Опять всплыло ощущение далекого детства. Ныряли на спор. Я глубоко ушел под воду, но подняться не мог. Руки и ноги работали с удвоенной энергией, а дыхания не хватало. «Конец», — промелькнуло у меня тогда. И тут же вспомнились слова полковника Корнилова: «...Так вот, братцы, пока человек жив, у него не должно быть таких мыслей».

Я жив. Я еще могу держать обломок лыжи в руках. Бороться! Бороться за человека, попавшего в беду, бороться за себя!..

Но кажется, это были последние отчетливые мысли...