Гарри чувствовал мощь двигателей, в то время как катер мчался в открытое море. Он глянул в направлении каюты.

— Прекрасное судно, — похвалил он.

— Несомненно, — Нина наблюдала за тем, как он поднялся на мостик. — Куда ты?

— Осмотрю катер.

Он прошел по палубе и подошел к каюте, достаточно просторной, чтобы вместить четырех человек. Занавески были опущены, и когда он подергал ручку двери, то понял, что она заперта.

— Каюта заперта.

— Я знаю. Отец хранит там что-то. Она всегда заперта, так что я ею не пользуюсь.

— А что он там держит?

— Я не знаю, — она попробовала улыбнуться, но глаза зло сверкнули.

Гарри сел рядом с ней.

— Расскажи мне об острове. Ты часто туда ездишь?

— Раз в месяц.

— Мне говорили об этом месте. Там есть какой-то туннель. Что-нибудь знаешь о нем? — с напускным безразличием спросил Гарри.

— Это пролом между скал. Прилив всегда очень высок в том месте и практически затапливает его. Только раз в три месяца бывает отлив и можно попасть в восхитительный грот. Стены в нем светятся. Я была там три раза, но надо быть очень осторожным. Если начнется прилив, то можно оказаться взаперти на три месяца.

Гарри закурил. Он вспомнил записку, найденную в чемодане Балди. «Туннель. Шелдон. 7.45. Май 27».

— Когда отлив большой, можно ли на катере войти в грот?

— Да. Я и была там на катере, но долго не задерживалась. Заплыла и выплыла.

— Ты хочешь сказать, что прилив наступает очень быстро?

— Конечно. В течение часа все может измениться. Поэтому туристов и не пускают в грот.

— Так мы не сможем попасть туда на катере?

— Не сегодня. — Она взглянула на него. — Ты хочешь туда попасть?

— Конечно… Когда будет отлив.

— Это будет только через неделю, но не в воскресенье, а в четверг, когда слишком много работы. Но если ты действительно хочешь взглянуть на грот, то туда можно добраться вплавь.

— А ты уже пробовала?

Она кивнула.

— И как тебе это удалось?

— Это очень трудно, — она положила руку на плечо Гарри. — Но с тобой будет полегче. Ведь ты олимпиец и прекрасный пловец.

— Я умею плавать, но в чем там сложность?

— Очень сильное встречное течение. — Она сделала паузу. — У нас на катере есть два акваланга. Можно воспользоваться ими.

Гарри задумался.

— Да… в таком случае лучше мне попробовать одному. Мало ли что может случиться.

Она нетерпеливо махнула рукой.

— Я поплыву с тобой. Я хорошая пловчиха, Гарри. Мы обвяжемся веревками, и ты потащишь меня на буксире, если я устану.

— Неужели так сложно плыть?

— Чего ты боишься? Ведь ты первоклассный пловец!

— Гм… — Подумав немного, Гарри пожал плечами. — О’кей. Думаю, ничего страшного с нами не случится. Ведь мы будем в аквалангах. — Он подошел к двери кладовки, открыл ее и вытащил акваланг.

— Да.

Он проверил оба акваланга, убедился, что баллоны заправлены, вернулся к Нине и взял стаканчик кофе, который она ему протянула.

— Там, в кладовке, должен быть нейлоновый трос и пара поясов, — сказала Нина.

Гарри допил кофе, вернулся и вновь сунул голову в тесную кладовку. В дальнем углу лежала куча тряпья. Из-под него Гарри вытащил полиэтиленовый пакет. В нем были черная рубашка, белый шарф и черные очки. Он загораживал спиной дверь, так что Нина не могла увидеть его находку.

— Гарри, ты нашел трос?

Он опять сунул пакет под тряпье. Потом взял моток нейлоновой веревки. Со спокойным видом он протянул веревку Нине.

— Этот?

— Да. Возьми руль, я найду пояса.

— Все в порядке… я нашел их. — Он бросил к ее ногам два пояса с металлическими пряжками.

Он снова вспомнил женщину в «мустанге». В темных очках, черной рубашке, с повязанным вокруг шеи белым шарфом.

Закрыв дверь кладовки, он вновь сел рядом с Ниной и закурил. На ум пришли слова Джо, чернокожего бармена: «У вас здесь нет друзей, мистер Гарри, кроме меня и Рэнди. Нет друзей… и я хочу сказать, что вас ожидают неприятности…»

— В чем дело, Гарри? — резко спросила Нина.

— Ничего, — он глянул ей в глаза. — А почему ты спрашиваешь?

— О чем ты задумался?

— Да вот такой уж я человек: иногда над чем-то думаю.

— И о чем ты думаешь сейчас?

Гарри вынул сигарету изо рта и, выпустив клуб дыма, спросил:

— А ты делишься с кем-нибудь своими мыслями?

Она нахмурилась.

— Иногда.

— Но нечасто.

— Нет.

— Ну так вот, мы в этом похожи. — Он допил кофе. — Хочешь сигарету?

— Нет, спасибо, — она нерешительно посмотрела на него, затем продолжала: — Так все же о чем ты думал, Гарри?

На горизонте Гарри увидел контуры небольшого острова.

— Это Шеддон?

— Да.

— Сейчас подходящее время плыть в грот?

— Да… лучше это делать пораньше… меньше риска. Ты действительно хочешь увидеть грот?

— Конечно. У нас ведь будет еще масса времени для других занятий, — улыбаясь, сказал он. — Когда нам надо возвращаться?

— До заката. Но я взяла достаточно еды.

— Отец знает, что ты взяла катер?

— Я сказала ему вчера. Он спит большую часть воскресенья и не поднимается раньше обеда.

Гарри кивнул. Он вновь бросил взгляд на кладовку и отрезал кусок веревки. Один конец он привязал к маленькому кольцу на поясе, другой к другому.

— Ты еще не передумала плыть? — спросил он Нину.

— Нет, конечно. Там так красиво. Я была там лишь дважды, но это было почти четыре года назад.

Гарри прошел на нос катера. Они быстро приближались к острову явно вулканического происхождения. Его острые скалы поднимались прямо из-под воды, а вокруг летало множество морских птиц: чаек, альбатросов, пеликанов, свивших гнезда на утесах.

Через двадцать минут Нина направила катер прямо на скалы, как вначале показалось Гарри, но потом скалы расступились, и они оказались в небольшой бухточке. Нина мастерски провела катер и пришвартовалась в углу к причалу из старых покрышек автомобилей. Она выключила двигатели, а Гарри, спрыгнув на причал, привязал катер к тумбе.

— Придется карабкаться по скалам, — сказала Нина, передавая ему акваланги. Она указала на узкую тропинку, петлявшую среди скал. Она поднималась вверх и терялась среди нагромождения скал. — По ней мы поднимемся ко входу в тоннель.

— Но ты же говорила, что в тоннель можно войти на катере.

— Да, но это с другой стороны острова, — объяснила Нина. — В настоящее время там и пристать негде. Это самый короткий путь туда.

— Дай мне мою сумку.

— Что-то она тяжелая, — она передала ему сумку. — Что это?

— Ерунда, — он улыбнулся.

Она взяла сумку с едой, и Гарри помог ей соскочить на пристань.

— Пошли.

Они начали карабкаться вверх по тропинке. Сверху остров был как на ладони.

— Вон там тоннель, — Нина указала на небольшую лагуну.

— Но я не вижу ничего.

— А это нельзя увидеть. Вход под водой. Когда прилив отступает, уровень воды падает на двадцать футов, и тогда обнажается вход. Мы подплывем к нему, но потом придется нырять. Там длинный тоннель, ведущий прямо в грот.

Гарри некоторое время изучал нависавшую над тоннелем скалу.

— Ты по-прежнему уверена, что сможешь плыть?

— Конечно.

Они спустились вниз по петлявшей тропинке и оказались под скалой. Катер Соло остался по другую сторону лагуны.

Когда они спустились к самой воде, дверь каюты катера Соло открылась и оттуда вышел Кортец со снайперской винтовкой в руке. Он по хозяйски прошел по палубе, залитой первыми лучами солнца.

Лепски открыл глаза и непонимающе уставился в зашторенные окна. В небольшую щель пробивались первые лучи солнца. Шторы показались ему смутно знакомыми. Вскоре он с недоумением сообразил, что лежит в собственной спальне для гостей.

Он сел. Тупая боль в голове едва не опрокинула его обратно. Он застонал, наклонясь вперед и обхватив голову руками. Потом он осторожно сполз с кровати. Он был одет в пижаму. Лепски глянул на часы, лежащие на ночном столике. Было 6.35 утра. Несколько мгновений он пытался сообразить, как очутился здесь, потом вспомнил удар Кортеца по голове и вспышку света в мозгу.