Я улыбнулся и нежно провел рукой по щеке.

— Давай, пошли в зал ожидания. Это не так далеко.

Я встал и наклонился, чтобы помочь ей подняться. Когда она встала, то так на меня взглянула.

Я наклонил голову и посмотрел на нее.

— Корт?

Она закусила нижнюю губу и сказала:

— Мы действительно можем победить.

Я закатил глаза, потом мгновенно понял, о чем она говорила. Она и Уитли были решительно настроены, чтобы победить в публичном сексе.

— Рид, давай. Публичный секс… во время беременности. Мы сделаем это!

Мой рот открылся.

— Мы уже делали это. В ночном клубе, помнишь?

— Не тогда, когда я беременна. Это подталкивает к одной из дверей.

Я направился от нее.

— Нет, Кортни. Я не буду трахать тебя на восьмом месяце беременности в больнице, в то время, когда наши лучшие друзья рожают своего первенца.

Она последовала за мной и сказала:

— Ну, можно сказать и так…

Я улыбнулся, и мы вернулись в зал ожидания. Все, о чем я мог думать, это, как мне хотелось найти пустую комнату и дать ей то, в чем она нуждалась.

Глава 31

Кортни

Рид положил руку на мой живот, и мы оба наблюдали, как малыш передвигался с одной стороны моего живота к другой. Мы оба смотрели друг на друга и хихикали.

— О Боже, я не могу дождаться, чтобы увидеть ее.

— Или его, — сказал Рид с ухмылкой.

Я еще раз хмыкнула и сказала:

— Или его.

Рид поцеловал меня в щеку, поднял мои ноги и выскользнул из-под них.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он, Грейси вскочила заволновавшись.

Рид хлопнул по заднице двенадцатинедельного черного лабрадора, которого купил мне на неделе, когда родилась Тейлор. Я улыбнулась, когда подумала о Уитли, держащей свою дочь, и как она была счастлива. Клянусь, Лейтон и Уитли почти не покидали дом с тех пор, как привезли Тейлор домой.

— Черт побери, Грейси. Мы не играем, — сказал Рид и перепрыгнул через нее.

Я улыбнулась и наблюдала за ними, идущими на кухню.

— На что это будет похоже, когда у нас в доме будет два ребенка? — крикнула я.

Рид издал стон.

— Ой, совсем забыл. Моя мама просила передать, что получила детское одеяло, которое она заказала тебе.

Я бы вскочила и закричала, если бы не была настолько беременна. Пришла в себя и выпустила внутренний крик.

— Почему ты попросила ее заказать его?

Ох бл*дь. Говно, говно, говно!

— Эм… я не помню, почему попросила ее. Я думаю, что оставила свой кошелек в машине или что-то в этом духе, и она просто позаботилась об этом. Я с ней уже расплатилась.

Я попыталась встать с дивана, чтобы схватить телефон.

— Рид? Ты можешь порезать мне яблоко, пожалуйста?

Я услышала громкий треск, и Рид выкрикнул имя Грейси.

— Конечно, детка!

Добравшись до телефона, я быстро отправила сообщение маме Рида, Мелани.

Кортни: Мелани, ОМГ! Ты его получила?

Я не удивилась, когда она мне почти сразу ответила.

Мелани: Да. Что означает ОМГ? Во всяком случае, оно у меня, и оно выглядит потрясающе. Цвета красивые, Кортни. Рид полюбит его. Должна я попросить Пола привезти его?

Кортни: Да! Если он не против. Я бы хотела повесить его в комнате ребенка и посмотреть, сколько времени пройдет, прежде чем Рид заметит его. Ох… ОМГ означает о мой Бог или Господи…

Мелани: Почему бы просто не сказать: Боже мой?

Кортни: ОМГ быстрее!

Мелани: Дорогой Господь!

Я рассмеялась и положила телефон. Обернулась и увидела очень возбуждённого щенка, смотрящего на меня.

— Грейси! Хочешь поиграть, девочка? Папа не играет с тобой? — сказала я громче, чем обычно.

Она начала лаять, и я засмеялась, когда Грейси побежала к входной двери.

— Я говорю тебе, эта собака просто бриллиант. Она понимает все так быстро. Думаю, что мы выбрали лучшую из помета, — сказала я. Направилась к входной двери, открыла ее и наблюдала за бегающей Грейси.

Рид подошел ко мне со стаканом сладкого чая. Я практически проглотила весь стакан залпом, а Рид смотрел на меня и улыбался.

Я убрала стакан в сторону, вздохнула и спросила:

— Что?

Он усмехнулся, покачал головой и протянул мне яблоко.

— Ничего. Я просто люблю тебя больше, чем саму жизнь, вот и все.

Когда он спустился с крыльца, я наклонила голову и улыбнулась, бабочки в моем животе все еще удивляли меня. Я как раз хотела сказать ему, чтобы он занялся со мной любовью, но снова почувствовала резкую боль в животе. Я положила руку на живот, и толчки продолжались все это время. Как только боль ослабла, я выдохнула. Это продолжалось почти все утро.

Е*аный стыд. Это было не комфортно.

Я села в кресло-качалку и смотрела, как Рид играет с малышкой Грейси, она так устала, что в итоге просто плюхнулась на землю. Рид подошел к ней и взял на руки. Перевернул ее и держал, как ребенка.

— Кем ты будешь, малыш? Мальчик или девочка? — прошептала я, когда холодный апрельский ветерок обдул каждый участок моего тела, а я гладила руками живот.

Ударила новая схватка, и я сжала ручки кресла-качалки, пытаясь выдохнуть. Рид сейчас бегал с Грейси, у которой открылось второе дыхание. Я услышала, как подъехала машина и посмотрела, кто это. Не думаю, что это Пол приехал так быстро. Я увидела грузовик Лейтона и попыталась улыбнуться.

Рид схватил Грейси и махнул рукой, когда пошел обратно к крыльцу. Лейтон припарковался и выпрыгнул из грузовика. Рид отпустил Грейси и подошел.

Пожал руку Лейтону и хлопнул его по спине.

— Где моя крестница?

Лейтон усмехнулся.

— Дома. Дремлет со своей мамочкой. Уит попросила меня привезти вам лазанью.

Когда Лейтон обернулся и увидел меня, он немного наклонил голову и странно посмотрел на меня.

— Ты в порядке, Корт?

Я улыбнулась и встала.

— Ага! Просто устала. Я мало сплю. Чаю хочешь?

Лейтон кивнул и сказал:

— Да, мэм, было бы здорово.

Я повернулась и поспешила на кухню. Схватила домашний телефон и быстро набрала номер Мелани.

— Привет, дорогая, — сказала Мелани.

— Мелани, это я, Кортни.

Она должно быть сразу поняла все по моему голосу, я и слова не успела сказать.

— Хорошо, милая. Ты сказала Риду, что у тебя начались схватки?

Я чувствовала подступающие слезы.

— Нет, — прошептала я.

Я хотела, чтобы моя мать была здесь. Она должна была прилететь два дня назад, но задержалась на глупом благотворительном ужине в папином офисе.

— Мелани, мне так страшно, — я едва сказала это.

Я не была уверена, что, черт возьми, со мной происходило последние две недели, но до смерти боялась рожать ребенка. Я говорила об этом маме и Мелани. Мне нужно оставаться сильной для Рида, но я не могу, когда так напугана.

— Какой промежуток между ними?

— Ум… может быть, двадцать минут или около того… плюс-минус. У меня были небольшие схватки весь день, но я думала, что это были просто схватки Брэкстона-Хикса (прим. пер. — ложные схватки, которые появляются у некоторых женщин после двадцатой недели беременности). Они становятся все сильнее и больше.

Я услышала, как она прикрывает телефон и кричит кому-то.

— Корт? Девочка, я хочу, чтобы ты повесила трубку и позвонила своему врачу. Затем ты должна сказать Риду, хорошо?

Я кивнула головой, хотя знала, что она не видит.

— Затем я хочу, чтобы Рид позвонил мне, когда вы поедите в больницу. Кортни?

Я втянула воздух, пытаясь не расстраиваться.

— Да?

— Ты одна из самых храбрых женщин, которых я знаю. Ты сделаешь это, ладно? Я тебе обещаю.

— А что, если я сделаю что-то неправильно? — спросила я, вытирая слезы.

— Ох, девочка, все будет хорошо. Бог знал, что делал, и ты будешь автоматически чувствовать, как ухаживать за малышом. Ты будешь знать, что делать, чтобы она появилась на этот свет.

Я улыбнулась.

— Или он, — прошептала я, думая о Риде.

Мелани издала смешок.

— Да, или он. Повесь трубку и звони врачу, милая.

— Ладно. Но вы будете в больнице, да?

— Да, я сейчас поеду. Пол уже уехал, так что я напишу ему и скажу, чтобы он повесил картину в комнате ребенка, а затем приехал к нам.

— Хорошо. Я звоню доктору Миллеру.

Я повесила трубку, набрала номер офиса доктора Миллера и сообщила медсестре всю информацию. Она сказала мне отправляться в больницу. После того, как я повесила трубку, быстро нашла мобильник и написала маме. Если я буду с ней говорить, у меня будет истерика.