— Отвали, уже красный купол загорелся и сейчас выпустят… — я не успела договорить. Жуткий скрежещущий визг раздался буквально у нас над головой.

— Мать перемать… — я аж присела и отступила на несколько шагов назад от высунувшейся из-за ограничивающих учебную трассу кустов толстой пупырчатой змеюки, зеленовато-блевотной, немного похожей на застарелую соплю.

— Это тебе не мишень дурацкая, — с легкой ехидцей и нотками превосходства сказала луковица Норд, гордо выпрямилась и добавила: — я предупреждала! Это настоящая тварь скверны, и на заданиях ты будешь сталкиваться с такими каждый день. Смотри, как надо, неумеха, это всего лишь мелкая тварь, а ты уже… — и позерка, театрально вскинув руку с зажатым в нем кубом скверны, выпустила стрелу энергии в извивающуюся по направлению к нам гадость.

Гадость взревела так, что листья с густых кустов посыпались дождем, и…

— С ТАКИМИ?! — переспросила я, поспешно отступая еще дальше от внезапно выросшего на пару этажей сопляного монстра. То, что мы приняли за змею, оказалось всего лишь щупальцем. Одним. Самым маленьким.

— Ой, — пискнула лучница, — Это не та…. такой не должно быть! С такими… только Мастера…. Меня тут не должно было быть, сейчас твоя очередь! Я просто задержа…

— Ну охренеть теперь, — мрачно констатировала я, оглядываясь туда, где за ограничивающим куполом забегали и засуетились преподы, судьи и прочие болельщики. Вон, кажется, Ириска вдарила по силовому полю здоровенной косой… купол лениво мигнул в месте удара и остался стоять. Ни фига себе, кто его так укрепил?! Хотя пофиг, и так ясно, подмоги не будет.

Мне показалось, или там, в толпе, мелькнуло совершенно белое лицо Макса? Наверняка показалось… или он пришел за новое свое Оружие поболеть? К черту.

— Ты, опытная луковица, говори, что делать, пока нас не сожрали! — рявкнула я на замершую парализованным сусликом соперницу, схватила ее за плечо и как следует тряхнула, оттаскивая себе за спину.

— Оружие не может само сражаться с тварями выше седьмого ранга, — затряслась девчонка, — у нас… мы не способны…

— У нас почти полный хран! — зло выдала я, уже понимая, что толку с этой дуры, как с козла молока. — И еще один твой! Если ты его не прое… потратила зря!

— Если бы можно было сражаться только хранами, думаешь, мы бегали бы за Мастерами!? — уже практически ревела девчонка, мелко трясясь и отступая все дальше. Вместе со своим храном скверны, идиотка.

— Мы не можем сами! — продолжала пищать она. — Мастер, он скверну меняет! Поляризует! А нашей эта гадина только подкормится и станет больше! И выпьет на-ас…

— Значит, бить надо не гадину, — зло рыкнула я, в два шага догоняя соплюху и выдирая из ее ослабевших рук гнездо с кристаллами. Слава богу, этот склизкий монстр пока только ревел и шлепал щупальцами по земле, а к нам полз довольно медленно, просто неумолимо прижимал к куполу и окружал зелеными тошнотными змеями. Тоже понимал, что нам некуда деться? Дурацкие правила — типа никто не может вмешаться в поединок и потому ставят такой барьер, что из пушки не пробить. Или кто-то, выпустивший неправильную дрянь на нас… на меня, и об этом позаботился?!

— Да не реви, дура, пока меня жрать будет, тебя не успеет, — грубо пнув луковицу коленкой под зад, я придала ей направление туда, где от монстра было дальше всего. Обернулась, оценила, сколько у меня времени… нисколько. Ну, значит…

Скверна из обоих хранов потекла в меня стремительным потоком, мне даже показалось, что я вижу, как расправляются, раскрываются каналы, становясь чуть ли не тоннелями. Еще чуть-чуть… нет, я не лопну… еще….

НННА!!!

Я сосредоточилась и влепила по куполу чуть в стороне от столпившихся «спасателей» всей собранной скверной, и еще успела с радостью увидеть, как тот пошел волнами и погас. И почти одновременно с этим толстое зеленое щупальце стремительно пронеслось через оставшиеся метры и с неимоверной силой ударило меня в спину… и все исчезло. Кроме голосов.

«Азарова, ты отчислена! Азарова, ты никто! Приютская! Заучка-в попе-ручка! Деревянная кукла!»

— Юлия!

«Спину держи, кому сказала! Не смей реветь! Всем больно!»

— Юлия! Юля!!! Очнись, чудовище ты вилорогое! Где твоё упрямство? Не смей мне тут дохнуть! Ржа! Выпила мне все нервы, перевернула всю жизнь с ног на голову и теперь в кусты?!

Этот голос был ближе остальных. Да что там ближе, он орал так, что заглушил все. И его обладатель тряс меня, тряс…

— Пере… стань… у меня… голова… оторвется!

— И пусть отрывается, она тебе нахрен, видимо, не нужна! С какой ржи ты полезла в этот поединок?

— Макс? — я попыталась приподнять свинцовые веки, но сил на это не было. Кажется, я выплеснула на купол не только скверну из хранов, но и из себя самой…

— А кому ты ещё здесь сдалась-то, ржа космическая!

— Сам дурак, — я вспомнила про его утренний разговор с родителями и разозлилась. От злости, кажется, даже сил прибавилось, и я смогла открыть глаза. И разглядеть над собой серо-белое, как простыня в приютском лагере, лицо Мастера.

— Тц, раз огрызаешься, значит, все в порядке, — он вдруг замотал головой и рукавом вытер пот со лба. — Я сам тебя прибью… потом… — Максова рука заученным движением потянулась за сигаретой. — Ржа… закончились же.

Максимиллиан

Мысли роились и жужжали в голове, как рой диких пчёл, не давая выстроить себя в единую линию, структурировать, упорядочить… Ржа, и почему привычный допинг закончился в такое неудобное время!? Меня бросало то в холод от осознания, что с дурехой может произойти, то в жар и злость от понимания, что эта… эта молчала, как фыр на насесте, а сама решила за меня конкурс устраивать!

Я уже отвык так дергаться. Словно кипящим маслом по натянутым нервам. Нити вероятностей и понимания рвались и путались. Хоть как-то, усаживаясь на «почетное» место главного приза, я пытался привести все в порядок.

Девчонки пока готовились к участию в своеобразном тире, и моей тут ничего страшнее позора не грозило. ИД Академии уже успел меня успокоить — преподаватели не сумасшедшие, прекрасно понимают, что обе дурные девчонки еще ничего толком не умеют, так что и соревнования у них будут детские. Никто не позволит соплячкам устраивать серьезный поединок. Такие вещи вообще не афишируются обычно, если взрослые Оружия решают выяснить отношения — они арендуют полигон с тварями и устраивают серьезную имитацию охоты, а не эти эстафеты детсадовцев.

Кстати, похоже, моя вилорогая в курсе — ИД сказал, что они с Виктором проштудировали в библиотечном хране всю информацию, но вот то, чего не пишут в книгах, учесть не могли… ладно. Интересно… Юлия так уверена в себе… я чего- то еще не знаю?

Итак, кто был инициатором поединка? Явно юная Норд. Избалованная, обласканная родителями, единственная, да ещё и младшая дочь главы, который в ней души не чает. Не удивительно, по одному ее писку клан решил купить меня с потрохами.

Ржу им в зад, а не мою с таким трудом отвоёванную свободу! Наконец-то вырваться из под опеки своих предков-ископаемых, чтоб попасть под бдительный надзор других, причём не таких лояльных — да пошли они на…. Хм, так, спокойней. А то от злости хочется кого-нибудь придушить, а обе кандидатки на это дело уже начали отстреливать мишени.

Неужели сигареты имели настолько большое влияние? Или просто с непривычки… кажется, раньше у меня таких перепадов настроения не было. Передозировка? Мне самому уже не по себе от того, что руки аж трясутся от желания достать привычный допинг и затянуться.

— Ага, это ее Мастер, — вдруг раздался сбоку чей-то голос и отвлек меня от невеселых размышлений на самые разные темы.

— Пф… я-то думал, реально есть из-за чего страдать. Пацан какой-то, тоже, небось, клановый, тепличный. Юльке настоящий мужик нужен, она сильная, крутая и вообще…

Хм! Это откуда-то из-за спины и снизу. Какие интересные вещи неожиданно всплывают, кто-то претендует на мое Оружие? На мою… ржа. Я не знаю, кто ты, неизвестный самоубийца, но я переломаю тебе шею. Надо же мне хоть как-то успокоиться.

— Как ты, что ли? — а этого, наверно, можно и пощадить. Мне нравится сарказм в его голосе.

— Да хотя бы! Я-то сразу разглядел, что она лучше всех, а этот каждый день на нее смотрит и под носом ничего не видит.