- Итак, что хочешь рассказать? - судья поднялся и сел на краешек стола, его брат остался сидеть за столом, не шевелясь.

   Я обошла стол и стала у стены сбоку, чтобы видеть, что происходит. Это может быть важно. До этого все мои видения были важны.

  - Я ниче-е-его не знаю, - промямлил человек, падая на колени перед вторым Всадникам.

  - А мне так не кажется, - он скрестил руки на груди. Одна прядь длинных волос упала ему на глаза, он не поправил её. Все-таки он был идеален. Сердце жалось, как же нелегко признать, что я люблю его....

  Но я потрясла головой, отгоняя не прошеные мысли, возвращаясь к разговору.

   - Было похищено пятеро сотрудников Департамента, Пропали важные книги из библиотечного фонда и реликвия одного из моих братьев.

   Я застыла, так оказывается, я не всё знаю. Про книги и сотрудников я ничего не знала. И кольцо они не нашли?

  - Ты утверждаешь, что не в курсе происходящего?

  - Я .... -снова протянул он.

   Шеф встал со столешницы и подошёл к человеку, тот в ужасе воззрился на него. Одно мимолётное движение рукой и арестант, закричал, видимо, от боли, его вдавило в стену, с лязгом захлопнулись оковы на руках и ногах. В глазах арестанта промелькнули страх и ужас, кстати, где они? Я с трудом оторвалась от Всадника, и поискала глазами ребят, их не было.

  - Такты будишь разговаривать охотнее, - голос Судьи парализовал. Мне даже стало не по себе.

  - Я всё передавал через секретаршу вашего брата, - прошептал человек.

  - Так, - протянул Война, - дальше...

  - Доносил ей, об обстановки у вас в башне, - он запнулся.

  - Чья секретарша? - неожиданно подал голос Чума, до этого хранивший молчание.

  - Третьего Всадника, - прошептал человек, с ужасом смотря на Чуму.

  - Так, - протянул мой шеф, - а девушку четвертого, кто похитил?

  - Она, она, - энергично закивал человек.

  - Кто ещё был в сговоре? - спросил Судья и придвинулся ближе.

   Человек сглотнул. Да и мне тоже было страшно.

  - Шер из змееносцев и ...и... - снова потерял дар речи арестант.

  - И?.. - подался вперёд Чума, на лице человека вскочили язвы, гнойные, отвратительные язвы, - отвечай! - рявкнул он.

   Я тоже, как и человек у стены, вжалась в сейчас спасительную поверхность.

  - Раймонд, - прошептал он, закрывая глаза.

   Мне это имя ничего не сказала, но, судя по окаменевшим лицам Всадников, им много чего.

  Война развернулся к брату.

  - А я думал, почему он так хлопотал за присоединение Лабиринта к имеющимся мирам, вот оно как, - он подошёл к брату и опёрся на стол, руками подаваясь вперёд.

   Чума откинулся на стуле и посмотрел на него.

  - Где он сейчас?

  - Отбыл, - Война резко выпрямился.

  - Нет, милорд, - прошептал арестант, все развернулись к нему, - он здесь, и сейчас у него кольцо и ваша девчонка, - решил всех сдать с потрохами человек, проговорив это, он снова зажмурился.

  - Что? - тон, которым был задан этот вопрос, не предвещал ничего хорошего. У меня волосы встали дыбом.

   Судья моментально очутился рядом с человеком, все ещё прикованным к стене. Глаза его полыхнули красным пламенем.

  - Где он её держит? - рыкнул он.

  - Я не знаю, милорд, не открывая глаз, прошептал человек, а вот я знаю, где кольцо вашего брата, оно в Лабиринте, вам нужна девчонка, чтобы его вернуть, так как она Избранная и может его взять руками, а вы нет. Да и смерть старается его не касаться.

   - Где она? - снова прорычал он.

  - Я не знаю, не знаю, милорд. Но не в Лабиринте это точно. Им надо вас заманить к ней, поэтому она где угодно, но не там.

   Эх, если бы я знала, где я, я бы передала им. Но, увы, я не знала, на глаза навернулись слёзы.

   - Вероника, - позвал Чума.

   Девушка белая, как мел, вошла в комнату. Она, кажется, слышала разговор.

  - Дай акт о смертной казни, он нам больше не нужен.

  - Да, сэр, - прошептала она и из папки вытащила два листа. Всадник достал ручку с красными чернилами и подписал оба листа. Затем повернулся к брату.

  - Можешь его убить, я вижу, у тебя руки чешутся, мы найдём её, не бесись ты так, Голоду надо передать о его девке. - Ровный и спокойный голос Чумы отрезвил нас всех. Война отошел от арестанта и щёлкнул пальцами, тот, закричав, рассыпался в прах. Меня накрыла волна, и резкая боль вернула в реальность. Холодный пол, тёмный подвал и Змееносец, теперь я знаю, кто он, навис надо мной.

  22 глава

  - Ну, что продолжим? - спросил Шер.

   Я старалась на него не смотреть. Из темноты раздался голос, почему-то тоже знакомый.

  - Погоди, её бить, нам надо поговорить. - К нам вышел мужчина, я с трудом, но узнала, сухопарого человека, его злой и колючий взгляд.

   Тот посол, которого принимали Всадники впервые дни моей работы в Департаменте.

   Так это Раймонд? Вот оно как, сначала он с ними любезничал, а потом вот так подставил, но зачем ему рушить устоявшуюся систему мира?

   Змей отошёл, уступая место Раймонду. Он извлёк стул из пустоты сел напротив меня.

  - Мы виделись с тобой, Дашенька.

  - Я помню, - прошептала я.

  - Это хорошо, перейдём к делу, убить тебя мы не можем, Избранная, он покосился на медальон, я могу лишь блокировать силу этой семейной реликвии твоего шефа, но убить тебя он не даст. Вообще очаровательная безделушка, обладает разумом и довольно сильна, но это всего лишь украшение, правда?

   Я молчала.

  - Ты уже догадалась, что ты приманка для него?

   Я медленно покачала головой.

  - Ты не уверена, что он придёт? Милая, я в этом уверен и довольно скоро, ты же Избранная, - он противно улыбнулся.

  - Я ничего об этом не знаю, - прошептала я.

  - Да? - Удивился он.- Потом как-нибудь расскажу, скажу сейчас только одно, ты очень и очень ему нужна, а нам нужен он, как гарантия, что другие Всадники выполнят наши условия. Спросишь, почему именно он. Милая, что ты знаешь о войне, как о социальном явлении?

  Я молчала, конечно, я могла ему ответить что-то типа "Это одно из отвратительнейших проявлений социума, что война имеет цель насильственными средствами навязать точку зрения одной из конфликтующих сторон" или же продекламировать ему определение войны Клауверцам " Война - продолжение политики с применением насильственных средств".

   Но я молчала. Пускаться в долгие дебаты с этим типом я не собиралась.

  - Молчишь? - Ведь знаешь ответ на мой вопрос, ну дело твоё, - он пожал плечами и продолжил. - Итак, а теперь представь, что исчезнет понятие война, люди и другие существа перестанут убивать друг друга по политическим, религиозным и другим причинам, так сказать придут к одному единому мнению. Молодые парни перестанут умирать, все заживут, счастливо у них будут семьи и дети, разве это не прекрасно?

   Я подняла голову и посмотрела на него.

  - Тоже промолчишь, крошка? Сказать нечего, я же прав, правда? Когда ты начнёшь воспринимать своего шефа не как человека, ты, Избранная, наконец, поймешь, о чем я, - он улыбнулся.

   Я покачала головой.

   Любой из Всадников важен, пусть с точки зрения людей все эти четыре явления и ужасны, и отвратительны, но если подумать. Если бы не было воин и конфликтов, то люди бы не расселились по Земле, а сидели бы каждый на своём пятачке. Так же как и голод - он вынуждал людей переходить в более благодатные места в поисках пищи, опять же он подталкивал людей совершенствоваться, например, научиться добывать огонь, придумывать новые способы приготовление пище и её употребления. Если вспомнить наш разговор с адептами, то Смерть вообще, один из важнейших явлений все умирают, а если умирают, то освобождают места для новых поколений людей и других существ. Болезни, опять же без них медицина не развивалась бы, не придумывали бы новые лекарства от СПИДа или гепатита, Все они регулируют жизнь во всех подвластных им мирах, без них всё встанет, прогресс перейдёт в регресс. Я вспомнила давно просмотренный мной фантастический фильм, в котором показывали планету, на которой одна часть людей, обретя вселенское спокойствия и спокойную жизнь без агрессии и конфликтов, просто вымерла, а