– Здорово, Андрюха, чёрт ты старый! Какими судьбами?

– Тебя о том же спрошу! Ты чего здесь? Ещё служишь?

– Да я в отставке давно! Но видишь, какое время… Выдернули, некому воевать... А ты сам-то что? Не узнаю тебя с такой бородищей!

– Я и сам себя порой не узнаю… А помнишь лето 92-го? Мост через Днестр…

– Как мамалыжники бомбили? А мы им под зад! Как забыть! Эх, наша славная 14-я Краснознамённая!

– Гвардейская!

В общем – встреча боевых друзей, насколько я понимаю. Практически, произошло маленькое чудо. Как ещё обозначить вероятность подобной встречи? Ну, что Радомир не так прост, я давно уже предполагал. И новость о его боевом прошлом меня вовсе не удивила. Но встретить вот так случайно однополчанина? Здесь, в лесу, на заброшенной «точке»? Тем более, что эти бойцы РХБЗ вообще-то к танкистам никаким боком… А полковник просто возвращался с инспекцией из Магнитки в Чебаркуль, ехал мимо, да и зарулил сюда, по каким-то своим, непонятным нам соображениям. И вот надо же, чтобы так совпало всё!

Так что мы в течение каких то минут вдруг превратились в «мародёров», едва не простились с жизнью – благодаря ретивому особисту – и тут же чудом спаслись от расстрела… А теперь разливаем по стопкам разбавленный медицинский спирт со старыми друзьями-вояками, прямо на капоте штабного УАЗика. Только особист, майор Крыс, с нами не пил. Ушёл куда-то. Неудобно, наверное, чокаться с приговорёнными.

А мы выпили за встречу. И ещё по второй, и по третьей – «крайней». Танкистам пора по своим делам, и нас на Базе ждут. Мария уже закончила лечебные процедуры. Но сдаётся мне, что танкиста-полковника мы ещё встретим. Не зря же капитан Щербаков про танковую дивизию вспоминал. Наш путь явно туда ведёт.

И последнее. Девочка снова заговорила. И ведь снова, некоторым образом, нам помогла! И мы, наконец, узнали её имя. «Как тебя зовут?» – спросил её Андрей-Радомир. И она ответила: «Вера».