Тони.

По сравнению с этими четырьмя типами мало нового можно усмотреть в полуторамачтовых тони (дони), родившихся в Индии, но моментально воспринятых арабами. Разве что - более высоко приподнятая балка ахтерштевня, придающая плавность линии кормы и способная служить рудерпостом для навешивания руля, да еще - пронизывающие насквозь бортовую обшивку брусья бимсов, явно введенные только для прочности судового набора, ибо сплошная палуба появилась на тони значительно позднее. В XVIII веке грот-мачта тони обзавелась стакселем и превратилась в фок-мачту, а ее прежняя роль перешла к заметно удлинившейся бизани, а еще позднее некоторые тони сделались трех­мачтовыми.

Таковы были наиболее ранние типы дау.

Может быть, к ним надо причислить еще западно-арабский одномачтовый парусник кхалиссу, чей район плавания ограничивался каботажем в водах, омываю­щих Аравийский полуостров: она имеет несомненное сходство с махайлой и нурихом, отличаясь от них лишь сплошной палубой и плоской кормой. Последняя деталь, вернее всего, пришла из Египта. Но кое в чем кхалисса напоминает и античные суда, например скафу: более крупные имели сплошную палубу и ходили самостоя­тельно, кхалиссы же помельче представляли собой разъездные лодки для сообщения с берегом или между кораблями и волочились на привязи за кормой больших дау.

Группой таких больших дау, родственных конструк­тивно, были двухмачтовые бателла и самбук, одномач­товый зарук и двух-трехмачтовый паттамар.

Старейшиной в этой компании, безусловно, следует признать беспалубный зарук (заврак) с затейливо рас писанной обшивкой, особен­но привычный для купцов и рыбаков всех побережий Аравийского полуострова. Мачта его, наклоненная вперед на десять-пятнадцать градусов, удерживалась с бортов двумя-тремя парами вант, а спереди и сзади – мощными штагами.

Зарук

Две эти бателлы очень похожи, но все же различия есть.

Расположенная в центре судна, она несла на своем косом рее, составленном из двух деревь­ев, парус дау. В конструк­ции зарука просматривают­ся некоторые древнеегипет­ские черты, и составной рей - хорошее подтвержде­ние тому. Да и румпельное управление посредством двух бортовых «штуртросов» за­ставляет вспомнить страну фараонов.

Довольно близка к заруку арабско-индийская бател­ла (бател). Возможно, она появилась как результат развития этого типа дау. Главная ее особенность - наличие сплошной палубы Две эти бателлы очень похожи, но различия все же есть палуба-площадка - ахтердек. На ахтердеке часто размещалась музыкальная команда, старавшаяся скрасить громом своих бараба­нов и пронзительным визгом раковин однообразие мор­ской службы. Эта какофония служила также сигналом прибытия в порт или выхода в море - как у римлян. Арабская бателла разнилась от индийской тем, что ее мачты имели разный наклон вперед: грот - до двадцати градусов, бизань - до шести. У индийской же бателлы обе мачты были параллельны, и угол их наклона не превышал шести градусов. И та и другая несли паруса дау, причем у индийской бателлы рей грот-мачты был постоянно развернут к правому борту, а бизань- мачты - к левому, что поз­воляло ей при смене галсов делать поворот оверштаг или фордевинд по выбору (позднее так стали оснащать и другие дау, например тони).

Паттамар.

Самбук.

Нечто среднее между заруком и бателлой представлял собой бирманско-индийский очень вместительный паттамар, часто использо­вавшийся как лесовоз. Ма­лые паттамары были беспа­лубными или полупалубными, большие (грузоподъемно­стью в двести-триста тонн) имели полную палубу и вы­сокий ахтердек, обе мачты были наклонены вперед не менее чем на двадцать градусов, а реи составлялись из нескольких деревьев, при­чем их длина была пропорциональна длине самих мачт, то есть бизань-рей был короче грота-рея ровно на треть. Особенностью паттамара было то, что его палуба состояла из отдельных хорошо пригнанных друг к другу щитов, свободно покоящихся на массивных бимсах, и была съемной. Можно только удивляться тому, что эти высокомореходные грузовики использовались лишь в малом плавании вдоль Малабарского берега!

Каждый тип дау имел свои достоинства и свои не­достатки. Но самым популярным типом, при всех его изъянах (где их нет!), был самбук (самбука, санбук), чей силуэт явственно напоминает сильно увеличенную кхалиссу. Эта популярность помогла самбуку не заме­тить течения времени, его можно повидать и в наши дни у всех побережий Индийского океана. При длине свыше двадцати метров и ширине около пяти водоиз­мещение самбука достигает восьмидесяти тонн, а грузо­подъемность - пятидесяти (есть и маленькие самбуки, берущие на борт пятнадцать-двадцать тонн груза, и средние - от двадцати до тридцати). Острые обводы и низко сидящий корпус делают самбук одним из самых быстроходных судов этого класса, способным разви­вать скорость до одиннадцати узлов. Его кормовой набор, острый в подводной части, постепенно расширяет­ся и кверху от ватерлинии становится плоским, почти транцевым, предоставляя огромное поле деятельности художникам, специализирующимся по раскраске судов. Общая палуба изящно прогибается начиная от носа и переходит незаметно в настил кормовой каюты. Грот-мачта, установленная в районе мидель-шпангоута, и би­зань имеют одинаковый, примерно десятиградусный на­клон вперед и несут на своих сильно скошенных состав­ных реях паруса дау. Позднее такие паруса или похо­жие на них назовут латинскими.

Паруса дау управлялись фалами и шкотами, спле­тенными из волокон кокосовых орехов и вымоченными в воде. Корпус конопатился кокосовым волокном, пропи­танным шахаму - смесью извести и китового жира или древесной смолы, а сверху часто покрывался слоем акульего жира. Дерево пропитывали растительным мас­лом, предохранявшим от гниения и коварного древоточ­ца теридо. Скорость этих суденышек достигала в сред­нем четырех узлов, а обычным сроком их службы было одно-два столетия, в зависимости от типа и способа по­стройки. Дау везли в своих обширных трюмах перец, имбирь, кардамон, шелк, драгоценные камни и жем­чуг - из Индии, золото и слоновую кость - из Афри­ки и Мадагаскара, гвоздику и мускатный орех - из Индонезии, жемчуг - с Бахрейнских островов, рубины, топазы, голубые сапфиры, корицу и белых слонов - с Цейлона, золото и алмазы - с Зондского архипелага, камфору - с Борнео, пряности - с Молуккских остро­вов. Все это вместе можно было увидеть в гаванях Басры или Сирафа. Начиная с IX века они регулярно плавали на Яву, уверенно открывая навигацию в ноябре и закрывая ее в апреле, когда приходит пора юго-за­падных муссонов.

Арабские моряки не знали понятия долготы, зато широту определяли довольно точно путем измерения угла положения Полярной звезды с помощью особо­го, известного только им прибора. Птицы указывали им путь к берегу, пока в Китае они не заимствовали изобретенный, вероятно, в III веке «чи-нан» - указа­тель юга (так китайцы называли компас). Арабы зна­чительно усовершенствовали его, и это дало новый тол­чок развитию арабского мореходства. По крайней мере с X века арабские капитаны, как полагают, пользовались картами, хотя твердых доказательств этому нет. Картографические привязки бы­ли ориентированы на «пуп Земли» - Мекку, и поэто­му на арабских картах мир как бы перевернут: север у них внизу, а юг вверху (на юг были ориентированы и стрелки арабских компасов). Такими же были ранние кар­ты испанцев и португаль­цев, заимствовавших этот принцип у мавров. А в VII веке арабы довольствовались образом мира в виде ги­гантской птицы с головой в Китае, хвостом в Алжире, сердцем в Аравии, Месо­потамии и Египте, правым крылом в Индии и левым в Средней Азии. Звезды пятнадцати созвездий увле­кали арабские корабли к каждому перу этой пти­цы, ко всем сторонам гори­зонта, и везде, куда они их приводили, арабы основы­вали свои фактории, а иногда и города. В наиболее часто посещаемых иноземных портах права мусульман­ских купцов отстаивал арабский кади, выступавший также и их судьей в различных спорах. В конце VIII века китаец Ду Хуань публикует пространные «Замет­ки о посещенных странах», вполне способные служить лоцией на трассе Гуанчжоу - Басра.