— И хороший шираз подо всё.

— А для меня только салат из зелени.

Ничего не поделать, всегда найдётся кто-нибудь на диете. Или, по крайней мере, кто прикидывается перед остальными. И ещё всегда есть тот, кому нравится пробовать необычные блюда.

— А что такое «сыры фантазия»?

— Местные сыры с разными сортами мёда, соответственно вкусам.

— Отлично, я хочу это.

Вечер проходит медленно, вкусно, остро. Первые блюда, за которыми следуют странные смеси рыбы и овощей.

— Эти брокколи с креветками очень вкусные. Кто-нибудь хочет попробовать?

К концу разница в возрасте стирается перед хорошим блюдом.

— Давайте выкурим по сигарете, пока ждём вторых блюд?

— Ладно, сначала выйдем мы, мужчины.

— Сволочи!

— Но из вас только две курят!

— Всё равно вы сволочи!

Пьетро, Энрико, Алессандро и Флавио собираются перед дверью ресторана. Кто-то садится на скамейку, другие прислоняются к стене.

— Есть сигаретка? — Пьетро спрашивает Флавио, который тут же предлагает ему одну. Пьетро её зажигает, делает затяжку и начинает говорить. — Как я испугался, когда увидел, что вы заходите. Я сказал себе, что если она со мной поздоровается, меня ждёт трёпка. И никто не объяснит Сюзанне, что мы познакомились случайно.

Энрико стряхивает пепел на землю.

— На самом деле, это было не совсем так.

— Я это знаю, но мне пришлось бы заставить её в это поверить.

Флавио становится любопытно.

— Почему? Как было на самом деле?

— Да ничего особенного, — вмешивается Алессандро, — однажды мы обедали с Ники и её подругами.

Пьетро пихает Флавио.

— Да, в тот раз, когда мы тебя звали, но ты, как обычно, не пришёл!

— Слава богу, я не пошёл! Вы сумасшедшие. Алекс, ты меня поражаешь. Представь, что случайно вошли бы наши жёны, что они подумали бы? Ты понимаешь, что они перестали бы нам доверять? Они бы нас больше никуда не отпустили с тобой. И хоть ничего не случилось, я хочу сказать...

— Эй, — Алессандро качает головой вверх-вниз. — Пьетро чуть не уехал прогуляться на скутере с Олли, подругой Ники, и встретился с Сюзанной!

— Нет!

— Да!

— И что ты ей сказал?

— Ну, что эта девушка спросила у меня дорогу.

Флавио смотрит на всех троих.

— Послушайте, не втягивайте меня в ваши неприятности, — он выбрасывает сигарету и заходит.

Пьетро кричит ему в спину:

— О каких неприятностях ты говоришь? Это жизнь, Флавио, жизнь!

Но тот уже вошёл и не слышит его.

— Ого, вы поняли? Флавио нам уже не вернуть, ему сделали лоботомию. Иногда каждому нужен глоток свежего воздуха, хотя бы без жены, какого чёрта! Ладно, может, я преувеличиваю. Но только потому, что он преувеличивает ещё больше! — Пьетро смотрит на Энрико. — Блин, если бы у всех были отношения, как у вас с Камиллой! Вы счастливы в своей свободе, без ограничений и тотального контроля, так ведь?

Энрико улыбается. Алессандро хмурится, глядя на него.

— Ага... давайте зайдём! Мне бы не хотелось, чтобы Флавио, почувствовав свободу от нашего присутствия, наговорил лишнего.

Алессандро, Пьетро и Энрико заходят обратно, как раз когда выходят Камилла, Сюзанна, Кристина и Ники.

— Смена...

Они улыбаются друг другу, меняясь местами. Единственные, кто обменивается поцелуями на ходу, – Алессандро и Ники. Едва выйдя из ресторана, Сюзанна зажигает сигарету.

— Чёрт, мне бы хотелось быть комаром, чтобы быть здесь, снаружи, и услышать, о чём они говорили.

Кристина зажигает свою.

— Зачем? Ничего нового они не сказали. Наверняка Флавио отпустил какой-нибудь комментарий о симпатичной блондинке, сидящей за столиком в глубине зала, которая, кстати, полностью переделала себя с помощью пластики!

— Что за блондинка? — спрашивает Ники.

— Та, что сидела позади тебя, ты её наверное не видела. Я заметила, что и Пьетро время от времени поглядывал на неё.

Сюзанна делает короткий выдох, выпуская немного дыма.

— Что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Лоренцо, мой сын, светится, когда видит рекламу «Водафон». И когда я его спросила: «Почему тебе это так нравится?», он мне ответил: «Потому что у той девчонки такие сиськи!» — Сюзанна деает жест, словно она борется голыми руками с бурей. — Вы понимаете? Он пошёл в своего отца, одержим этим с рождения!

Они смеются, дурачатся и болтают. Ники слушает с любопытством, улыбается, кивает, пытается как-то участвовать. Но они говорят о детях, о домработницах, о покупках, о парикмахерах, о женщине, которая недавно развелась, и о той, что ждёт третьего ребёнка. А затем странная история о лучшей подруге последней, которая, узнав, тоже захотела ещё одного ребёнка. Первая ждёт ребёнка? Месяц спустя вторая забеременела. У первой уже двое детей? Два месяца спустя вторая ждёт второго ребёнка. И теперь... Она точно заставила мужа работать над третьим ребёнком. И так далее. Они смеются.

А Ники? Ники спрашивает себя, неужели то же самое случится с моей жизнью? Станет ли она дорогой, освещённой моим маяком? Мне только что пришло кое-что в голову. Кое-что офигенное. Мне бы даже хотелось прокричать это. Эй, девчонки, жёны друзей Алекса, вы уже узнали? В моду войдут longboard, длинные доски для сёрфинга и их безрассудный танец на волне! Но я представляю их лица от такой удивительной новости.

— А ты что думаешь, Ники?

— Ммм...

— О том, чтобы иметь четверых детей.

— Мне кажется, это хорошо, если ими занимаешься ты, а не ищешь какую-нибудь филиппинку. В таком случае, я не имею ничего против.

— А Алессандро ждёт будущего, заполненного молокоотсосами?

— Ну, в данный момент, единственное, о чём я постоянно себя спрашиваю, – хочет ли он будущего со мной.

Камилла улыбается.

— Она права. Лучше не давить.

Кристина спрашивает с неподдельным любопытством:

— А что говорят родители о том, что ты встречаешься с парнем... ну, старше тебя?

Ники смотрят на неё.

— Ох, они не говорят, даже и говорить не могут об этом. На самом деле, они только догадываются.

Кристина давит.

— Да, они разве ещё не знакомы?

Ники думает об этом. Вероятно, это неподходящий момент для рассказа о путанице с агентом по вкладам.

— Ну, моя мать говорила с ним, и, кажется, он ей понравился. Скажем так, Алекс произвёл на неё хорошее впечатление.

Камилла улыбается.

— Да, Алессандро – отличный парень. Такому любая мать будет доверять.

Ники думает о путанице.

— Да, это правда. Я убеждена, что моя мать вложилась бы в такого, как он.

Кристина и Сюзанна любопытно переглядываются, не поняв этого выражния. Ники это замечает.

— В смысле, она бы рискнула, несмотря на разницу в возрасте, если бы от этого зависело счастье её дочери...

— А, понятно.

Затем все они решают вернуться в ресторан. Ужин продолжается спокойно и размеренно, его заполняют вина, вторые блюда и гарниры для всех, а также немного фруктов для некоторых.

— У Вас есть ананас? Тогда мне ананас, так хоть немного жира сожгу.

Сладости и десерты, небольшое исключение. А затем что-то большее, чем обычно.

— Мне кофе.

— Сколько кофе?

— Мне американо.

— А мне с холодным молоком.

— Мне без кофеина, проверьте, пожалуйста, иначе потом я не усну.

А затем обычная для ресторанов деталь. Вопрос перед тем, как оплатить счёт:

— Вам не хочется лимончелло, граппы, чего-нибудь покрепче?

Немного позже на улице – последние слова. Рукопожатия, поцелуи в щёки. Все рассаживаются по своим машинам с обещанием скорой встречи. И нового любопытного повода.

87

Комната цвета индиго. Она.

Вечер. Послезавтра – великий день. Как страшно. Наверное, лучше отправиться в кровать. Но как всегда закрытый ноутбук на столе словно притягивает её. Она всё ещё не открывала ту папку. Но название возбуждает в ней громадное любопытство. «Последний закат». Что же там? Девушка кликает по ней и открывает. Ещё больше документов Word. Больше слов.