Наливные яблочки
- О, лень... - приговаривала Афадель. - О, лень!..
- Я понимаю, что тебе лень, но сбор урожая никто не отменял, - сердито ответил я. - Подай корзину!
Мы сидели на громадной яблоне и обирали румяные плоды. Которые получше - к столу, а похуже - на сидр. Разумеется, вторых было больше.
- Я пытаюсь рифму к "оленю" подобрать, - пояснила Афадель. - Скоро же очередное состязание бардов! Я хочу выступать со своими стихами.
- Тюлень, - брякнул я. - И лучше возьми что-нибудь известное, а то ты со своим креативом всех перепугаешь!
- А чем тебе не нравится... Олень в короне рогатой, что в чаще лесной рожден... дальше я еще не придумала, - созналась она.
- Королем побежден, - подхватил я.
- А Трандуил его победил? - удивилась Афадель.
- Нет, олененком подобрал и из соски выпоил. Но для твоего опуса это недостаточно героически. Опиши, как король столкнулся в лесной чаще с гордым оленем...
- И забодал его короной, - завершила подруга.
- Не в рифму. Да и слово не подходящее для бардовского состязания - забодал. Лучше...
Тут корзина, в которую мы складывали яблоки, вырвалась из рук и грохнулась прямо в заросли крапивы.
- Сам туда полезешь, - сказала Афадель, посмотрев сверху на раскатившиеся румяные яблоки.
Я пожал плечами: как знал, надел рубаху с длинным рукавом и замшевые штаны, крапива мне не страшна!
Но тут из кустов выбралась кабаниха с целым выводком.
- Хана яблочкам, - прокомментировала подруга.
Мы грустно смотрели сверху, как с таким трудом собранные плоды, радостно чавкая, пожирают дикие свиньи.
- Ничего, вкуснее будут, - сказал я в утешение нам с Афаделью.
- Ага, только король нам настучит по маковке. Мы не кабанов должны откармливать, а припасы готовить. Останемся вот без сидра.
- Да ладно, мы ж не одни. Леголаса тоже припахали, - возразил я.
- Угу, только он хитрый, он на том берегу мелкие яблоки на сидр обирает. Ну знаешь, карликовые такие яблоньки... А мы тут сидим, как орлы! Спускайся за корзиной, а я полезу наверх, там вон какие яблоки здоровенные!
- Нет уж, я подожду, пока кабаны уйдут, - ответил я присмотрелся и добавил: - Корзину они тоже сожрали.
- Тогда снимай рубаху и завязывай рукава, будем в нее складывать.
- Ищи дурака! Там крапива, - заупрямился я. - Лучше новую сплести.
- Ты ж отказываешься слезать, а из чего тут плести?
- Я попозже слезу, - пообещал я. - Не будут же они там пастись вечно.
Кабаны, будто услышав меня, развалились под яблоней и блаженно похрюкивали. Еще бы, после отборных-то яблок...
- Брось в них яблоком, - сказал я Афадели.
Она прицелилась и метко запустила в кабаниху недозрелым плодом. Та недовольно хрюкнула, подобрала яблоко, сожрала и снова развалилась.
- Не-ет, так мы все яблоки на них изведем без толку, - покачал я головой. - Эх, ну почему мы луки не взяли! Чем бы еще бросить?
- Бронелифчик не тронь! - быстро сказала Афадель. - Давай переберемся на другое дерево, как обычно?
- Это отдельно стоящая яблоня, - мрачно ответил я. - Допрыгнуть вон до того дубка мы допрыгнем, но меня он не выдержит.
- Ты посиди, а я сбегаю за подмогой! Или за луком хотя бы...
- Хм, - я посмотрел вниз. - я бы сам сбегал, только там кабаниха. Она с поросятами знаешь какая злобная? Давай посидим еще, заодно и песню твою придумаем.
- Ну ладно, - кивнула подруга, уселась на сук верхом и с хрустом откусила от наливного яблока. - Все равно пора обедать.
Я тоже начал грызть урожай. Вкусный...
- Значит, говоришь олень в короне рогатой... - тут мне пришла на ум неприличная рифма, и я закусил ее яблоком. - Что в чаще лесной рожден. Был кабаном поврежден?
Афадель кинула в меня огрызком.
- Чтобы олень сцепился с кабаном, он должен быть вообще придурочным. Где ты такое видел?
- Так он не связывался, может, случайно набрел, а кабан кинулся. Они ж буйные! И олени не буйные, по-твоему? - скептически ответил я. - Гон по осени вспомни.
- Ну вот и встретились два одиночества...
Мы переглянулись. Звучало это перспективно.
- Эх, оленя бы сейчас сюда, - мечтательно сказал я. - Он бы и кабана отогнал...
- Не отвлекай... - прочавкала Афадель. - Вот и встретились два одиночества, олень ветвисторогий с лесным владыкою...
- С кабаном? - не понял я.
- С Трандуилом!
Я поперхнулся яблоком.
- Ты на что намекаешь?
- На дружбу и преданность, а ты что подумал?
- Я-то ничего не подумал, а вот что подумают гости и барды? И Леголас!
- Леголас не похож на оленя, - строго сказала Афадель.
- Ну как сказать... есть что-то в профиль...
- Ты еще скажи, что у него холодный мокрый нос, печальные глаза и хвостик.
- Ну, когда он голодный, глаза у него печальные, - припомнил я. - А нос не трогал, не знаю. Про хвостик тебе лучше знать.
- Он мне его не показывал, - грустно сказала Афадель. - Он его вообще никому не показывает. Ну может, Следопыту разок. Нос тоже мокрый бывает - во время дождя. Так что не знаю, не знаю...
- Афадель, у нас сейчас получится трагическая история лесного принца, зачатого в противоестественной связи короля с оленем, - сказал я. - И нас за это казнят.
- За это нас не казнят, а изгонят, - поправила Афадель. - И мы поедем в Умбар к пиратам!
По ее заблестевшим глазам я понял, что поездка к пиратам - дело вполне реальное.
- А что, это ново, свежо и до нас так никто не писал, - Аафдель оживленно что-то прикидывала.
- Не-не, мама не отпустит, - отперся я.
- Будет король маму спрашивать! - фыркнула она. Пираты манили Афадель со страшной силой. По-моему, налеты их стали намного реже после знакомства с нею: не всякий пират выдержит напор моей подруги. Я-то привычный, и то...
- Значит, повстречался Трандуилу в Лихолесье странный лось... пусть покажется вам странным, но в итоге все срослось!
- Алексиэль олень, - напомнил я.
- А это я для маскировки, - пояснила она. - Лось трубил на всю округу, Трандуила понося, но в итоге получилось королю поймать лося!
- Нам прилетит еще и от оленя, - мрачно напророчил я. - И от Леголаса.
- А от него-то за что? - удивилась Афадель и вдохновенно продолжила: - Как тот лось ни упирался, ни мычал сквозь зубы "бля!", но никто не вырывался у лесного короля!
Я чуть не упал на кабанов. Во всяком случае сполз вниз по стволу. я не мог решить, где безопаснее - рядом с кабанами или Афаделью.
- Сел король верхом на лося, в общем, круто понеслося! - импровизировала Афадель. - Лихолесье не видало скачки бешеной такой, даже старый акромантул говорил тихонько "ой".
- Знаешь что, давай это будет история укрощения свирепого зверя, а не... а не что-то еще, - предложил я. - Это будет ново, свежо и тебе дадут приз.
- Вообще-то это и есть история укрощения, - ответила Афадель. - А ты о чем подумал, извращенец?
- Зная тебя, можно подумать о чем угодно, - промямлил я. Вот с Афаделью всегда так: вывернется и свалит все на меня. Главное, чтобы соавтором не указала, а то мне от мамы влетит. И от короля.
- Длилась скачка третьи сутки, - развивала мысль Афадель, - не прервавшись на минутку. Вот ослаб наш лось, упал, тут король его и взял.
- Алексиэль обидится, - сказал я. - Он и дольше скакать может. Просто не хочет.
- Он тогда был моложе и слабее. Кормили плохо, - пояснила она. - Значит... Вот уздечка и седло - королю вновь повезло!
- Это конец, я надеюсь? - спросил я.
- Нет, что ты! Это начало! Теперь опишем, как король его любит, расчесывает... ну я не знаю, что там у оленей расчесывают, привязывают ленточки на рога, кормит с рук черносливом, выпасает, моет копыта... Думаю, строф в тридцать шесть можно уложиться.
- Ты забыла "чешет рога", - мрачно сказал я. Кабаниха не собиралась никуда уходить, а творческий порыв Афадели остановить было невозможно.
Спасение пришло неожиданно: на поляну выехал король наш Трандуил верхом на Алексиэле. Кабаниха подозрительно хрюкнула, потом снова заснула.
- Что это вы там прохлаждаетесь? - недовольно спросил король, поглядев вверх.
- Там кабаны, ваше величество, а мы без оружия, - честно ответил я. - Неудобно с луком за плечами яблоки собирать, цепляется!
- А еще эльфы, - поцокал он языком и вдруг хрюкнул. Кабаны живо подорвались и умчались впереди собственного визга. - Слезайте.