Эпилог

Появление своего руководителя я воспринял как манну небесную, поэтому пошел за ним, не задавая лишних вопросов. Да и какие могут быть вопросы, когда бойцу приказали идти за его командиром? Мы зашли в небольшую переговорную комнату, где куратор предложил мне присесть и на некоторое время задумался.

— В общем так, Вик. Я сожалею, что меня вызвали слишком поздно. Корона сожалеет, что все произошло именно так. Нужно было дознавателям сразу поговорить с тобой на чистоту. Тебя никто и не в чем не подозревал. Проблема в твоем фамильном мече. — я ошалел. Он то в здесь при чем?

— Постарайся не перебивать, мне и так трудно все это объяснять тебе. Проблема не простая. Я знаю, что такое для бойца фамильное оружие. И как тяжело расстаться с ним, тем более не в бою, а потому, что кто-то просто решил его отобрать. Решил, оно нужнее ему. Твой меч объявлен святыней планеты Имр. Ты понимаешь, что это значит?

В моей пустой головенке зашевелились мысли. Ах вот почему меня держали здесь как заключенного! Вот в чем причина! Вообще, меч — сакральная вещь для бойца, тем более освященный поколениями предков. И терять мне его, естественно, не хотелось. Совсем. Но!

Но у меня не было с собой фамильного меча! Да очень хороший, да, довольно старый. Но отнюдь, не фамильный. Я решил выяснить, что они мне предлагают дальше:

— И что поделать? — вопрос звучал по-детски. Но что я мог еще спросить? И кстати почему святыня, потому что я им «бошки рубил»? Смешно, но сейчас смеяться нельзя.

— Отказаться нельзя. Потребовать себе… ты его себе все равно не вернешь, а Ирм, за который заплачено многими жизнями наших собратьев мы можем потерять. Есть один выход, но я не уверен, что он понравиться тебе.

— Да я слушаю.

— Я знаю, ты устал от войны, тем более от такой. Стоило бы тебе предложить годик отдохнуть, привести себя в порядок. Но не получается. Оставить свой меч в качестве святыни целого народа — не слишком большой позор, если ты сможешь завоевать себе другое оружие. Ты понимаешь меня? Снова окунуться в мясорубку войны, но не получить урон своей чести! — я никогда и некому не скажу это, но я не чувствую, что моя дворянская честь затронута этим. Особенно учитывая то, что они очень сильно ошибаются.

— И что я должен сделать?

— Я верил в тебя! — как слащаво и наигранно! Неужели я навсегда потерял веру в своих начальников? Даже в тех, которых уважаю? Позже, я понял, что именно тогда, неожиданно для самого себя стал зрелым человеком. Время члепого доверия прошло. Навсегда.

— Ты не плохо воевал в пехоте техов. У тебя есть опыт командования, мы предлагаем тебе возглавить сотню космодесанта. Высадка на планету конгеритов.

— А теперь, можно я скажу, что я думаю? Да. Так вот, со мной не было фамильного меча. Я взял из оружейной просто хороший старый меч, который мне понравился, и который хорошо лежал в руке. И об этом можно было спросить много раньше. Вы предлагаете мне в космодесанте атаковать одну из планет Империи? Я могу это сделать, это мой путь — воевать, но я принял на себя ответственность за детей, которые прибились к нам во время этой безнадежной войны. И должен исполнить свой долг. Вы сами понимаете, если я принял их в свой род, это священная клятва. И теперь я хочу их найти. А меч. Мне смешно, что меч, которым я «бошки рубил» стал вдруг святыней. Но по любому, если ирмитам это нужно, я его отдам. Мой куратор поднял лицо к небу, а потом как-то странно посмотрел на меня.

— Вот оно как? Долбанные охранители с их дурацкими играми! Нет, чтобы просто задать вопрос! Это меняет все! Но есть еще один вопрос. Ирмиты еще бы хотели получить одну из сабель монахов. Я понимаю, что это трофей, — «Соглашайся!» — в унисон прозвучали в моей голове голоса Личей, — «Требуй за это беспрепятственный доступ на планету и землю под лен, где ни будь недалеко от нашего подземелья. И почетное гражданство Ирма».

— Интересное предложение. А что я получу за это? За свой меч и свой трофей?

— Думаю, все, в разумных пределах.

— Землю? Деньги? Славу? Хороший меч из их закромов? Да и опекунство над малышами, и им обещал и принял их в род — родственники их все равно погибли.

— Безусловно. Только они не хотят акцентировать внимание публики, что ты хаосит. Просто словный парень Вик, парень с мечом. Один из героев Ирма.

— Да и пусть. В общем-то мне совсем не хотелось бы стать публичной персоной.

На том мы и порешили. С ирмитским руководством — старшими офицерами из штаба СОП мне даже не пришлось торговаться — они сами предложили мне много больше, чем я хотел. Мне презентовали целый остров, очень хороший меч, скованный одним из легендарных оружейников планеты несколько столетий назад. Когда я заикнулся о том, что хотел бы в ленное владение еще небольшой участок земли в районе, где я воевал, мне легко нарезали сто гектар. Все мои владения навсегда освободили от налогов, и пообещали солидную пенсию, когда экономика Ирма сможет вновь называться экономикой. Малышей тоже «подарили». Даже намекнули, что я могу принять в род еще пару десятков сирот, если захочу. Я пообещал подумать. Кроме того, все мое оружие оставили в моем владении, правда попросили мой байк для музея, пообещав предоставить такой-же. Хотели еще доспехи, но увы, я сообщил им, что мои в результате разборок с копьем тьмы пришли в полную негодность, а эти, что на мне сейчас — просто семейные, но они легко могут взять одни из аналогичных моей броне из запасов какой ни будь базы СОП. Удалось отбить и трофейный флаер, тем более что в легенде про «простого парня с мечом Вика» флаер не фигурировал. Да и присвоили почетное звание капитана СОП, с правом ношения формы и наград, которых отсыпали по совокупности деяний, немало. В итоге мы расстались вполне довольные друг другом.

Спустя пату дней из приюта мне привезли младшую часть моей команды. Юмо выглядела немного напряженной, Бурса и Церо откровенно были рады, тому, что я выполнил свое обещание и забрал их из приюта.

— Ну как, не передумали? — спросил я их, глядя на Юмо, может ей лучше все-же остаться на Ирме?

Нет, заверили, что не передумали и готовы вслед за мной в огонь и в воду. «Череп, не могу понять, что думает девочка, может ей действительно остаться здесь? — Нет, все в порядке, просто волнуется ребенок, ей действительно лучше будет с тобой, чем в приюте. Ей там совсем не понравилось, особенно сейчас, когда порядка там очень мало. А дети, знаешь-ли такие звереныши, когда за ними недостаточно присмотра особенно после перенесенного за этот год.»

После этого я созвонился с командиром, коротко переговорил с ним, у него дел было невпроворот — готовился ирмитский десант на Ниарх, одну из практически незаселенных планет Темной Империи. На ней засекли разведчик Короны и с нее активно эвакуировали конгеритское начальство, оставив там «держаться» разрозненные армейские подразделения, которые никак не могли помешать десанту. На мой взгляд атака на колонию особого смысла не имела, кроме символического, ирмитов осталось немногим более 10 % от довоенного населения, им со своей планетой еще разбираться, тем более что на ней осталась масса сдавшихся в плен солдат противника и партизанивших разрозненных подразделений конгеритской элиты. Но это уже не мои проблемы. Я свою миссию на планете выполнил.

После чего я загрузил свой детский сад во флаер, забитый самыми ценными трофеями и отправился домой. Подлетев к порталу, который охраняли бойцы транспортной гвардии в форме, я чуть не прослезился. Разрушенное конгеритами укрепление отстраивали рабочие, нанятые во внутренних мирах. Жизнь, по крайней мере моя, вроде налаживалась.

Пройдя через серию порталов на территорию собственно Короны, попал в руки бодрых таможенников, для которых мой статус героя на заштатной планете ничего не значил. Пришлось заполнять массу бумаг, слава богам, удалось сконнектить Синего с таможенным терминалом и основную работу сделал он. Особенно много бумаг требовалось заполнить на мой детский сад, Приятеля и самого Синего, по документам все пятеро — разумные существа, при чем последние двое негуманоиды. Пришлось принять их всех под свое личное покровительство. Придется иметь сложный разговор с отцом, благо у меня есть оставшаяся от деда недвижимость, так что я смог оформить образование младшей ветви рода. Нехорошо сообщать родителю такие новости постфактум, но другого выхода не было.