Дюффи поднял голову, и его вырвало кровью. Он прижал руки к животу, который разрывался от боли.

— Ну и что дальше? — спросил вожак.

Дюффи не мог отвечать. Он молча лежал и с ненавистью смотрел на своих мучителей.

— Всыпь ему еще немножко, Жоэ, — распорядился «малыш».

Неандерталец плотоядно улыбнулся и схватил Дюффи за рубашку. Фотографу показалось, что великан отрывает его от земли с таким же усилием, которое понадобилось бы для того, чтобы поднять соломинку. Он слабо пискнул и изо всех сил ударил Жоэ по глазам.

— Все видели, что эта дрянь мне сделала? — удивился тот.

— Он и на том свете драться будет, — важно заметил вожак. — Ладно, Жоэ, нам некогда возиться здесь. Помассируй его немножко.

Неандерталец только этого и ждал. Держа фотографа одной рукой, он наотмашь врезал ему между глаз. Страшный кулак действовал, как метеор. Дюффи показалось, что в голове его взорвалась динамитная шашка, и он погрузился в темноту. Самое лучшее для него было бы сейчас умереть — переносить такие муки он уже не мог.

— Положи его на диван, — донесся откуда-то издалека голос «малыша», и Дюффи повалился, словно куль с мукой. На его лицо, должно быть, было страшно смотреть.

Вожак склонился над жертвой:

— Где аппарат, упрямый осел?

Дюффи что-то пробормотал, но его губы так распухли, что бандиты не поняли ни слова.

— Клив, принеси мокрую тряпку.

Юнец пошел в ванную. Дюффи лежал неподвижно, его дыхание сделалось частым и слабым. Когда Клив вернулся с мокрым полотенцем, вожак протянул руку, но тот попросил:

— Позволь мне, — и, склонившись над фотографом, выжал на него холодную воду.

Дюффи приоткрыл заплывшие глаза, и тогда юнец вонзил ногти ему в висок и протащил их по всему лицу.

Вожак тут же оттащил Клива, но тот, обезумев, визжал:

— Пусть знает, с кем имеет дело! Как он посмел меня ударить?!

Дюффи с трудом сел на диване. Голова его валилась то к одному плечу, то к другому, руки не слушались.

И тут зазвонил телефон. Бандиты тревожно переглянулись.

— Как некстати, — пробормотал вожак. — Приведи его в чувство, Жоэ.

Неандерталец подошел к Дюффи, схватил его за уши и сильно потянул вниз. Фотограф застонал.

— Готово! — заявил громила.

— Где фотоаппарат?! — крикнул вожак.

— Его кто-то украл.

Дюффи едва ворочал языком.

— Черт возьми! Вы слышите, его обворовали!

Вновь зазвонил телефон.

— Может, это Морган? — предположил юнец.

— Молчи! — «малыш» красноречиво кивнул на Дюффи, немного поколебался и снял трубку.

— Алло?

Некоторое время он слушал, а потом сказал:

— Ошиблись номером!

— А что если его немного подпалить? — предложил Клив.

— Время-то идет!

Дюффи было трудно собраться с мыслями, но он все же понемногу приходил в себя.

— Минутку, — попросил он. — Почему вы мне не верите? У меня выхватили аппарат, когда я уже собирался уходить из того дома. Сюда я пришел с пустыми руками, и теперь сам хочу разыскать негативы.

Вожак посмотрел на Жоэ.

— Может быть, он не врет?

— Такие парни врут и перед смертью священнику, — усмехнулся неандерталец.

— Все это слова! — взвизгнул Клив. — Дайте попробовать мне!

И тут Дюффи заметил совсем недалеко от себя большую медную пепельницу. Он, шатаясь, поднялся, схватил ее и бросил в окно. Стекло разлетелось на тысячу осколков, а пепельница вылетела наружу.

Клив устремился к двери.

— Бежим, пока не явилась полиция!

— Да, похоже, нам пора, — согласился вожак и, повернувшись к Дюффи, сказал: — Мы еще вернемся, приятель.

Но прежде чем выскочить за дверь, он еще разок ударил Дюффи по лицу, а когда тот упал, лягнул ногой в бок.

После их ухода Дюффи некоторое время лежал неподвижно, а потом разрыдался.

— Что это за тип? — раздался чей-то голос.

Дюффи попытался разлепить опухшие веки, чтобы посмотреть, не вернулись ли бандиты, но смог различить лишь смутную тень.

— Вилли!

Нет, пожалуй, это не Жоэ. Похоже на Сэма.

Дюффи со стоном поднял голову.

— Пожалуй, ты запоздал, — произнес он разбитыми губами.

— Боже милосердный! — воскликнул Мак-Гуир. — Кто тебя так отделал?

— Не спрашивай, — Дюффи снова уронил голову и закрыл глаза.

Сэм, раскрыв рот, смотрел то на друга, то на разбросанную мебель и пятна крови по всей комнате.

— Да это же настоящее побоище! — вскричал он. — Что здесь было?

— Побоище? Конечно. Только били меня, — прошептал Дюффи.

Мак-Гуир склонился над ним, а потом бросился в ванную, принес таз с теплой водой. Намочив полотенце, которым недавно пользовались, правда, для других целей, бандиты, он неловко, но очень осторожно, начал обмывать лицо друга.

— Нос! — вскрикнул Дюффи. — Вот свиньи!

— Надеюсь, ты не собираешься назвать это носом?

С закипающей злобой Мак-Гуир пошел в ванную, чтобы сменить воду. Кто эти мерзавцы, едва не ухлопавшие Дюффи? Сэм был из тех, кто очень трудно сходится с людьми, но потом хранит друзьям прямо-таки собачью преданность. Они долго работали вместе в «Три-бюн», часто ссорились, но если кто-то посторонний задевал одного из них, другой вступался, не раздумывая.

Мак-Гуир вернулся с чистой водой.

— Вместо того чтобы изображать сестру милосердия, дал бы мне выпить, — прошепелявил Дюффи.

— Ты прав. Извини. Но твой вид совсем сбил меня с толку.

Сэм подошел к столику и налил два стакана неразбавленного виски. Друзья осушили стаканы и почувствовали себя гораздо лучше.

— Ну рассказывай, — попросил Сэм. — Похоже, тебя отходили дружки какой-нибудь шлюхи?

Дюффи с трудом сел на диван, но тут же со стоном прижал руки к животу. Его распухшие губы искривились. Мак-Гуир встревожился не на шутку.

— Как ты, старина?

— Сам видишь… Но стараюсь держаться…

— Понятно, что ты умеешь терпеть, но лучше ложись и постарайся прийти в себя.

— Нет, — Дюффи медленно встал, но едва выпрямился, болезненная судорога согнула его тело, и если бы не Мак-Гуир, он наверняка бы упал.

— Перестань разыгрывать героя! — взревел Сэм. — Ложись, иначе я тебя привяжу!

На этот раз Дюффи послушался. Он выпил еще и наконец почувствовал, как возвращаются силы.

— А теперь выкладывай все, что случилось, — попросил Сэм.

— Я столкнулся с тремя бандитами, которые разукрасили меня на свой вкус.

— Давай вызовем полицию.

— Нет, это дело не для нее.

— Так что же делать?

— Который час?

— Скоро десять.

— И это все за одну ночь! — вздохнул Дюффи.

Мак-Гуир подошел к телефону и набрал номер.

Вильям с любопытством наблюдал за ним.

— Сэм у телефона, крошка. Этот шалопай привел себя в такое состояние, что его нужно подлечить. Ему здорово набили морду… и вообще покалечили… Сам он ничего не может, поэтому я привезу его к тебе. Приготовь комнату, ладно?

Сэм довольно долго выслушивал ответ, а потом сказал:

— Хорошо, мы сейчас приедем.

— Неужели ты воображаешь, что я сяду на шею твоей жене? — спросил Дюффи.

— Заткнись! — оборвал его Мак-Гуир. — Ты будешь делать то, что тебе скажут. Тоже мне боксер! Сам пойдешь или придется тащить волоком? И не надейся, что я оставлю тебя здесь.

— Ну ладно, ладно. Согласен.

Шофер такси помог Мак-Гуиру вытащить Дюффи из машины и поднять по лестнице. Восхождение оказалось мучительным не только для Вильяма, но и для сопровождающих, которые почти несли его на спине.

На третьем этаже их поджидала Алиса. Напугать чем-то эту черноволосую, похожую на испанку женщину было почти невозможно, а вот сейчас ее глаза были наполнены слезами, смуглая кожа побледнела.

— Вилли Дюффи! — воскликнула Алиса, стараясь казаться беззаботной. — Как это вас угораздило?

Сэм бросил на нее предостерегающий взгляд, а Дюффи попытался улыбнуться, но из этого почти ничего не вышло: его лицо было покрыто кровавой коркой.