— Не надо. — Я пытаюсь его обойти, но он не дает, заключая меня в клетку своих рук.

В следующий момент он прижимается губами к моим.

Как и всегда, я открываюсь ему, словно не имею контроля над собой. Забываю, что злюсь на него. Его теплые требовательные губы захватывают надо мной власть, словно он пытается поглотить меня, и мне хочется дать то, чего он так требует. Хочется успокоить и все исправить, но затем вспоминаю, почему я его ненавижу.

Я толкаю его в каменную грудь, но он углубляет поцелуй, словно нас невозможно разделить. Вскоре я сжимаю пальцами его рубашку и целую его в ответ со всей силой. Это практически наказание, которое он принимает. Это все, что я хочу, хотя и не должна.

Он стонет мне в рот и отстраняется, только чтобы припасть к шее и спуститься ниже, направляясь к вырезу блузки и ложбинке между грудью.

— Как я скучал по тебе, — шепчет он, лаская кожу языком. — Ты не можешь меня оставить.

Его слова, словно ледяная вода, возвращают меня к реальности. На этот раз я отталкиваю его и убираю руки от рубашки. Он чуть отступает, и я смотрю на него, напоминая себе, что совершенно не знаю этого человека.

— Не отталкивай меня, Мэллори. — В его строгом тоне слышится предупреждение, как сегодня утром в лифте.

— Оставь меня. Сейчас я не могу этого делать. Тем более здесь, — отказываюсь я, вспоминая о нашем местонахождении. Кто-нибудь видел, как он проскользнул за мной в туалет? Этот мужчина не невидимка, уверена, на него обращают внимание, когда он идет по офису.

— Не могу. — От его голоса у меня мурашки бегут по спине, столько в нем нужды. Одержимости. Словно он не может жить без меня, и я не понимаю, что с этим делать. — Ты меня выслушаешь. — Оз снова прижимается ко мне, касаясь ладонью щеки, и мне требуется приложить усилия, чтобы не податься навстречу его руке. — Я не хотел тебя обидеть. С самого первого мгновения, когда тебя увидел, мне хотелось лишь положить к твоим ногам весь мир.

Я зажмуриваюсь, чтобы не попасть в плен его голубых глаз. Затем вновь смотрю на него уже с решимостью.

— Дай мне время, — прошу я, с трудом выдавливая слова.

Он кивает и убирает руку, отходя от меня. Его челюсть сжата, кажется, что он на грани.

— Я дал тебе много времени, Мэллори. Больше, чем ты думаешь. Я постараюсь, но ты делаешь со мной такое… Такое… — Он машет рукой, не находя подходящего слова. — Необъяснимое. — Так много эмоций сменяется на его лице, и мне приходится отвернуться и напомнить себе, что он не тот, кем я его считала.

Я не могу разглядеть в нем человека, который озарял мою жизнь на прошлой неделе. Он не тот, кто вызвал во мне бурю чувств в столь короткий срок. Не тот, кто занимался со мной любовью так, словно ждал этого всю жизнь.

Никогда в жизни я не чувствовала себя более любимой, чем с ним. Такого я не испытывала раньше и вряд ли еще испытаю.

Будто не в силах сдержаться, он наклоняется и проводит носом вдоль моего виска. У меня перехватывает дыхание, и я проклинаю себя, что не могу взять себя в руки. Его теплый аромат окутывает меня, и я готова сдаться. Влажность между ног не контролируема, и я задерживаю дыхание, чтобы все это остановить.

Он целует меня за ушком.

— Я постараюсь, детка. Ради тебя я сделаю что угодно. Но не позволяй никому к тебе прикасаться. Иначе я не смогу сдержаться. — Еще раз целует меня. — Я попробую, но в любом случае ты будешь моей. Не борись с неизбежным. Я сдерживался ради тебя, но мои силы на исходе.

И он уходит.

Не знаю, сколько я так стою, пока снова не могу спокойно дышать. Воспользовавшись уборной, я пытаюсь привести себя в порядок, насколько это возможно. Внутри меня полная разруха, но внешне я держусь. Возвращаюсь на место и погружаюсь в работу, пытаясь не думать об обещании Оза.

Когда Линда кладет мне на стол еще документы, я радуюсь этой сверхурочной работе. Кроме бумаг передо мной я не думаю ни о чем, и это полное наслаждение.

Скайлер и Эрик сбежали около часа назад, в девять и я решаю закончить. Выключаю компьютер, беру сумочку и иду на выход.

В лобби я едва делаю шагов пять, как замечаю огромного парня в костюме. Капитан явно следует за мной.

Вспышка гнева ослепляет меня, потому что Оз пообещал дать мне время. Ускорив шаг, я несусь все три квартала до дома. В вестибюле я машу Чаку и оглядываюсь. Капитан задерживается у двери, наблюдая, как я захожу в лифт. Я хочу ненавидеть и его тоже, но места в сердце на него вряд ли хватит.

Майлз владеет верхним этажом, и чтобы туда добраться, нужен ключ. Я достаю связку ключей от квартиры и замечаю, что на ней их три. Один от почтового ящика, один от квартиры и еще один, по словам Пейдж, от склада. Но чем больше я смотрю на него, тем более странным он мне кажется. Он кажется слишком маленьким. Скорее подходящим для лифта. Любопытство берет верх, я медленно вставляю ключ, и он легко поворачивается. Не успеваю остановиться и подумать, просто нажимаю кнопку этажа пентхауса и лифт начинает подъем.

— Охренеть, — шепчу я себе под нос.

Меня охватывает паника, но если подумать, чего мне тревожиться? Я не сделала ничего плохого. Тут жертва я, и могу делать, что пожелаю. К черту. Я выскажу Озу все о его «я дам тебе время». Я попросила его, а он посылает своего охранника следить за мной.

Ко времени, когда лифт останавливается, я уже закипаю от ярости. Как он смеет контролировать мою жизнь без моего разрешения! Кем он себя возомнил?

Двери лифта открываются, я делаю три шага и замираю, когда в его гостиной вижу Пейдж, одетую в спортивную одежду. На ней спортивный лифчик и обтягивающие штаны для йоги, и она вся мокрая.

Она поворачивается ко мне, и я потрясенно смотрю на нее.

Что она здесь делает? Почему она в квартире Майлза?

Судя по всему, чувствует она себя тут уютно. Словно бывала здесь множество раз, и у меня сердце уходит в пятки. Меня сейчас стошнит. Ничего не говоря, я разворачиваюсь и захожу в лифт. Она бросается ко мне, а я снова и снова жму на кнопку закрытия дверей, но ей удается протиснуться внутрь.

Я нажимаю кнопку нашего этажа, но не смотрю на Пейдж, снова чувствуя ревность и предательство.

— Почему ты находилась у него? — рявкаю я, не в силах сдержаться.

— Я там остановилась.

— Какого черта? — огрызаюсь я и поворачиваюсь к ней.

Ее растрепанные волосы собраны в хвост, а глаза красные, будто она плакала. Она не смотрит на меня, но я вижу. Сердце сжимается за нее, но в то же время я злюсь так сильно, что не могу ее утешить.

— Насколько вы близки? — Мои подозрения ясны, и я скрещиваю руки на груди, ожидая ответа.

Глубоко вздохнув, Пейдж, наконец-то, поднимает на меня взгляд.

— Он мой брат.

От ее заявления у меня отвисает челюсть. И тут я замечаю — такие же голубые глаза. Как я раньше не обратила на это внимание?

— Единокровный брат. Один отец, разные матери. — Ее челюсть сжимается, что бывает, когда она говорит об отце.

Двери лифта открываются, и я выхожу в коридор. Смотрю на Пейдж, и она молча следует за мной в квартиру. Отпираю дверь и пропускаю ее, после чего запираюсь на ключ. Кинув сумку у стола, иду к дивану. Она не отстает и садится рядом со мной.

Положив руки на колени, я жду, когда она заговорит. Не знаю, чего я ожидала услышать, но ее слова повергли меня в шок.

— Это так чертовски сложно, Мэл. — Ее голос дрожит, и у меня дергаются пальцы. Хочу взять ее за руку и успокоить, но мне нужно услышать все. Я люблю ее, но заслуживаю знать правду.

— Я думала, что кроме Майлза у меня никого нет, и держалась за это, — спустя минуту говорит она. — Ты знаешь, я ненавижу отца. Черт, ненавижу еще мягко сказано. Майлз нашел меня, когда мне было семнадцать, и предложил то, чего мне всегда хотелось. Семью. Месть.

— Ты хочешь отомстить отцу? Почему? — Она никогда ничего мне о нем не говорила, и сейчас, возможно, я наконец-то пойму.

— Ну, отомстить хочет Майлз. — Она вздыхает и поднимает на меня взгляд. — Я хочу… — Она резко замолкает.

— Ты хочешь большего, — заканчиваю я за нее. Я видела ненависть в ее взгляде при разговоре о нем. Ей нужна кровь. Пейдж всегда недолюбливала мужчин, что, как я догадываюсь, связано с ее отцом, потому что сейчас это все написано на ее лице.