12 апреля 1991 года, пятница. Нэшвилл, штат Теннесси. Вторая половина дня.

Получив ответ из ресторана, Джоана впервые за последнюю неделю вздохнула с облегчением. Еще один важный пункт программы выполнен: блюда, заказанные для банкета, приготовят и доставят в срок. А теперь на очереди агентство по найму временной прислуги. Что-то долго они молчат. "Если не смогут прислать официантов, пусть предупредят заранее, я найду, к кому еще обратиться!".

Джоана очень хотела, чтобы праздник ее родителей прошел без проблем, и прилагала для этого все усилия.

Вернувшись в кабинет со стаканчиком кофе из кофе-машины, помощник шерифа Нэшвилла Джоана Макфарленд, в девичестве - Куолен снова набрала номер агентства по найму прислуги.

*

Крейг Макфарленд с удовольствием обвел взглядом прекрасно украшенный сад. Джоана постаралась на славу, и как удачно придумала устроить банкет на открытом воздухе! Вечера уже теплые, и осадков не предвидится, так что золотая свадьба тестя и тещи обещает стать незабываемой.

- Тебе нравится? - жена вышла и взяла мужа под руку. Рядом с крупным широкоплечим шерифом Джоана казалась еще более миниатюрной.

- Бесподобно, Джонни, - Крейг обнял ее. - Ты вложила всю душу в украшение сада для юбилея.

- Мне помогала Дебра... У нашей дочери уже настоящий талант дизайнера!

- Сегодня приезжает Тони со своими, - Джоана приложила ладони к щекам. - Как давно я их не видела, с Нового года. У брата много дел во Флориде, и он еле успевает даже просто позвонить... Я слышала, что его жена снова ездила на дефиле в Париж... А племянников я, наверное, уже не узнаю. Они взрослеют на глазах.

- А я уже забыл, как выглядит ваш старший брат, - заметил Крейг. - Ты отправила ему приглашение?

- Да, но ты же знаешь Эрика. Он не сказал ни "да", ни "нет". Хуже всего будет, если он снова окажется в отъезде, сообщит об этом накануне банкета и отделается телефонным звонком или открыткой с парой строчек. Родители расстроятся, они так надеются, что мы все соберемся на юбилее.

*

Уже смеркалось, когда из аэропорта приехал брат Джоаны Антонио, владелец аквапарка во Флориде с женой Клариссой, фэшн-дизайнером, и детьми, старшеклассникам Френком и Дженной.

- Ты все такая же Дюймовочка, Джонни! - прогудел рослый крупный Антонио, заключив сестру в могучие объятия.

- На полицейской службе не растолстеешь, - Джоана встала на цыпочки, чтобы поцеловать брата.

- Да, а на моей кабинетной работе можно в Гаргантюа превратиться, - сокрушенно развел руками Антонио Куолен. - Так устаю, что на спортивный зал сил просто не остается. У владельца аквапарка во Флориде круглый год горячая пора.

- Ничего, скоро я окончу школу и начну тебе помогать, - успокоил отца семнадцатилетний Френк Куолен. - Тогда у тебя будет время на тренажеры и беговую дорожку.

- Отлично выглядишь! - Джоана обнимала невестку, Клариссу. - О, какой костюм! Из Парижа?

- Да, из коллекции Сен-Лорана, - улыбнулась красавица невестка. - О, ты бы видела, что происходило на дефиле, иногда оно превращалось в сумасшедший дом...

- Я ездила в Париж с мамой, - сообщила восьмиклассница Дженна, точная копия Клариссы. - Я решила, что тоже буду заниматься модой и придумала новые идеи для украшений...

- Все в сборе? - спросил Антонио, когда обмен приветствиями и новостями закончился. - Давно же мы не собирались вместе!

- Эрик еще не приехал, - вздохнула Джоана, - и на приглашение никак не ответил. Надеюсь, он все-таки приедет.

Старший брат Антонио и Джоаны Куоленов, Эрик, не баловал родственников частыми визитами. Проводя большую часть времени в командировках, он с трудом находил время для редких встреч с семьей, а вернувшись из очередной дальней поездки, предпочитал проводить время в тиши своей холостяцкой квартиры в Сан-Диего.

- Больше года не приезжал, - покачала головой Кларисса, - неужели и теперь не выкроит даже двух-трех дней?

- М-да, - закашлялся Антонио. - Пойду, поздороваюсь с мамой...

*

После ужина Антонио, Джоанна, Крейг и Кларисса по традиции затеяли игру в скраббл. Их дети собрались у камина в гостиной. Френк и Дженна были очень дружны с детьми Джоаны и Крейга, Харрисом, Деборой и Лукасом. Они делились своими школьными новостями, планами на лето, обсуждали любимые фильмы и музыкальные альбомы.

Элеонора Куолен сидела в своем любимом кресле и с теплой улыбкой любовалась своими домочадцами. Почти все собрались перед их юбилеем. А может, все-таки соберутся все без "почти".

Хлопнула дверь, и через минуту в гостиную вошел Бертон Куолен, глава семьи и ректор математического колледжа, несмотря на возраст энергичный и подтянутый, в строгом темно-синем костюме и белоснежной рубашке с малиновым в полоску галстуком.

- Ты задержался, мы уже поужинали, - Элеонора подошла, чтобы поцеловать мужа и забрать у него кейс. - Тони с Клариссой и детьми были очень голодны с дороги.

- Извини, Эли, - муж положил портфель в кресло и обнял жену. - На носу годовые экзамены, и предстоит большая работа по подготовке...

Уже более тридцати лет Бертон руководил колледжем, который окончил еще до второй мировой войны. Там же он познакомился с девушкой, которая стала его женой... А потом аспирантуру пришлось бросить на долгие шесть лет, но Бертон верил, что непременно вернется туда, тем более что теперь его ждет жена, хрупкая, но самоотверженно любящая Элеонора. А в 1941 году, в феврале, Бертон получил первый отпуск. Десять дней они с Эли были неразлучны и почти не разжимали объятий. А в ноябре пришло письмо от жены, что у них родился сын, и фотография завернутого в голубое одеяльце крошечного Эрика на руках у матери. Снова увидеть Элеонору и познакомиться с их сынишкой Бертон смог только в 1943 году, раньше ему никак не удавалось получить новый отпуск...

Элеонора встречала его на вокзале; до самого дома они не разжимали объятий. Двухлетний карапуз Эрик первые полдня смотрел на отца настороженно, привыкая к незнакомому человеку. Лобастый, не по возрасту серьезный, слишком крупный для двух лет Эрик уже хорошо разговаривал и практически никогда не заходился капризным ревом. Свое недовольство мальчик выражал сердитым взглядом исподлобья и раздраженным сопением. Уже к вечеру мальчик подружился с отцом, а к концу отпуска Бертон и Эрик были неразлучны.

В 1944-м году у Элеоноры родился второй сын, Антонио. Через пять лет после окончания войны, когда Бертон уже был преподавателем в своем колледже, а Элеонора вела кружок живописи, появилась младшая дочь Джоана, или Джонни, как ее прозвали в семье. Девочка росла и становилась все более похожей на мать - такая же тоненькая, с огромными карими глазами, нежной белой кожей и волнистыми каштановыми волосами, вылитая Одри Хепберн. Антонио проявил мало интереса к сестренке, зато Эрик охотно помогал матери убаюкать Джоану в колыбельке, вывезти ее на прогулку, поиграть и показал ей алфавит. Ревнивый Антонио пару раз попытался обидно подшутить над малышкой, доведя ее до слез. Эрик пребольно огрел брата по затылку и спокойно сказал: "Лучше раз и навсегда отстань от Джонни!". Как ни странно, Тони даже в голову не пришло ослушаться старшего брата. Постепенно детская ревность прошла, и трое детей Куоленов сдружились на зависть другим семьям, где не стихали ссоры между погодками.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: