхозном собрании из М. Шолохова «Поднятая целина». Смотрю -

все смеются. Сначала подумал было, что плохо делаю что-то и уже ре­

шил, что провалился, но потом вижу - нет, нравится. После экзамена

мне сразу сказали, что я принят, хотя списки должны были вывесить

только через два дня...

МХАТ-2 был вскоре закрыт, и студенты оказались предоставлены

самим себе. Нужно было решать свою судьбу. Гриценко идет в училище

при Центральном театре Красной Армии, которым руководил А.Д. Попов.

В 1940 году Н. Гриценко окончил училище и был принят в труппу про­-

славленного театра. А в июне 1941 года началась Великая Отечествен­

ная война... Сразу же все молодые артисты театра, среди которых был

и Н. Гриценко, пошли на призывной пункт, чтобы записаться доброволь­

цами. Но там охладили из пыл, сказав, что о них не забудут: нужно будет -

призовут. Через месяц пришла повестка, и, собрав вещмешок, отправился

Гриценко в военное училище, окончил его ускоренным выпуском и попал

на фронт. Тяжелые бои в окружении, сильные морозы дали себя знать -

Гриценко тяжело заболевает, и сразу после выхода из окружения его от­

правляют в госпиталь. Несколько месяцев лечения, потом демобилизация

из армии, по болезни. Артист едет в Омск, где в то время находился в эва­

куации Театр им. Евг. Вахтангова.

Вместе с театром Николай Гриценко вернулся в Москву. На сцене

этого театра и прошла вся творческая жизнь актёра, здесь были созда­

ны десятки блистательных образов.

В 1964 году актеру присвоено звание народного артиста СССР.

Людмила Добронравова

Вахтанговец. Николай Гриценко _3.jpg

Вместо вступления

Есть актеры, как говорится, с Божьим даром. Их талант - свойство врож­

денное, впитанное с материнским молоком. Но, увы, не всякий одаренный

человек максимально реализует себя в искусстве, становится Мастером,

творцом своего ни с каким другим не схожего слова.

Профессия наша сложна. Видимый блеск успеха, слава, призвание, твор­

ческие удачи - это ведь только надводная часть айсберга, а там, под ней,

куда больше чем семь восьмых... Она требует и постоянного, упорного,

порой изматывающего труда, полной душевной самоотдачи до самозаб­

вения, способности подниматься над обыденностью, проникаться делами

и болями людей в той степени мастерства, когда оно становится незамет­

ным окружающим.

Но начинается актер, конечно, с большого актерского дара. Без него

все остальное как хлеб без соли, и даже большой профессионал - всего

лишь птица без крыльев. Дар - природное явление, его обладатель может

его развить, а может и погубить.

Николай Олимпиевич Гриценко был артистом воистину Божьей мило­-

стью, артистом с головы до пят, каждой клеткой своего существа.

Сцена была его стихией, он играл так же легко и свободно, так же

непосредственно и вдохновенно, как поет птица. Он был из той легендар­-

ной плеяды лицедеев в хорошем смысле этого слова, которые не мыслят

своего существования без игры, без сцены и обладают способностью ви­-

деть мир таким, в котором жизнь и театр неразделимы: театр - это жизнь,

а жизнь - это театр.

Талант - непостижимая, загадочная категория. Иногда кажется, что

почвы нет, чтобы возрос такой пышный и богатый оттенками цветок,

и вдруг на тебе - чудо, да и только. Н.О. Гриценко - подтверждение этому.

Играя с ним спектакль, мы часто становились в тупик перед его неожи­-

данными находками. Каким путем он приходил к ним? Где он их подсмо­-

трел? Как он не боялся их? И ведь все оправданно, все от сути характера,

и все так неожиданно, что только диву даешься.

Должен сказать, что актеру убедить в правде образа публику нелегко,

но возможно. Критику, особенно тех искушенных театроведов, которые

приходят на спектакль с солидной долей скепсиса и «всезнания» теа­-

тральных и околотеатральных дел, убедить еще труднее.

Но поразить, потрясти своим искусством товарищей, заставить

их не узнать себя, снова и снова открывать им поистине неистощимые

тайники свой индивидуальности - это способность просто невероятная.

И Гриценко обладал ею в полной мере. Неподражаемый авторитет его та­

ланта был признан в Вахтанговском театре, с каждым годом он расцве­-

тал и креп, как актер, удивляя нас неслыханным богатством превращений,

многоцветным калейдоскопом характеров.

Когда он приступал к какой-нибудь репетиции, большой или маленькой,

у многих его товарищей, занятых по горло собственными делами и забо­-

тами, возникала острая необходимость прийти в зал и увидеть его новые

открытия.

Перевоплощение было и остается высшим пилотажем театра, это такие

«бочки», «иммельманы» и «мертвые петли», которые по плечу лишь на­


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: