сочинял парень, хотя его слова, по иронии судьбы, оказались
совсем недалеки от истины. - Антиквар наш сейчас готов, что
угодно подписать, лишь бы от него отстали. В общем, я
договорился с ним, что он опознал только одного...
- Ты хотя бы со мной посоветовался бы для начала, - немного грубо
проговорил Стас.
- Стас, ты же знаешь, я никогда ни о чем не просил тебя, всегда
беспрекословно выполнял твои поручения, - твердо сказал Саша,
продолжая глядеть ему в глаза и, немного понизив тон, добавил. - И
я никогда тебя не подведу. А это дело, ведь оно не столь серьезное, просто это дело принципа для тебя наказать нашего дядьку...и он
свое получит. А парень этот он, правда, не при чем.
- Для тебя это действительно так важно? - помолчав, серьезно
поинтересовался Карпов.
- Да, - коротко ответил парень, выдерживая его тяжелый взгляд.
- Хорошо, - кивнул начальник СКМ, одним словом решив судьбу
Павла Легостаева, и снова погрузился в бумаги, давая оперу
понять, что разговор закончен.
- Спасибо, Стас, - Саша, довольный, вылетел из его кабинета и
зашел в допросную, которая находилась напротив.
- Ну, что, Коптелова оформляем, - обратился он к одному из
оперов, проводящих допрос. - А Легостаев у нас пока в
обезъяннике посидит.
- Это почему? - удивился тот, взглянув на Степнова.
- Карпов велел, - как можно спокойнее произнес тот и повернулся к
задержанным. - Кто из них Легостаев?
- Он, - опер кивнул на молодого темноволосого парня, который
сидел, глядя куда-то в одну точку и, кажется, даже не слышал их
разговора.
- Легостаев, - Саша подошел к парню, который медленно поднял на
него глаза. - На выход.
- Куда меня? - тихо спросил он, вставая.
- В обезъяннике посидишь, - не вдаваясь в подробности, ответил
Степнов.
Взяв у дежурного ключи, опер подвел Пашу к обезъяннику.
- Что со мной будет? - сделав шаг в клетку, тот обернулся к Саше и
взглянул ему прямо в глаза.
Ничего с тобой не будет, если сестра постарается, усмехнулся про
себя Степнов, а вслух произнес серьезно:
- Утром решим, что с тобой дальше делать, посиди пока, подумай, -
захлопнув дверь и провернув ключ, он резко развернулся и, отдав
ключ дежурному, покинул ОВД.
Павел опустился на лавку и обхватил голову руками. Он понимал,
что сам виноват в том, что оказался здесь, случайная глупость в
один момент перечеркнула его будущее. Но его больше волновало
то, что будет с сестрой, когда его посадят, как она это переживет.
Парень смотрел на часы, висящие на стене и считал время,
остававшееся до утра, когда за ними приедут и заберут в СИЗО.
Последние часы относительной свободы, а дальше месяцы
ожидания, суд и несомненно обвинительный приговор. Ожидание
тяжелым грузом лежало на сердце и ему хотелось, чтобы эти часы
уже скорее прошли, чтобы все скорее решилось... И он даже не
догадывался о том, как надолго задержится в этих стенах...
Глава 4. Выбор за тобой
Когда же это началось... Сейчас уже сложно вспомнить. Наверное в
тот момент, когда он вышел из больницы и понял, что стал не
нужен большому спорту. Ей казалось, Пашка сможет с этим
справиться, он сильный не только телом, но и характером. Она
слишком долго ничего не замечала. Брат делал вид, что работа
тренера вполне замещает ему настоящий спорт, но, видимо, это
было ложное успокоение. Только Катя знала, как он любил бокс, с
каким придыханием рассказывал о нем, как горели его глаза, когда
он уезжал на соревнования, как гордился предложениями о рингах,
сыпавшихся на него. Но ради нее, ради того, чтобы у нас всегда
были деньги, он выбрал бои без правил, хорошо оплачиваемые и
смертельно опасные. Как она хотела бы вернуть назад то время,
когда все еще было хорошо, чтобы предотвратить все последующие
события.
Катя любила, когда у них дома бывали Пашкины друзья-
спортсмены, она с восхищением слушала их рассказы о
соревнованиях, разглядывала блестящие награды. И Кате тоже
хотелось достигнуть в жизни каких-то высот, чтобы брат гордился
ею также, как гордилась им она.
Прошло несколько лет и взгляды его друзей в сторону младшей
сестренки претерпели значительные изменения, теперь в них был
откровенный интерес, который совсем не нравился брату. Он
ворчал, что Катя еще совсем ребенок и в ближайшие годы ее голова
должна быть забита только учебой. После травмы брат стал все
реже общаться с ними, видимо, чувствуя себя неловко рядом с
успехами своих бывших коллег и в доме в их все чаще стали
появляться совсем другие люди... Такие, от которых веяло
опасностью, от их взгляда хотелось забиться в самый дальний угол
или бежать без оглядки... Такие, как этот парень, в чьей машине она
сейчас находится...
Наконец, в дверях ОВД показался Саша. Он вышел на крыльцо и,
прикурив сигарету, направился к автомобилю
- Устала ждать? - весело спросил он, устраиваясь на водительском
сидении.
- Нет, все в порядке, - ответила девушка, в ее взгляде, обращенном
на опера читался немой вопрос.
- Не переживай, - ободряюще произнес опер, повернувшись к ней. -
Я постараюсь его вытащить.
- Правда? - только и смогла вымолвить она.
- Да, - ответил Саша. - Попробую прикрыть это дело, а вернее
сказать, участие в нем твоего брата.
- А как же суд?
- Если дело попадет в суд, то здесь уже ничего не исправишь, -
усмехнулся парень. - Никто не станет разбираться при делах он или
нет, сгребут всех под одну гребенку. Получат они лет по десять как
минимум.
- Саш, помоги, прошу, - быстро проговорила Катя, умоляюще глядя
на него. - Я найду деньги... Нужно же заплатить этому человеку,
чтобы он забрал свое заявление, кому-то еще, и тебе, конечно...
- Меня деньги мало интересуют, - опер расплылся в улыбке и
откровенно рассматривал девушку, от чего она чувствовала себя
неловко.
- Но...ты же не станешь это делать просто так? - несколько
смущенно произнесла Катя, отводя взгляд в сторону.
- Почему же просто так? - Саша все также пристально смотрел на
нее и, увидев замешательство девушки, добавил. - За красивые
глаза, конечно.
Он рассмеялся и некое напряжение, повисшее в воздухе, немного
рассеялось.
- Слушай, я голоден, как волк, поедем в кафе, посидим, - просто
предложил он.
- Я даже не знаю...поздно уже, - замялась Катя. - А мне в школу
завтра рано вставать...