Глава 6 Конец

Они разбрелись по углам. Кто-то проклинал тяжёлую долю, кто-то пытался смириться со скорой смертью. Он же отправился к любимой в палату. Она лежала на том же боку, грудь мирно вздымалась. В похожее состояние спячки входили некоторые животные перед наступлением холодов. Брови поползли вверх. Мари являлась на четверть другим существом! Что если и они не выносят холода, впадая в пограничное состояние?! В глубине души появился проблеск надежды, освещая горюющее сердце. Он присел на край, поцеловал любимую в ледяные губы, и гладил по животу, не прекращая развивать посетившую его мысль. Часики тикали, механизм пришёл в движение, и Рем уже не мог усидеть на месте, подгоняемый идеей. Дан на умозаключение отреагировал сухо.

— Вполне возможно, но как это нам поможет? Ты не слышал? Всему конец. К чему метания? — он открыл бутылку вина, и причмокивал, отпивая, взгляд косил.

Рем как раз собирался найти мать или Амину, но из палаты раздался протяжный крик. Не чувствуя под собой пола, он помчался туда. Целители обступили девушку, держали за руки, успокаивали. Она кричала во всю глотку, хватаясь за живот, а затем потеряла сознание. Его попытались выпроводить, но он настоял на своём. Приборы изображали разноцветные волны, то и дело, изменявшиеся в размерах. Обезумев, он сильно схватил женщину за руку, и прорычал:

— Что с ней?!

— Роды, — крякнула особа в ответ, и умчалась куда-то.

Следующие часы проходили в агонии, и он не находил себе места, курсируя по коридору. Целители забегали и выбегали, таская в руках металлические предметы, шприцы, проводки. Эхом прогремели в голове слова Ларо: «Повезёт, если успеешь спасти ребёнка». Рем старался отвлечься, но они крепко засели внутри, пластинка проигрывалась, тошнота подкатила к горлу.

Оли удерживал бунтарей с восточной стороны, Нерп с западной. Живая стена не пропускала их в мир. Погода ухудшилась, но им повезло, что у стражей в запасе оказались тулупы. Дозорный явился на пересменку, и он отправился отдохнуть. Связь работала, но плохо — подсмотрел у одного из ребят, говоривших с семьёй. С особой нежностью вояка произнёс имя жены, и затаил дыхание. Голограмма обеспокоенного личика точно передавала состояние Агаты.

— Держишься? — пропела она, губы дрогнули в подобии улыбки.

— Как всегда, — кивал он, хмурясь. — Прости меня, родная. Я должен быть с вами. — Она заплакала.

— Ничего. Я понимаю. Мой воин! — обожание переплеталось со страхом. — Неужели это конец, любимый? Наши дети не познают жизнь, — хлюпала она без стеснения, что совершенно на неё не походило.

— Может, и к лучшему, — обнадежил он, улыбаясь. — Посмотри, как жесток мир! Мы хлебнули сполна! Я люблю тебя! Умирая, я сохраняю на устах твоё имя! — растрогался он, и отключил передатчик. Волна атаки не позволила горевать, и Оли ринулся в бой.

Рем нервничал, пересекая коридор, картинка мельтешила перед глазами, кусал ногти. Он не переживал так сильно с битвы в долине смерти. Дверь лифта отворилась, и оттуда показалась фигура правителя. Чёрный балахон колыхался при ходьбе, лицо бледное, на макушке пролегла седина. Ларо вытянул длинную руку, останавливая его метания.

— Сейчас не время, Рем. Опасность близко. Нужно решить, как быть, иначе…

— Знаю, знаю, — бормотал он под нос, силясь ухватиться за ускользавшую мысль.

— Она сильная, выдержит, — во взгляде правителя притаилась несокрушимая решительность. — А вот насчёт нас я не уверен, — в мешки под глазами можно было что-то положить, он долго не спал.

— Да, встряли, что тут скажешь, — схватился за шею, вытянув голову. — Как там Оли?

— Держится. Не знаю, надолго ли его хватит.

Он не мог выносить крики любимой, и закрыл уши руками. Правитель поморщился, ему они причиняли не меньшую боль. Роды длились дольше суток, при этом Мари часто теряла сознание. Целители вводили ей сыворотку снова и снова, ведь сам ребёнок выйти не сможет. Существовал и другой способ окончить мучения девушки, но Дан полагал, что Гарпия способна запустить процесс самоуничтожения, о котором говорилось в старинных исследованиях.

Белянки обступили силовое поле, и начали отчаянные попытки прорваться, обгорая дотла. Запах гниения разносился по округе, и Рем ощущал его даже сквозь стены блока. Море покрылось новой коркой льда, и бултыхалось, стараясь выбраться из-под импровизированной природной крышки.

Очередной крик Мари содрогнул маленького человека, и он переместился к панорамному окну. Занесенный пургой город умирал. Внезапно ему вспомнился сон — зов и янтарные глаза королевы. Он совсем позабыл об этом, спасая Амину. В карих глазах блеснула искорка, а на губах заиграла улыбка. Ларо внимательно за ним наблюдал, сощурившись.

— Унда! Конечно же! — Правитель в недоумении развёл руками. — Я видел сон! Делия звала меня!

— Считаешь, она на такое способна? — почесал Ларо подбородок. — Даже если это не игра разума, погружение при такой температуре опасно, — поник он, констатируя факт.

— Есть предложения? — всматривался Рем в ледяную корку. — Я не стану сидеть и ждать смерти, Ларо! Моя жена и ребёнок заслужили право на жизнь! И я сделаю всё, чтобы им его предоставить! — брызгал он слюной на стекло.

— Ты замёрзнешь до смерти! — прорычал тот в ответ.

— Костюм нагревается, забыл?! Это возможно! — он сиял, зажжённый идеей.

Ларо приободрился, поддаваясь возбуждению, жажда жить не покидала древнего Магнуса. Отпускать одного он, конечно, не стал, распорядившись самому выбрать отряд. Рем знал, кого возьмёт в опасное предприятие.

Мари находилась в беспамятстве, постанывая, веки трепетали. Он поцеловал её в лоб, погладил по волосам, и шепнул в лицо, обдавая теплотой дыхания:

— Я спасу вас, любимая.

Ян и Тина ожидали у выхода. Они уже облачились в обтягивающие костюмы для погружения, а из оружия прихватили по острому кинжалу, заткнутому за поясом. Лучевое оружие в Унде не работало. Хотя, может, ситуация изменилась. Молча друзья направились к двери, снедаемые страхом неизвестности. Неожиданно их окликнула девушка. Амина выглядела сердитой, а обтягивающий костюм выделял очаровательные формы.

— Нет, — буркнул Рем. От неё стали исходить вибрации, неприятно касавшиеся кожи. Ян тоже ощутил явление, и открыл рот. А когда глаза девушки изменились, походя на кошачьи, начал заикаться. — Останься с отцом. Ты нужна ему здесь…., и Мари тоже, — надавил он на совесть, и она нахмурилась.

— Мир вот-вот рухнет, и я хочу быть в эпицентре событий! — противилась подруга.

— Черт! Ты уже по уши в нём! — прикрикнул он, теряя самообладание, подошёл и обнял, отмечая, как костюм на удивление эластичен, раз обтянул хребет. — Помоги моей женщине, — его била дрожь. — Умоляю! — Амина встретилась с ним взглядом, и серьезно кивнула, капитулируя.

Друзья проломили льдину, вода обдала ноги, замораживая. Костюмы активировались, согревая тело. В отсутствие воронки они быстро попали в Унду, и пирамиды замаячили впереди. Тина держалась поодаль, пространственно наблюдая за ситуацией, а Ян поравнялся с ним.

— Ты ощутил вибрации? — раздался преображенный голос через «провожатого». — Рем кивнул.

— Давай об этом потом. — Разработчик закатил глаза, и допытываться не стал.

Пирамиды больше не сияли голубой энергией, став серыми и безликими. Жители сонно дрейфовали, поеживаясь от холода. Многие собирались в группы, и согревались теплом друг друга. Они провожали взглядом чужаков, но никак не реагировали, не было сил. Вялая картина не на шутку его обеспокоила. Он привык видеть существ всемогущими, и никак не ожидал, что они будут близки к концу наравне с людьми. Оставалось выяснить, что по этому поводу думает королева.

Минуя болезненных обывателей морских глубин, и преисполнившись сожалением, они достигли главного здания. Оно слабо мерцало голубыми искорками. Парящие в воде лестницы, не выдерживали веса, и падали. Конечно, они могли просто плыть, а потому опасности не возникало, но и хорошего явление не сулило. Рем распахнул громадные двери, прервав разговор королевы с Мирной. Блондинка выглядела помято, под глазами выделялись тёмные круги. Повышенные тона указывали на возможные разногласия девушек. Королева, завидев людей, спешно подплыла и сгребла в охапку, обнимая. Мирна состроила рожицу и опустилась в кресло, сложив подле пожухший хвост.