Рассказать поподробнее он не успел. Совсем рядом послышался оклик:

– Ругуд, где ты? Отзовись!

– Ой, кажется, меня ищут! – всполошился гномик.

– Здесь мы, здесь! – дружно прокричали в ответ друзья.

В кустах зашуршало, будто туда забрался кабан, и на поляну выкатился ещё один представитель племени подземных рудокопов, по виду – родной брат Ругуда, только нашивка другая. Увидев поблизости с разыскиваемым людей, он слегка растерялся.

– Знакомьтесь, мой коллега Тобуж, также имеющий честь обучаться у Мастера Вуррата.

– Из клана Пругнота? – вновь полуутвердительно спросил Эрик после обмена приветствиями.

Второй гном удивился не меньше первого, и Ругуд счёл уместным отпустить комплимент:

– Они, хоть и ученики, как мы, но очень много знают о других мирах.

Внимание Тобужа, однако, переключилось на букет:

– Вот, оказывается, чем ты тут занимаешься…

– Сорви и себе столько же, какие проблемы?

– Не имеет смысла. Ну разве что штучки три. Моя Батока к ним равнодушна. Вот если бы колечко или бусы новые, тогда да!

Всё-таки женщины везде одинаковы, как ни крути.

– Да и некогда, я ж тебя не просто так звал. Вуррат обеспокоился, куда пропал, послал меня на поиски.

– Если так, придётся возвращаться, – вздохнул Ругуд. – Извините, друзья, что расстаёмся слишком быстро. Спасибо ещё раз за цветы, а повезёт выбраться на Юттург – обязательно забегайте в нашу школу!

Далеко уйти им, однако, не удалось: навстречу послышалась громкая брань, из которой сразу стало ясно: учитель, не дождавшись возвращения учеников, живо озаботился их судьбой.

– Придётся вмешаться, – решительно заявил Эрик. – Иначе Ругуду и его приятелю достанется из-за нас по первое число.

– Брось! Мы-то тут при чём?

– Не могу остаться в стороне, неполиткорректно будет. Если хочешь, подожди здесь, мигом улажу конфликт.

– Э нет, одному тебе не справиться!

– Добрый день, Мастер Вуррат, – произнёс Эрик, приблизившись к гномам. – Пожалуйста, не вините учеников, это мы их задержали.

Ругуд и Тобуж с благодарностью оглянулись на своего спасителя. Пожилой гном с широкой окладистой бородой и золотой подвеской если и удивился, то никак того не выразил. Лишь складки морщин на лбу немного разгладились.

– Если так, не стану наказывать строго, хотя двойной урок на выходные им в любом случае не помешает. Поощрять праздность и безделье нельзя, иначе ничего путного в жизни не добьются. А вы, лентяи, чего застыли столбами? Говорите спасибо заступникам, да поспешим догонять остальных.

Гномики-студенты рассыпались в благодарностях. Мастер, однако, остыть ещё не успел.

– Молодёжь нынче пошла – совсем от рук отбитая. Традиций не соблюдают, старших не слушают, даже бороды стригут, мода у них, видите ли, такая! В мои времена за такое оголение лика, Боргорунном данного, раз двадцать измерительным прутом по заднице – и вон из клана, пока дурь из башки не выветрится.

«Бездельники» за его спиной потихоньку улыбались: видно, пик кризиса прошёл, а ругается Мастер по инерции. Наконец, когда запас нелестных эпитетов по поводу подрастающего поколения исчерпался, строгий учитель принёс от себя лично извинения за причинённое беспокойство, и участники неформальной встречи цивилизаций распрощались, приглашая почаще заглядывать в гости.

Но не успели скрыться из вида друг друга, как со стороны пляжа послышался чей-то крик, а затем громкие возбуждённые голоса. Гномы, не сговариваясь, ускорили шаг и растворились в зелени кустарников.

– Там что-то случилось! Побежали, посмотрим!

– С ума сошёл? Мы вообще не должны здесь находиться! Без нас разберутся, тем более там Виллсбоу!

– Уверен?

– На все сто! Толку никакого не будет, зато весьма вероятно навешивание на нас всех собак сразу. А потому – тикаем быстрей!

Действительно, их присутствие в эпицентре событий никак не повлияло бы на развитие ситуации, и ничего, кроме неприятностей, не огребли бы. Всё это, правда, выяснилось позже; до того Эрик успел обидеться на приятеля, проявившего, на его взгляд, сомнительную осторожность, граничащую с трусостью. Но когда на следующий день стала известна причина инцидента, вынужден был согласиться с правотой Геки.

Впрочем, кое-какие слухи бродили по замку ещё накануне вечером, и Эрик изрядно волновался как за себя, так и за приятеля. Друзья, интересуясь, куда запропали, как-то хмуро смотрели в их сторону, хотя напрямую никто подозрений не высказывал. Гека, конечно, наплёл с три короба – хотели, мол, попробовать одно заклятие, которое, как предполагалось, способно повысить проницаемость барьера, но увы – в учебниках, бывших под рукой, нужной формулы не оказалось. Про знакомство с гномами и подарке Ругуда теперь придётся молчать в тряпочку – по крайней мере, пока страсти не улягутся.

Розоватый шарик из материала, внешне неотличимого от стекла; жаль, гном не успел рассказать толком о его свойствах. Магометр – подарок Ларонциуса, который Эрик с согласия остальных держал пока у себя, не показал наличия в нём волшебства, равно как и в светло-сиреневом экземпляре, доставшемся Геке. Но разве стал бы их инопланетный друг дарить совершенно никчёмную вещь? В прочитанной им книге не очень много внимания уделялось тонкостям искусства подношения и принятия даров у эльфов и гномов; крайне досадное упущение. Ведь в человеческом обществе сложилась целая культура оказания подобных знаков внимания ближним – свои традиции, рамки приличий, пожелания и намёки, связанные как с субъектом, так и объектом дарения. Наверняка нечто подобное есть и у других рас – но найти нужную информацию скорей всего окажется нелёгкой задачей.

Проще расспросить дружески расположенного к тебе инопланетянина – знания, полученные из книг, далеко не всегда отражают реальную действительность. Сколько бы их ни прочёл, всегда найдутся нюансы, авторами упущенные или сочтённые не стоящими внимания. И, как частенько случается, именно такие тонкости и становятся причинами фатальных ошибок.

Впрочем, до следующей встречи с гномами предостаточно времени – с лихвой хватит выяснить, какую ценность представляют шарики. Но даже если никакой с практической точки зрения – пусть будут дороги, как память. Особенно когда исключат из Академии – узнав утром следующего дня про экстренный сбор всего курса, Эрик с тревогой подумал о последствиях их вылазки. И хуже всего – в глазах друзей они будут выглядеть отъявленными врунами, которых и отчислить не грех.

Собрание открыл ректор лично.

– Дорогие коллеги, все вы, наверное, в курсе – вчера к нам с официальным дружественным визитом приезжала делегация гномов. Основной целью посещения ими Штарндаля являлось представление нового Прайм-Мага Юттурга, а по сути – главы тамошней Гильдии волшебников. К великому сожалению, во время экскурсии гостей по территории острова произошёл крайне неприятный инцидент, инициаторами которого явились двое безответственных студентов Академии.

Эрик от нервного напряжения так сжал крышку парты, что костяшки пальцев побелели. Сердце отчаянно билось в груди. Гека, напротив, выглядел относительно спокойным. Может, читал про себя молитву?

– Нам удалось загладить последствия, несмотря на то, что кое-кто из наших коллег-гномов счёл себя глубоко оскорблённым и требовал разрыва дипломатических отношений. Тем не менее, случившееся навсегда останется позорным пятном в истории взаимоотношений землян с расами Внеземелья. Разумеется, виновные понесут справедливое наказание, но вначале нам хотелось бы узнать мотивы их поступка.

Архимаг кашлянул. Было заметно: слова даются ему с трудом. Накал страстей в зале достиг апогея. Казалось, ещё немного, и статическое электричество аур вызовет цепную реакцию вспышек сильных эмоций.

– Уильям Бэйкинс и Майкл Корган, встаньте и подойдите к кафедре. Объясните, почему вы нанесли оскорбление дипломатическому представителю планеты Юттург.

Сведённые судорогой нервного напряжения пальцы разжались, и Эрик принялся усиленно разминать их другой рукой. Гека издал еле слышимый вздох облегчения.