- Конечно, - беспечно отозвался он уже из холодильника, что-то жуя. – Я же умница!

- А я всегда тебе это говорила!

- Ну, не всегда!

- Кто старое помянет, тому глаз вон! – люблю сына, и люблю такие вот с ним перепалки. Хотя блин с кем мне ещё ссориться, пусть и шутя?

- Кстати, мам, ты слышала? – сын, статный четырнадцатилетний симпатяга, вынырнул из недр холодильного агрегата с надкушенной куриной ногой.

- О чём? – пока он искал еду, я снова с непонятной тоской разглядывала календарь. Может быть, в следующий раз ещё только купив его, стоит заклеивать ненавистный месяц какой-нибудь милой картинкой?

- Завтра в Москве состоится открытие Недели Южной Кореи…

Моё сердце остановилось.

- Чего?

- В рамках улучшения международных отношений. Приедут многие их кинозвёзды, и даже будут музыкальные выступления. Многих я не знаю, но вот то, что там будут твои Гаты и Айленды – это запомнил. – Сказал и вышел в коридор, оставив меня одну. Мыслей не было.

От звонка трубки скайпа стоявшей здесь же на кухне, я подскочила на месте, едва не расплескав кофе.

- Да?

- Привет, Ирин, - поздоровалась моя крестница Маришка, вышедшая замуж за москвича, и уже лет как десять живущая в Москве. – Я тут тебе подарок на день рождение купила!

- Привет, Маришек! А ничего что рано? У меня день рождения в марте, или забыла?

- Я не забыла! Просто в марте Недели Кореи не будет, а сейчас она уже завтра начнётся. Я тебе купила абонемент на все мероприятия. Так что собирайся, у тебя есть полтора часа до поезда, билеты у тебя в почте! Утром уже будешь у нас! Всё, целую, чтоб была завтра! Отказа не принимаю!

Я отключила трубку и аккуратно, словно бы она могла взорваться, положила её на стойку рядом с кофейником. В голове громко с завыванием свистел пустынный ветер.

- И что ты думаешь? – блин, напугал! Забыла, что у нас на кухню есть ещё одна дверь из зала, из которой и вынырнул сын. – Иди, собирайся!

- Что? – я обернулась. Внезапно озарение пробило мозг высоковольтным разрядом. – Это ты устроил?

- Нууу, - он всё-таки дотянулся до кофейника и присосался к носику. Ничего, можно, там сливок больше, чем кофе. – Тётя Маша активно помогала, без неё бы не смог.

- Но, зачем? – едва слышно спросила я.

Сын, став серьёзным, повернулся ко мне. Как-то очень остро напомнив мне моего меняющегося Дэниэла О*Коннери.

- Считаешь, что всё это время я не видел твоих слёз? Ты же до безумия хочешь снова их увидеть. Так езжай, и встреться! - договорив, он клюнул меня в щёку, изображая поцелуй, и подтолкнул к выходу из кухни. – И передай привет дяде Хуну!

Взлетая по лестнице на второй этаж, я подумала, что теперь есть хотя бы одна причина любить февраль, а там – как получиться!