Кончита уткнулась головой в подлокотник кресла и всхлипнула. Карли подошла и присела на корточки рядом с ней.

— Мы все совершаем поступки, о которых потом жалеем, — сказала она, напомнив Линку его собственные слова. — Мигель старался ради своей семьи.

Кончита подняла голову.

— Я найду способ вернуть деньги. Я нужна детям. Я не могу отправиться в тюрьму. Пожалуйста, умоляю вас. Скажите шерифу, что я найду способ.

Линк хорошо разбирался в людях. Эта женщина не была ни в чем замешана.

— Кончита, все хорошо. Не волнуйтесь о деньгах. Нам просто нужно знать, кто дал их Мигелю и что они хотели от него взамен.

Кончита вытерла щеки от слез.

— Я не знаю, сеньор Кейн. — Она сглотнула. — Мигель мне не говорил. Он сказал, что лучше мне не знать.

Линк откинулся на спинку дивана. Похоже, это правда. Латиноамериканские мужчины не любят посвящать жен в дела.

— Значит, у вас нет никаких идей насчет того, за что ему заплатили? — спросила Карли.

Кончита только покачала головой и посмотрела на нее.

— Вы думаете, его убили из-за этого? Может, ему заплатили, чтобы он что-то сделал, но он передумал? Может, поэтому они его убили?

Линк встретился глазами с Карли поверх головы Кончиты.

— Возможно, — сказал он. — Джо Дрейк доверял вашему мужу. Если Мигель согласился помогать угонщикам в обмен на деньги, он мог изменить решение.

По лицу Кончиты покатились новые слезы.

— Он был хорошим человеком. Хорошим мужем и отцом. Он никогда не делал ничего плохого. До этого.

Линк встал, и Карли присоединилась к нему.

— Я знаю людей, которые могут помочь вашей дочери. — Линк достал из бумажника визитку и быстро написал на ней телефон. — Скажите женщине, которая возьмет трубку, что это я просил вас позвонить. Она проследит, чтобы Анхелина получила все необходимое лечение.

— Вы не станете звонить шерифу?

— Нет. Просто позаботьтесь о своей семье.

Кончита схватила его руку и поцеловала, опустившись на колени у его ног.

— Благослови вас Господь, сеньор Кейн. Я никогда не забуду вашу доброту.

Лин только кивнул. Ему было неловко. Он вытянул свою руку и повернулся к Карли.

— Идем.

Через несколько минут они снова сидели в машине и ехали по шоссе к офису.

— Это был хороший поступок.

Линк пожал плечами.

— Скорее всего, это деньги от наркоторговли. Нет надобности, чтобы она их возвращала.

— Ты помогаешь ее дочери, хотя не обязан это делать.

— Я поддерживаю много благотворительных проектов. Они мне обязаны.

Карли только улыбнулась.

— Знаешь, а ты действительно начинаешь мне нравиться — не только в постели.

Линк засмеялся. Она ему тоже нравилась. Возможно, слишком сильно.

— Мы не узнали ничего нового, — сказала Карли, ее игривая улыбка растаяла.

— Не узнали. Может, грузовая декларация нам что-то подскажет. Или Таунсенд отыщет какую-нибудь ниточку. Я ему позвоню, когда вернемся в гараж.

— Может, шериф обнаружит отпечатки пальцев у меня дома.

— Возможно. Сейчас нам пригодится все что угодно. — Линк взглянул на нее, стараясь не позволять глазам опуститься на мягкие полушария, проглядывающие под белой хлопковой блузкой. — Как насчет пообедать? Я проголодался.

Карли многозначительно посмотрела на него.

— Что? — спросил он.

— Судя по тесноте твоих джинсов, я знаю, по чему ты изголодался.

Не было смысла отпираться. Он хохотнул.

— Жаль, что нам обоим надо работать. Кстати, к вечеру мне нужно ненадолго заехать в офис. Ты едешь со мной.

— Я не одета для поездки в город.

— Они уже видели тебя при параде. Я тоже не переодеваюсь, и эти сексуальные джинсы отлично смотрятся.

Карли улыбнулась, но покачала головой.

— У меня правда много дел.

— Просвети-ка.

Она вздохнула.

— Беру свои слова обратно. Ты мне совсем не нравишься. Только в постели.

Линк засмеялся, нажал на клаксон и свернул к автокафе «Бургер Кинг».