Когда автомат Фэлко изрыгнул короткую свинцовую очередь, небольшое оконце позади охранника разлетелось вдребезги, а большие пули 45-го калибра отбросили его тело, покатившееся по полу, точно в него ударила струя пара под высоким давлением. Все происшедшее было настолько правдоподобным и непоправимым, что казалось почти нереальным и производило устрашающе-отвратительное впечатление. Повар с металлическим кофейником в руке стоял не шелохнувшись, его кадык беззвучно ходил под кожей, глаза расширились, и он ощутил на языке медный привкус ужаса. Тело его объял паралич. Такого не должно было случиться. На учениях им ясно давали понять, что нападение если и произойдет, то только в виде града межконтинентальных баллистических ракет, пущенных из-за Северного Ледовитого океана, а многомиллиардная система раннего предупреждения загодя обнаружит вражеские ракеты с помощью безошибочных радаров дальнего действия и пошлет сигнал тревоги на командный пункт в бункер вблизи Омахи. Затем командный пункт передаст сигнал боевой тревоги на «Гадюку-3» и на другие пусковые ракетные установки — за по меньшей мере двенадцать, ну, самое большее, четырнадцать минут до подлета вражеских ракет к наземным целям на территории Соединенных Штатов.

Но такого не должно было случиться!

Повар не шевелился. Кофейные пары овевали ему лицо, и он ума не мог приложить, что же все-таки происходит и что ему делать. Повару был-то всего двадцать один год от роду. Разыгравшаяся перед ним жестокая и леденящая кровь сцена выходила за рамки его профессиональных навыков и жизненного опыта, поэтому он сжимал в руке кофейник, точно крест или какой-либо иной магический талисман, и молил судьбу, чтобы только его не убили. Он все еще продолжал молить судьбу спустя несколько секунд после того, как в дежурную часть вбежал второй повар из кухни и, сразу же оценив ситуацию, поднял руки вверх.

Этому повару судьбой было даровано право выжить.

— Не стреляй! Не стреляй, майор! — завопил он.

Делл поразмыслил, улыбнулся и кивнул.

— Видали? Мои товарищи по оружию в 168-м крыле все еще считают меня своим офицером! — насмешливо произнес он вполголоса. — Для них я в по-прежнему майор Делл, невзирая на мои семейные проблемы и нелады с законом.

Негр в сержантской форме пожал плечами.

— У нас что, есть время для этих душещипательных бесед? — поинтересовался Пауэлл.

Практичный, умный, в равной мере отважный и несгибаемый, он в свое время и впрямь был отличным морским пехотинцем.

Делл снова улыбнулся и покачал своей красивой головой.

— Нет, в этом ты прав, Виллибой, — согласился он смиренно. — Хотелось бы надеяться, что полученный мной срок за убийство жены не пошатнул преданности мне сослуживцев по 168-му крылу, — продолжал он с сардонической усмешкой, — но нам лучше углубиться в эту проблему после завершения «третьей фазы».

«Первая фаза» заключалась в проникновении на охраняемую территорию базы.

«Вторая фаза» заключалась в захвате наземной караулки.

В ходе «третьей фазы» Плана им нужно было захватить подземную командную капсулу — «яму» и все ее содержимое, находившееся за бронированной дверью толщиной в четыре фута. Впереди их ждали сложнейшие приборы системы сигнализации тревоги и вооруженный боевой расчет, засевший в капсуле «Гадюки-3», а эти дисциплинированные и предусмотрительные ребята строга придерживались многочисленных инструкций по безопасности, разработанных и тщательно отшлифованных за несколько десятилетий «холодной войны».

Осуществить «третью фазу» Плана было, разумеется, просто невозможно.