Когда же она всё-таки вернулась в отель, вид у неё был взвинченный.

Она зашла к себе, убедилась, что и Паола, и Ольга на месте и с ними всё в порядке, как-то очень резко от обоих отмахнулась, обрывая вопросы и удалилась к братьям.

Обоих она застала в весьма благодушном настроении. Но взвинченность Натин заставила и их подтянуться. А когда Натин довольно резко отказалась от чая, бросив "потом", они поняли, что у неё новости весьма горячие.

Оба как-то по-особому переглянулись, но никто ничего не сказал, предпочитая выслушать что скажет сама Натин.

Василий плюхнулся за стол, с недопитой чашкой чая, а Румата, наоборот растянулся в кресле забросив руки за голову и уставившись в потолок. Лишь иногда бросая заинтересованные взгляды на Натин. Это её слегка покоробило, но дело есть дело.

- Как я понимаю, - начал Румата, - ваши научные изыскания наткнулись на нечто интересное? Неужто супруги Кюри додумались до атомной бомбы?

- Вы зря ёрничаете -- понизив голос, холодно заметила Натин, но Румата не унимался.

- Так-таки они додумались?! - картинно округлив глаза подпрыгнул он в своём кресле.

Натин поморщилась.

- Дело не в том, что они там думают, а совершенно в другом. В том, что я наткнулась на теорию, которая... очень мерзкая! И она, судя по моим наблюдениям, уже проникла в массы.

- Неужели Марксизм? - также ёрнически "заметил" Румата, но наткнувшись на очень осуждающий взгляд Василия тут же заткнулся и откинулся в кресле, приготовившись слушать.

Когда же Натин таки начала рассказывать, на лице Василия медленно проявились признаки смутного узнавания. И чем дальше он слушал, тем всё более явственно это узнавание пропечатывалось на его лице.

Весьма скоро он слушал Натин очень и очень внимательно.

- ...Цвет кожи служит для Гобино основанием выделения трех основных рас: белой, жёлтой и чёрной. - как заправский лектор чеканила Натин. - Эти расы Гобино рассматривает в виде трёхступенчатой иерархической лестницы с белой расой вверху и чёрной -- внизу.

Говоря это, Натин помогла себе соответствующими жестами, рубанув ладонью воздух и обозначив эти уровни иерархической лестницы.

- Внутри белой расы высшее место занимают, по Гобино, "арийцы". Расы, по его мнению, отличаются постоянством и неуничтожимостью физических и духовных черт; белая раса превосходит остальные в физической силе, красоте, упорстве и так далее. Но самый главный критерий места в расовой иерархии -- это интеллект. Славян Гобино относил к смеси "белой" и "желтой" рас и считал второсортными народами, способными занимать лишь подчиненное положение.

- То есть положение рабов, - с непонятным, для неё сарказмом, заметил Румата.

Натин же этому не придала значения, посчитав вполне уместной репликой, кивнула и продолжила.

- Гобино и местные расологи полагают, что все качества, присущие расе, запечатаны в "крови". То есть, если перевести в наши термины, в генах. А это значит, по их мнению, существуют заведомо дефективные народы и смешение высших рас с низшими ведёт к их вырождению.

Другое следствие из этой "теории", то, что европейцы, "генетически предназначены" быть властителями всего мира, а все остальные расы и народы, должны быть у них в подчинении или в откровенном рабстве.

- И отсюда "бремя белых". - опять встрял Румата со своим легкомысленным тоном.

На этот раз Натин прервалась и вопросительно посмотрела на него.

- А это что ещё за "бремя"?! - с подозрением спросила она.

- Это, уважаемая Натин, - с мечтательным выражением заметил Румата, - знаменитейшее стихотворение, некоего Редьярда Киплинга. И я бы особо отметил, гениальнейшего поэта.

- Но расиста! - как приговор выговорила Натин с осуждением глядя на Румату. Но тот, продолжая смотреть в потолок, с охотой подтвердил.

- Да! И ещё какого расиста! По нему все остальные народы, это полудети. То есть по сути ДЕБИЛЫ, подлежащие "оцивилизовыванию" и последующему управлению ими...

Натин при этих словах передёрнуло, так как она вспомнила стычку днём, в кафешантане. А Румата хитро улыбнулся Натин и обернулся к брату.

- Ну-ка, Василь. Выдай своё экспертное мнение по этому поводу!

В отличие от брата, Василий по прежнему слушал Натин с очень большим вниманием, и даже как-то напряжённо. Лицо его было мрачным.

- Я считаю, что эта "теория" есть оправдание. - выговорил он. - Оправдание и обоснование права эксплуатировать и грабить все остальные, неевропейские народы. Имеющие ценные, для европейцев, ресурсы. А так как "аборигены" могут не согласиться с желанием европейцев их ограбить и сделать рабами, то надо ещё и обоснование права европейцев устроить геноцид. Причём геноцид любого масштаба.

На такой пассаж у Натин вообще глаза круглыми стали. Ей такое даже в голову не пришло. Может быть просто не успела домыслить и вычислить элементарные следствия из "теории" Гобино. Но прямые следствия из уже сказанного Василием, её попросту ужаснули.

- Это... Это и есть рак? Рак миров?!!

- Да. Его сущность. - печально ответил Василий, но через секунду поправился. - Одна из... Но главная: право одних уничтожить на полном "законном" основании других, чтобы завладеть их ресурсами. Грызня между нациями возведённая в статус закона природы. А к чему она в конце концов приводит -- вы видели в "Мирах Распада".

В тепле гостиничного номера, Натин стало внезапно очень зябко. Она припомнила отчёты экспедиций по "Мирам Распада". И ей стало ещё хуже.

- Вопрос! - как-то совсем легкомысленно и напевно, воскликнул вдруг Румата и поднял даже руку. - Если эта теория Гобино относительно свежая... я прав в своих предположениях?

Румата взглянул на растерянную Натин и та механически кивнула.

- Если она свежая, то можем ли мы воспрепятствовать её распространению?

- Уже нет. - после длительного молчания сказал Василий.

- Так уж и нет? - ядовито уточнил Румата. - А если изъять книгу, физически уничтожить последователей учения...

Натин, хоть и была ещё при своей психомаске, вздрогнула. Она просто представила масштабы вероятной бойни. Это не одного-двух негодяев-извращенцев прибить в своём "родном" княжестве Аттала. Тут, скорее всего, речь пойдёт о сотнях и тысячах... И Василий подтвердил её опасения.

- Во-первых, брат, если даже и есть такие группы, то уничтожение их членов лишь притормозит процесс. Но не отменит. К тому же, тут уже речь идёт о сотнях и тысячах последователей.

- Не вопрос! - как показалось легкомысленно бросил Румата. - Вопрос в тактике со стратегией. Что есть вопрос чисто... технический. Но... было и во-вторых?

- Да, было и "во-вторых" - мрачно продолжил Василий. - Во-вторых, эта идея давно разлита по Европе в виде конкретных убеждений и стереотипов. Пример -- неприятности Натин в кафешантане на бульваре...

- Откуда вы знаете?!! - воскликнула Натин. - Я ведь это не успела вам рассказать!

Румата хмыкнул.

- Так об этом уже знают пол-Парижа. Благодаря свидетелям ваших подвигов и газетчикам.

- Но главное тут, - не заметив обмена репликами продолжил Василий, - крайняя надобность подобных теорий для финансовых и компрадорских элит Европы. Даже если ты, братец, каким-то чудом изничтожишь носителей, то эти элиты всё равно, рано или поздно профинансируют "создание" этой "теории".

- Мрачно как-то! - фыркнул легкомысленно Румата. Но было видно, что он что-то всё-таки быстро просчитывает в уме. - Получается, восход в Европе "Чёрного солнца" неизбежен?

- Да. И он уже начался. - подтвердил Василий.

- А-а... что такое это "Чёрное солнце"(11)?

- Ну... Это такая мерзопакость... Типа-символ. -- начал отвечать за Василия Румата, - которая в ходу у местных эзотериков. Особенно тех, которые двинуты на древности расы и её древних мистических силах. Особо популярен у идиотов, запавших на... ну то самое, что мы сейчас обсуждаем.