Глава XII Поход Китченера и ликвидация махдистского государства

Прошло одиннадцать лет с тех пор, как англо-египетские войска были вынуждены оставить Донголу и Бербер. За этот период Англия подготовилась к наступательным операциям в Судане.

Заканчивая строительство асванского оросительного резервуара, Англия стремилась установить полный контроль над верхним течением Нила, и в начале 1895 г. в английском парламенте раздались голоса, призывающие к возобновлению английской интервенции в Судане.[290]

За период в четырнадцать лет (с 1881 по 1895 г.) на карте Африки произошли немалые изменения. В 1881 г. Франция захватила Тунис, в 1894–1895 гг. остров Мадагаскар и, что больше всего пугало Англию, французские владения в Центральной Африке постепенно расширялись от верховьев Нигера к верховьям Нила. Как уже указывалось, Италия захватила Эритрею и часть Сомали. В 1884–1885 гг. Германия прочно обосновалась в Африке. В том же 1885 г. европейские державы, вопреки желанию Англии, признали «независимое государство Конго» — фактическую колонию Бельгии. Таким образом, Восточный Судан, свободный от гнета империализма, был окружен со всех сторон, если не считать северных границ с Египтом, колониальными владениями Франции, Бельгии и Италии, а также дружественной Франции Эфиопией. Англия боялась окончательно потерять долину Нила, и победа Эфиопии над Италией была использована английскими захватчиками как удобный предлог для вторжения в Судан.

Стремясь изобразить свою агрессивную политику как политику «вынужденную и оборонительную», английские империалисты указывали, что после победы Эфиопии позиции Франции в этой стране заметно упрочились, и Англия, вместо «надежного союзника» — Италии, приобрела в восточном углу Африки опасного соперника — Францию, чьи империалистические аппетиты, не ограничиваясь собственно Эфиопией, распространялись на верхнее течение Нила и южные области Судана — эти необходимые составные части предполагаемой французской колониальной империи «от моря до моря».

12 марта 1896 г. английское правительство решило оккупировать Донголу — плацдарм для дальнейшего наступления к центру Судана. Когда же возник вопрос о финансировании предприятия, Англия и в этом случае решила возложить большую часть расходов на Египет. Военные операции было решено осуществить главным образом силами египетской армии, хотя все ответственные командные должности по-прежнему занимали английские офицеры.

Руководство военными операциями в Судане было поручено сирдару (главнокомандующему) египетской армии Герберту Китченеру.[291]

Для подготовки этой кампании в Каире были выстроены специальные фабрики, снабжавшие армию Китченера военным снаряжением, стоимостью на 50 % ниже импортного.[292] Английские офицеры усиленно обучали туземные войска.

Исключительное внимание уделялось шпионско-разведывательной службе. Штабом командовал генерал Рандл, систему шпионажа возглавлял майор Вингейт. «Под видом купцов, священнослужителей, ремесленников, странствующих нищих и даже женщин его шпионы проникали в крепости дервишей, возвращаясь обратно с информацией, приобретенной из первых рук».[293] Тайными агентами этого отдела служили греческие и австрийские священники и монахи, попавшие в плен к махдистам в начале восстания, немецкий купец Нейфельд и, наконец, Рудольф Слатин.[294]

Исходным пунктом для вторжения служила Вади-Хальфа. В течение одиннадцати лет этот город был форпостом Египта на границе с Суданом, располагая необходимыми сооружениями: казармами, складами, мастерскими и т. д.

К началу наступления под командованием Китченера находилось немногим больше 10 тыс. человек. В результате длительной блокады Судана войска махдистов испытывали острую нужду в огнестрельном оружии и в боеприпасах. Халиф, по словам Слатина, имел в 1895 г. почти стотысячную армию, но только 34 тыс. воинов имели винтовки; остальная их масса была вооружена копьями. Вполне исправных винтовок системы Ремингтон было 22 тыс. Артиллерия состояла из 75 пушек весьма низкого качества.[295]

В план Китченера входило уничтожение махдистских войск на дальних подступах к Омдурману. 20 марта 1896 г. англо-египетские войска заняли Акошу (в 50 милях южнее Сарраса). Передовые отряды махдистов располагались в Фирке. В ночь на 6 июня англо-египетские войска выступили против них. Один отряд поднялся вверх по Нилу на моторных баржах и пароходах; другой направился через пустыню. Утром 7 июня махдисты, застигнутые врасплох, были разгромлены. 23 сентября англоегипетские войска заняли Новую Донголу, а несколькими днями позже три стратегически важных пункта — Деббу, Корти и Мерови, расположенные в излучине Нила. После этого наступление было прекращено. Лишь в мае 1897 г., когда была проведена железнодорожная линия, соединившая Вади-Хальфу с Кермехом, протяженностью в 320 км, Донгола была оккупирована. Китченеру потребовалось свыше тринадцати месяцев, чтобы достигнуть этих незначительных успехов. Основные силы махдистов еще не принимали участия в военных действиях, а оккупация Донголы еще не создавала непосредственной угрозы Омдурману. Проявляя исключительную осторожность, Китченер отказался от мысли следовать через пустыню по маршруту Мерови — Метемма — Омдурман. Как ближайшую задачу он выдвинул захват Бербера. С этой целью было начато строительство новой железнодорожной линии Вади-Хальфа — Абу-Хамед, примерно такой же длины, как и первая (370 км). Египетские солдаты и пленные арабы, понукаемые английскими инженерами, работали с предельной напряженностью. Скорость строительства колебалась от полутора до пяти километров в день, и в результате интенсивных работ с апреля по август 1897 г. было проложено немногим больше 160 км. Это позволило пехотной бригаде генерала Гэнтера сломить сопротивление немногочисленного мах-дистского гарнизона и 17 августа овладеть Абу-Хамедом. 31 августа англо-египетские войска заняли Бербер. К концу октября железнодорожная линия связывала Вади-Хальфу с Абу-Хамедом, и строительство продолжалось в направлении Бербера.

Значительные силы махдистов сосредоточились около Метеммы. Армия Китченера, насчитывающая уже 13 тыс. солдат, укрепилась в районе Кенура (16 км южнее Бербера) в треугольнике между восточным берегом Нила и его притоком Атбарой. Халиф признал необходимым воспрепятствовать дальнейшему продвижению противника.

10 февраля 1898 г. двенадцатитысячный махдистский отряд под командой эмира Махмуда вышел из Метеммы, переправился на правый берег Нила и начал продвигаться на север к Берберу. На полпути — между Шенди и Бербером — махдисты повернули на северо-восток по направлению к Рас-эль-Гуди с тем, чтобы, форсировав Атбару/ продолжать путь к Берберу, зайдя с тыла к лагерю англо-египетских войск. Но англичане опередили махдистов, несколько ранее укрепившись у Рас-эль-Гуди, и махдисты пересекли Атбару выше, у Нахейля.

В конце марта войска Китченера начали медленное движение вверх по течению Атбары, ожидая наступательных действий со стороны махдистов. Но махдисты не обнаруживали желания нападать первыми. 1 апреля Китченер послал Кромеру тревожную телеграмму, в которой высказывал опасение, что Махмуд так и не решится наступать, а, сохранив живую силу, вернется к Метемме. Кромер санкционировал наступление.[296] Утром 8 апреля 1898 г. махдисты подверглись ожесточенной атаке. Махмуд попал в руки англичан, потеряв убитыми и пленными, примерно, половину своего войска. Путь к столице махдистского государства был свободен.

В начале мая 1898 г. в лагере англо-египетских войск заканчивались последние приготовления к решающему походу. Англичане торопились, так как войска Менелика двигались к Розейресу (верховья Голубого Нила), а французская экспедиция полковника Маршана, проделав трудный путь через Экваториальную Африку, появилась на Белом Ниле.

В конце августа двадцатипятитысячная англо-египетская армия, состоявшая из всех родов войск: артиллерии, кавалерии, пехоты и речного флота, и снабженная новейшим оружием — пулеметами, пушками, скорострельными винтовками, двигалась к Омдурману по западному берегу Нила.[297]