Зверёк знал, что никто ему не поможет, и продолжал выживать в одиночку.

  Симка спрыгнул на пол. Сброшенное полотенце одним концом плеснуло о воду, перевесившись через обод.

  Домовой знал, что не дождётся благодарности... но в конце концов без крысюка будет скучно!

  ***

  То утро начала вьюжня началось традиционно.

  - Не проснусь, не вста-а-ану! - закапризничала Алесса, когда Вилль, уже умытый и одетый, пощекотал её пятку.

  - Лесь, у нас гости.

  - Пусть идут к лешему!

  - Кхм. Магистр Инэй телепортировался за нами. Извини, но сказка закончилась.

  ГЛАВА 7

  С раннего утра природа возвещала о скором наступлении весны. Разгулявшееся солнце пронизало даже плотные бархатные шторы спальни, вытапливая из ледяного узора по стеклу первые слезинки прощания. Ветер, прокуролесив всю ночь, устал и угомонился. Несмотря на зимний щипучий мороз, птицы щебетали беззаботно, как в первозвоне, отражая лёгкое настроение погоды. На соседском заборе надрывался полосатый котяра, но пока что вместо невест ему удалось привлечь внимание только рыжей комнатной моськи размерами чуть крупнее крысы и одетой в ярко-алую вязаную распашонку, и, тем не менее, собачка ответственно и шумно выполняла свой долг по облаиванию проходимцев, смевших нарушить покой хозяйского променада. Сама же владелица "стража порядка" наблюдала сцену с философской зевотой, кутаясь в кацавейку возле обледенелого фонаря, практично погашенного с наступлением рассвета.

  Эта какофония и разбудила Триш, а не обычный салют из неверно смешанных реактивов. Наставник обещал зайти ближе к двенадцати часам, так что времени на сборы было океан и маленькая речушка. Не спеша ополоснулась и вымыла голову ромашковым настоем, благодаря которому пепельные волосы становились золотисто-русыми, уложила мягкими волнами короткую причёску. Навела лёгкий дневной макияж в светлых тонах, подобрала удобное тёплое платье для длительной прогулки на свежем воздухе, а, когда снова спустилась на первый этаж, то обнаружила в гостиной Веррею.

  - Это пособие по химии и геометрии отношений, - серьёзно сказала демоница, развернув книгу красочной обложкой, наглядно поясняющей заглавие "Марисуэла и семь эльфов". - Вчера какая-то человечка на бульваре дала, сказала, что я испытаю взрыв чувств и бурю страстей. Сейчас дочитаю и сама всё пойду пробовать на вкус. Если человечка соврала, напущу на неё ночные кошмары, и гори оно огнём!

  Триш прыснула: будучи ишицу, Веррея питалась эмоциями смертных и в большом шумном городе голодной никогда не оставалась. По совету Володи она практиковала исцеление душ, то есть работала приходящим психологом и экстрасенсом, что не только доставляло моральное удовлетворение, но и держало на плаву быт обитателей дома на Восьмом Лепестке. Правда, была у звонкой монеты и обратная сторона. Демоническая сущность не может существовать в мире Альтеи без тела, а магия Бездны испепеляет драгоценную оболочку, так что иной раз, "перелив" в потенциального самоубийцу заряд собственных положительных эмоций, Веррея возвращалась вся в ожогах, вследствие чего появились такие вот огненные шуточки.

  - Удачи, только смотри не объешься, а то эмоций и правда будет чересчур.

  - Постараюсь. Скажи, я похожа на, - демоница листнула страницу, - "орхидею пламенного вожделения"?

  - Скорее, на тигровую лилию. - Вызывающе-яркий наряд в сочетании с красными волосами и ногтями на другой женщине смотрелся бы вульгарно, но Веррее удивительно шло.

  - Это мне больше нравится, - удовлетворённо кивнула демоница. - А ты с каждым днём сияешь всё ярче, росинка.

  - Моя сила растёт?

  - И это тоже. Ты зря недооцениваешь себя, росинка. Я повидала много смертных, но такие, как ты - большая редкость.

  - Сударь Шантэль то же самое говорит.

  - Остроухий правду говорит. Если бы мне досталось твоё тело, я бы правила миром.

  - Тебе же нельзя колдовать.

  - Это бы не понадобилось. Ты - источник, к которому всегда будут стремиться... чтобы остаться рядом.

  Триш была бы совсем не против, если бы кое-кто оставался рядом почаще и подольше, а не мчал, сломя голову, во дворец, не успев даже толком выпить чаю. Ишицу улыбнулась её мыслям, и магичка спешно перевела тему:

  - Как думаешь, Черногривый ко мне выйдет?

  - Выйдет, если будет уверен, что ты действительно хочешь его видеть, а не просто делаешь то, что говорит тебе остроухий.

  - Сударь Шантэль - отличный учитель.

  - Я вижу, росинка. Но лучше к нему не привыкай, иначе потом одной будет очень больно. Я не хочу, чтобы грусть высушила твой источник.

  - Ты о чём, Веррея? Сударь Шантэль не из тех, кто легко прощается с учениками, - нахмурилась девушка. Той ночью и в их дом ворвались, но налётчики и не подозревали, какой их ждёт отпор. В пылу схватки один из нападавших ударил Триш, и сударь Шантэль снёс ему голову, притом, лицо у него было таким, что магичка сама едва не пустилась от учителя наутёк.

  - Война скоро.

  - А-а, это... Может быть, всё ещё обойдётся.

  - Не обойдётся, я чувствую.

  - Ну, так или иначе, сударь Шантэль не будет участвовать в боях. Во-первых, он теоретик, а не практик, а, во-вторых, у него нога повреждена, - девушка сама себе дала зарок никогда не называть л"лэрда калекой даже в мыслях.

  - Вот бедолажка! - рассмеялась Веррея.

  - Что же тут смешного?

  - Сама у него спроси, - демоница загадочно улыбнулась. - Динь-дилинь!

  Дверной колокольчик запоздал на пару секунд. Как всегда, сударь Шантэль выглядел безупречно, будто и не было бессонных ночей, проведённых за разбирательством недавнего мятежа. Триш не удивилась, когда вину за беспорядки свалили на Сознающих. Последствия удалось сгладить, но холодок в отношениях с орканским посольством остался.

  - У вас сегодня подозрительно тихо, - вместо приветствия заметил л"лэрд, небрежно отдав девушке букет голубых и белых гиацинтов.

  Веррея ничком повалилась на диван, накрыв голову книгой:

  - Сглазил!

  - Ложи-ись!!! - раздался из подвала дикий вопль, а следом - взрыв.

  Пол под ногами вздрогнул, толкнув Триш вместе с букетом прямо в объятия л"лэрда. Бронзовая люстра слетела с крючка и шлёпнулась в заваленный ветошью таз, поставленный посреди комнаты во имя целости дорогущего паркета. Кадка с Йожиком подпрыгнула: миелл-тьярр распушился, упираясь в пол и стены всеми корнями-веточками. Из листьев высунулась любопытная мордочка Лея, и элементаль ручейком просочился сквозь доски в лабораторию заливать начинающийся пожар. Опустевшие рамы ощерились осколками выбитых стёкол.

  - Вот теперь всё в порядке, а то я было подумал, что у вас что-то случилось, - л"лэрд с усмешкой выпустил из рук ученицу, порозовевшую одновременно от смущения за брата и случайной близости с потрясающим мужчиной.

  Вместе с клубами дыма из подвала вымелся закопчённый Лис, смахивающий на демона гораздо больше Верреи. Халат походил на плащ, заляпанный сажей и "кровью" грешных реактивов; встопорщенные вихры тлели бесовской короной. Плюнув на ладонь, счастливый алхимик прибил искорки:

  - Всемогущий гидролиз! Я в осадке! Я гений! Муаха-ха-ха-ха!!!

  - Пушистик уверен, что наконец-то изобрёл философское зелье, - пояснила Веррея, снова усаживаясь на диване.

  - Он и в прошлый раз был уверен, когда расплавил все ложки в своём зелье! - Метис, выглянувший из спальни на шум, оценил масштаб бедствия, захлопнул ставни и пошёл в чулан проверить, остались ли запасные стёкла.

  - МУРа! Сам посмотри!

  - Вы просили посмотреть, а не понюхать, - эльф безуспешно попытался отпихнуть из-под носа грузило, действительно слегка пожелтевшее. Внезапно лицо л"лэрда вытянулось, как пустая шкурка от банана. - Это что за мерзость?