В какой-то момент девушка заскучала. Перебирать в мыслях события давно минувших дней надоело и она не придумала ничего лучше, чем петь дурацкие частушки. Кто-то негромко хихикнул совсем рядом, привлекая к себе внимание.

- Кто тут? – попыталась произнести Ольга, надеясь на то, что будет услышана.

Смешок повторился чуть дальше, потом еще дальше, а затем посреди черноты появился огонек синего цвета. который горел как прекрасная звезда в ночи.

Всеми мыслями, всем существом Ольга потянулась к единственному, что отличалось от всего окружающего. Огонек затягивал, привлекал и заставлял ее мечтать оказаться к нему как можно ближе.

Свет подхватил ее и утянул куда-то туда, куда нестерпимо звала ее душа.

Девушка огляделась. Она стояла на берегу старицы, с зеркальной гладью воды. Острые стрелы осоки тянулись к небу, рядом качались на воде круглые блюдца листьев кувшинки. Любопытная стрекоза зависла прямо перед лицом Ольги и со стрекотом унеслась дальше по своим стрекозиным делам. Растущие по берегу тополя закрывали девушку от жаркого по-летнему солнца. Песчаная тропинка бежала вниз к небольшому сколоченному из досок плотику, на котором сидела совсем молоденькая худенькая девчушка в простеньком сарафанчике, купая ладонь в буроватой воде. Она зачерпывала ладошкой как ковшиком воду и тонкой струйкой возвращала ее обратно.

Пахло летом, свободой и детством. Ольга не могла отвести взгляда от девчушки, словно ждала от нее чего-то очень важного. Девочка подняла голову и слегка обернулась, чтобы с насмешливым взглядом уставиться на пораженную Ольгу. Она узнала это лицо, этот взгляд и эту улыбку. Девочка поднялась на ноги и, смешно задирая сбитые коленки, побежала вверх по тропинке.

Внезапно Ольге стало страшно. Встретиться с собой было неожиданно, удивительно и совершенно непредсказуемо. Девочка остановилась перед Ольгой и, склонив голову набок, с любопытством уставилась на взрослую версию себя. Ольга тоже разглядывала себя во все глаза, замечая и маленькие конопушки на щеках, и облупившийся нос, и торчащие из растрепавшихся косичек соломинки.

Девочка знакомо хихикнула, ухватила старшую за руку мокрыми пальчиками и утащила за собой к висящим на толстой тополиной ветке качелям.

- Садись! – подтолкнула девчушка Ольгу к доске на двух веревках, заняв соседние качели.

Взлетать под скрип веревки оказалось неожиданно весело и приятно. Вернулось совершенно детское восприятие и Ольга просто наслаждалась, как и ее напарница.

- Вспомнила? – спросила остановившаяся девочка.

Ольга тоже перестала раскачиваться и широкой счастливой улыбкой кивнула собеседнице.

- Ты кто? – решилась она спросить.

- Я – это ты, - ответила девчушка и закрутила качели вокруг оси так, что они сами раскрутились обратно, доставив несколько забавных мгновений девочке.

Услышав ответ, Ольга даже не подумала сомневаться в его правдивости.

- То есть ты – это я в детстве? – продолжала допытываться она.

- Неа! – задрала ноги повыше от земли шалунья. – Я - это та часть твоей души, что ты предпочла забыть.

- Ерунда какая-то. Как можно забыть часть себя… - в недоумении пожала плечами Ольга.

- Легко! – бросила в воздух девочка. – Когда тебе последний раз было настолько легко в жизни, чтобы парить от счастья? Когда ты смеялась так, чтобы не задумываться о том, как ты выглядишь при этом? Олька! Признайся хотя бы себе! То есть мне…

Девушка смотрела на раскачивающуюся довольно щурящуюся девчонку и ковырялась в собственной душе, с тоской понимая, что в каждом слове есть здравый смысл.

Девчушка лукаво улыбалась и ждала, когда взрослая Ольга примет себя, перестанет загонять чувства, мысли, желания в какие-то дурацкие рамки, которые она сама себе и напридумывала.

- А ты права… - согласилась Ольга. – Давно… Еще, наверное, в школе…

- И почему же ты перестала быть счастливой конечно не знаешь, - утверждала, продолжая посмеиваться малышка.

Ольга пожала плечами. Она действительно не заметила, когда перестала свободно и без оглядки на окружающих радоваться жизни.

Девочка соскочила с качелей, заставив девушку замереть от страха за нее, и остановилась напротив.

- Оль, а я тебе скажу. Ты перестала жить тогда, когда подчинила всю свою жизнь простому и очень гадкому слову «должна». Вспомни, почему ты не стала встречаться с тем веселым парнишкой в выпускном классе? А потому, что ты должна слушать маму, которой это не понравилось. Потом должна была учиться отлично. Затем должна была работать в ущерб своей личной жизни. И даже когда получила второй шанс начать свою жизнь с нуля, ты все равно умудрилась стать всем должной. Этому малахольному Дарияну, твоим главам гильдий, Богам, демонам, магам, всем и вся. Оль, а себе? Ты себе что-то должна? Неужели ты не заслужила просто жить?

Как? Как объяснить ребенку, что есть понятие чувства долга? И что иногда нужно свои желания ставить ниже общего блага? В конце концов она же врач… Ольга разрывалась от терзающих ее таких противоречивых мыслей. Казалось, что девчонка слышала каждую мысль, знала о каждом сомнении.

- Оля… - вкрадчиво продолжила добавлять поводов для раздумий девочка. – Что бы ты хотела делать сама? Чем заниматься? Что для тебя может стать смыслом жизни? Ну, скажи же… Озвучь свои мечты.

Девушка задумалась и, размышляя, тихо говорила сама для себя.

- Хочу дом, семью, любимого мужчину, детей, жить в спокойствии, взаимопонимании и любви. Хочу работу, которая бы приносила мне радость, хочу быть нужной людям, лечить их…

- Оленька… И как тут вписывается твоё «должна» всем? Ты же не хочешь ничего сверхъестественного. Просто полюби, просто будь счастлива, просто подумай и о себе.

Девушка засмеялась горько и через слезы.

- Стать счастливой? Полюбить? Да кого полюбить-то? Они же все какие-то ненадежные. А кто понадежнее, так я им не нужна.

Девчушка стянула Ольгу с качелей и, не выпуская руки из своей ладошки, повела по берегу вдоль реки.

- Скажи мне, моя большая Я, а ты как не поняла, что твои «кто понадежнее» на тебя заклинание подчинения накладывали?

Ольга оторопела. Она никак не могла представить себе, что кто-то из тех, кто близок, тех, кого она воспринимала как родных и даже почти любимых, мог поступить так непорядочно.

Девочка бросила встревоженный взгляд.

- Не спеши с выводами. Они оба поступили не хорошо, но с добрыми намерениями. Вспоминай… Ты же почувствовала это.

- Когда? – Ольга не узнала свой голос, настолько он был хриплым и потухшим.

- Эльмарон сразу, как только ты появилась в его доме. Он облегчил вам взаимодействие, вызвал у тебя доверие. Это же не слишком плохой поступок? – обеспокоенно спросила девочка.

Ольга мотнула головой.

- Нет, а второй?

- А второй тебя усыпил и проснуться не дал в Будапеште, просто чтобы ты выспалась и отдохнула. Тоже ведь не сказать, что плохой он. Но из-за следов этих заклятий, да из-за того, что ты от меня отказалась, не можешь ты довериться никому. Вот и сама мучаешься, и других мучаешь.

Они долго шли молча, пока не вышли к широкой песчаной косе.

Девочка встала прямо перед Ольгой и впилась требовательным взрослым взглядом в ее глаза.

- Оля, пожалуйста, послушай меня, - она была серьезна не по возрасту. – Тебе сейчас нужна вся твоя сила, мир и согласие в душе для того, чтобы выстоять в схватке с Грелиосом. Прими меня. Позволь стать одним целым нашей душе. Выпусти последний росток магии. Он очистит тебя от следов чужих воздействий и сбалансирует твою силу. Ты сможешь разобраться в своих чувствах. Сможешь определиться с тем, что тебе нужно. Ты станешь собой. Если откажешься сейчас, я исчезну навсегда.

Глазищи девочки в один момент стали влажными.

Ольга опустилась перед ней на корточки и прошептала:

- Я согласна. Что нужно сделать?

Девочка счастливо улыбнулась и кинулась на шею Ольге.

Казалось, что в грудь прилетел огненный шар, вышибая дух, гася сознание, однако, оставляя после себя ощущение правильности происходящего.

******

Приходить в себя лежа на твердом грязном полу оказалось совсем не так приятно, как на берегу реки или на мягкой постели.

Почувствовав тычок в бок, она непроизвольно сжалась и выдала то, что уже очнулась.