— И в качестве примера, еще один мощный щит, который получается не у всех, только у достаточно сильных волшебников. Мсье Бриттон, создайте то же заклинание, что на нашей первой дуэли.
— Insendio! – огненная струя, ярко-желтого цвета, устремилась в мою сторону, Леблан специально отошел так, чтобы пламя не попало ни в кого из стоявших сбоку учеников.
— Aqua Murus! – ревущий от предельного для меня количества вложенной силы столб воды вокруг меня, оставив небольшое пространство в центре для моего тела. Ученики отшатнулись от потока пара, рванувшегося во все стороны.
Несколько секунд две противоборствующие стихии пытались одержать верх, потом огненный язык втянулся в палочку довольного преподавателя, а я опустил слегка дрожащую от напряжения руку с палочкой, убирая защитное заклинание.
— Вот чего-то подобного я жду от тех, кто собирается после Шармбатона идти в Аврорат, — буднично произнес Леблан, очищая палочкой брусчатку от оставшейся воды и пепла. – У кого не получится хотя бы начальный уровень этого заклинания, — можете даже не стараться.
— А какой мы видели сейчас уровень? – задала вопрос Лилиан, с каким-то странным выражением на лице рассматривая меня.
— Вы только что видели очень хороший уровень, мадмуазель Кемпбелл, примерно как у авроров высоких рангов. – Честно ответил преподаватель.
Ответ Леблана мне вовсе не понравился, так как я опять выделился, и снова – публично.
========== Глава 22. Признание. ==========
15 сентября 1995 года. Франция.
— Андрэ рассказал, что взял тебя в ассистенты, — меланхолично сказал Киаран, наблюдая, как я снимаю с шеи цепочку Хроноворота, только что отбросившего меня на семь часов назад.
— И теперь мне обеспечено не очень хорошее внимание со стороны видевших меня в деле девушек. – Я поморщился. – Не то, чтобы мне было это неприятно, но у меня…
— У тебя другие планы, очень красивые и своенравные, — Киаран хлопнул меня по плечу, — Думаю, Флёр умная девушка, и понимает, что ты не специально привлекаешь внимание к своей персоне.
— Надеюсь… — Я чуть поежился, предвкушая первую за сентябрь встречу с регулярно снящейся мне по ночам любимой.
— Надо сказать, что ты сейчас сталкиваешься с единственным слабым местом вашей с Джеймсом легенды. Ты заявил себя как аристократ, а значит – обязан придерживаться кодекса, который гласит: «соблазнивший невинную девушку и застигнутый родными за этим занятием, обязан либо жениться, либо получит вызов на дуэль от всех мужчин рода за поруганную честь». А кольца у тебя на руках, по понятным причинам нет и в ближайший год не предвидится… Так что жди, рано или поздно, приворотного зелья в бокале… А потом – толпу родственников «коварно соблазненной невинной девушки» с брачным контрактом в руках. Будь ты маглорожденным или полукровкой – вряд ли бы тобой заинтересовалось много людей, а к представителю достаточно старого и сильного рода…
— Учитель, ты меня радуешь с каждым разом все больше и больше, — я мрачно посмотрел на забавляющегося аврора. – Мне далеко не смешно всё это.
— Знаешь, воспринимай это как практику контроля мыслей и действий, Гарольд. – Киаран, отсмеявшись, продолжил разговор. – Если ты научишься четко контролировать и представлять, к чему приведут те или иные твои действия на публике – потом, когда ты станешь Лордом Поттером, тебе это очень пригодится.
— Я все равно не могу представить себе, как это возможно: устраивать счастье своих дочерей с помощью приворотов. Я все же вырос в магловском мире, где что-то отдаленно похожее исчезло с концом средних веков.
— Политика грязное дело. – Протянул Киаран. – У вас в Англии та же картина, между старыми семьями брачные союзы заключаются чуть ли не при рождении ребенка, мнение самих детей не учитывается. И, говоря откровенно, это имеет под собой некую логику – сохранение сильных генов, точнее… имело бы, если бы все аристократы обратили внимание на замечательную магловскую генетику, говорящую о вреде чрезмерно близких родственных браков. У нас во Франции это поняли довольно рано, а вот у вас проблемы остались. Так что во Франции старые семьи не гнушаются регулярно обновлять кровь, вводя в род сильных полукровок, а изредка – даже маглорожденных. Естественно, в разумных пределах, иначе слишком часто смешивавшие кровь семьи постепенно утратят власть над родовыми способностями и родовой магией.
— И как в это вписываются приворотные зелья?
— Победителей не судят… — Киаран поморщился. – Хотя можешь успокоиться, если учесть, что для вступления в силу этого пункта кодекса чистокровных нужна именно невинная девушка, то таких не настолько много – все же нравы даже у магов в последнее столетие сильно переменились. А приворотные зелья… Сам подумай…
— То есть?
— Представь себе ситуацию, что еще при рождении ребенку нашли пару, которую он может не видеть в глаза до 11 лет, пока не пойдет в этот ваш Хогвартс. – Учитель взмахом палочки трансфигурировал себе кресло. – Далеко не факт, что между будущими мужем и женой возникнет хоть какое-то теплое чувство. Даже те семьи, в которых супруги относятся друг к другу с уважением, уже можно назвать счастливыми. Во многих случаях, союз двух людей является результатом чувства долга и понимания причин, по которым заключается брак. И в этом-то случае и приходят на помощь приворотные зелья. Часто будущие новобрачные сами выпивают слабое зелье Привязанности, чтобы сгладить первичную «притирку» в браке. Это распространенная практика.
— Понятно…
— Андрэ очень хвалит твои успехи, говорит, ты удачно попал в команду Скалы на соревнования. – Аврор, сменив тему, палочкой активировал защиту боевого зала поместья. – До первого соревнования мы успеем изучить еще несколько небесполезных вещей. – Он ухмыльнулся.
— Например?..
— Сегодня я расскажу тебе о невербальной магии. А потом… Потом мы займемся темной стороной искусства. – Киаран спокойно посмотрел на меня. – Помни, что не темная магия делает человека злым, а только его собственные мысли и поступки. С этого начинают уроки во всех аристократических семьях, и в это, к сожалению, не могут поверить многие, очень многие магглорожденные и полукровки, которых в вашей стране возглавляет Великий Дамблдор.