Прощайте, господин прокурор. Простите, что отнял у вас столько времени. Пожелайте мне удачи.

Чэд Винтерс.

* * *

Со стороны Ист-Энда показался запыленный «форд». Заметив его, Чэд встал. Нехорошая усмешка искривила его красивое лицо. Он взял гаечный ключ, лежавший на столе и подкрался к двери. Он ждал. Шум мотора стал сильней. Через окно было видно, как машина подъехала к хижине.

Дверь открылась.

— Ты здесь, Ив?

Чэд не двигался. Его правая рука сжимала ключ.

Ларри так и не понял, что обрушилось ему на голову. Он умер еще до того, как его тело коснулось пола.

Чэд снова положил ключ на стол и, вернувшись к трупу, опустился перед ним на колени. Он перевернул тело на спину и обшарил карманы. В кармане он обнаружил бумажник, в котором лежало несколько писем и двадцатидолларовая бумажка. Он достал еще сигареты, спички, носовой платок и отнес все это на стол, затем, быстро сняв с мертвеца одежду и оставив его в нижнем белье, носках и ботинках, разделся, натянул вещи Ларри на себя, а его одел в свое. Это была ужасная работа, пот заливал лицо Чэда, тело сотрясала мелкая дрожь.

Он посмотрел на часы. Было около шести. Оставалось еще три часа до наступления темноты. После этого можно было приступить к последнему этапу побега. Он не собирался целых три часа сидеть в хижине, наедине с трупами. Взглянув еще раз на мертвую женщину, Чэд сморщился. Нет, он не хотел оставаться с ней.

Чэд поднял Ларри и направился со своей ношей к «бьюику». Устроив труп на сиденье, он вернулся в хижину, нашел бумагу, завернул в нее пленку и надписал: «Господину прокурору. Срочно!»

В последний раз окинув комнату взглядом, он увидел на столе чемодан Ив.

— О, черт! Чуть не забыл! — сказал он громко, поднял чемодан, поставил его на стол и раскрыл.

Под одеждой лежали драгоценности Вестал. Ив взяла все, в том числе и бриллианты. Здесь было больше, чем на миллион долларов. Чэд взял чемодан, сверток с пленкой, вернулся к машине и стал ждать. Он размышлял о том, сколько времени понадобится Легиту, чтобы установить, что тело в сгоревшей машине принадлежит другому человеку? Он вспомнил, как горела машина Вестал. Конечно, труп станет неузнаваемым. Но Легит — хитрый пес, он до всего докопается. И все-таки расследование займет немало времени. Полиция не будет искать Чэда, пока не удостоверится, что это тело другого человека. Лучше всего уехать в Канаду, а оттуда — в Англию. С такими деньгами можно купить паспорт.

Чэд сидел в машине и курил, пока не наступила темнота.

Теперь нужно было спустить машину в пропасть, убедиться, что она вспыхнула, вернуться в хижину и сесть в «форд» Ларри. Потом ехать в Канаду. Вернуться будет довольно тяжело: от горной дороги до хижины приличное расстояние. На все уйдет около часа, но другого выхода нет.

Чэд нажал на газ, и «бьюик» тронулся с места.

Интересно, следит ли полиция за этой дорогой? Если да, он пропал. Но ему должно повезти, иначе и быть не может.

Чэд ехал очень быстро, и скоро начался подъем к скалам. Его сердце учащенно забилось, когда он поравнялся с местом гибели Вестал. В полумраке он рассмотрел дыру в барьере и подъехал ближе. Нельзя было терять время.

Он взял из машины чемодан и сверток и положил на обочину, затем вновь сел в машину и подъехал к краю обрыва. После этого он выключил сцепление и вышел из «бьюика». Осмотревшись вокруг, он наполовину влез в машину, оставив дверцу открытой, нажал на педаль газа и включил третью скорость. Мотор заработал на больших оборотах, Чэд выскочил из машины, дверца ударила его по плечу. Чэд отступил, освобождая «бьюику» дорогу, и машина исчезла в темноте.

И тут Чэд почувствовал, что земля ускользает у него из-под ног. Он упал и, судорожно цепляясь за траву, продолжил медленное скольжение в пропасть. Его пальцы судорожно скребли землю. Почти чудом ему удалось зацепиться за что-то, и теперь он висел на слабеющих руках. Пот холодными струями катился по спине. Ногами Чэд старался найти опору, но это ему не удавалось. Обрыв был слишком круг, а подтянуться на руках уже не было сил. Он услышал, как машина ударилась о дно пропасти, через мгновение пламя охватило ее, и все вокруг вспыхнуло багровым заревом.

Силы покидали Чэда. Охваченный животным ужасом, он сделал последнее отчаянное усилие, чтобы подтянуться. Ему даже удалось поставить одно колено на выступ скалы, но клок травы, за который он цеплялся, вдруг подался под его рукой, и через мгновение Чэд начал свое ужасное путешествие навстречу смерти.

В один из жарких июньских дней я безмятежно дремал в своем кабинете, когда Паула просунула в дверь свою милую темноволосую головку и прервала мой отдых.

— Тебя ждет дело Уингрова, — напомнила она.

Иногда я жалею, что мне в голову пришла мысль создать бюро «Универсал-сервис». Дело здесь не в трудности самой работы — так или иначе мы управлялись с ней, не в отсутствии денег — мы зарабатывали вполне прилично, а в том, что были поручения, за которые не хотелось даже браться.

Именно таким было дело Уингрова. Оно проскользнуло в контору, когда я отсутствовал, вместе с задатком в пятьсот долларов, и Паула взяла конверт. Заключалось дело в следующем: нужно было вернуть домой сбежавшую дочь Мартина Уингрова, одного из самых влиятельных людей Оркид-сити. Фактов в моем распоряжении было немного. Отец девушки — противный толстый хапуга — открыто содержал танцовщицу; мать давно сбежала с шофером, годившимся ей в сыновья; брат лечился от наркомании в частной клинике. В общем, картина малопривлекательная. Впрочем, я еще не видел самое мисс Уингров. Судя по слухам, она ни в чем не уступала своим родичам. Что ж, это только облегчало дело! Говорили, что девушка живет у Джеффа Баррета, жлоба, развращенного до мозга костей. Мне была предоставлена полная свобода действий. Девушке еще не исполнился двадцать один год, и Уингров имел право силой вернуть ее домой. Но… вряд ли Баррет легко расстанется с ней. Да и сама она, скорее всего, откажется возвращаться. Так что, судя по всему, меня ожидала приятная работенка… Вообще-то подобными делами должна заниматься полиция, но Уингров боялся, что в этом случае дело попадет в газеты. Поэтому он поступил так, как до него поступали многие, когда не хотели выставлять напоказ свое грязное белье: поручил дело мне.

Последние три дня я занимался разными пустяками и надеялся, что Паула забыла об Уингрове, но я плохо ее знал…

— Что? — я открыл один глаз и укоризненно посмотрел на нее.

— Дело Уингрова, — настойчиво повторила она, входя в кабинет. Я выпрямился в кресле.

— Сколько раз повторять, что я не желаю выполнять грязную работу? Отошли деньги назад и скажи, что я занят.

— Ты собираешься отказаться от пятисот долларов?

— Я просто не хочу заниматься этим делом.

— Чем оно тебе не нравится? — терпеливо спросила Паула. — Оно займет у тебя не более часа.

— Оставь меня в покое! Позвони Уингрову и скажи, что мы заняты.

— Меня удивляет, что у тебя вообще есть какая-то работа, — ядовито заметила Паула. — Надеюсь, ты знаешь, что в конце месяца нам придется платить по счетам? Не забудь, что письменный стол, за которым ты сидишь, еще не оплачен.

Я знал, что в таком духе Паула может продолжать весь день, если ее не остановить.

— Ладно, пусть этим займется Керман. Почему бы ему, разнообразия ради, не поработать немного? Почему вся грязная работа достается мне? Пошли Кермана!

— Он учит мисс Риттер водить машину.

— Как, опять?! По-моему, он слишком долго этим занимается. В чем дело? Не может быть, чтобы за два месяца она не научилась держаться за баранку!

— Она в восторге от Кермана, — сказала Паула, скрывая улыбку. — Это, конечно, дело вкуса, но она говорит, что езда в машине с таким мужчиной, как Керман, — незабываемое ощущение для женщины. По-моему, она неврастеничка. Впрочем, какое это имеет значение, платит она хорошо.