А странная история, о которой хотел, в ней много загадок так и остались загадками. Но она имела касательство и к Анне Илларионне, и к Михайлову.

Об этом-то и думал речь вести, а нынче, вас дожидаясь, взял да и перелистал вторую тетрадь моей Аннушки. Первую — военную — я вам не давал: больно уж далеко в сторону. А нынче полистал вторую: ба-ба-ба, нельзя миновать!

Вот извольте. Прошу вслух читать.