Со мной все тоже поздаровались.

— Самойлова, родившийся угорать, по морде не получит, — с пафосным видом сказал Дима и перевел заинтересованный взгляд озорных голубых глаз на моего брата. — Оо, кого ты к нам привела! Серый, здорово, как жизнь молодая?

Сережа растянул губы в приветственной улыбке и пожал руку моему одногруппнику. Им как-то доводилось вместе гулять, знакомила их, естественно я. Ребятки быстро сдружились, несмотря на то, что Дима был старше Сережи.

— Здорово, кучерявый, — все с той же приветливой, но немного ленивой улыбкой и прищуренными на солнце зелеными глазами, поздоровался мой вежливый брат. — На жизнь пока не жалуюсь, а твоя как?

Димка подошел к Сереже и закинул локоть ему на плечо.

— И я не жалуюсь, лысый, — сверху вниз смотря на моего брата, с усмешкой сказал парень. — Кстати, знакомьтесь, мой друг — Стас.

Я перевела взгляд на короткостриженного, темноволосого паренька, который, слегка улыбнувшись, нам кивнул. У него было немного загорелое лицо, небольшой лоб, темные брови, миндалевидные, выразительные глаза янтарного цвета, нос с широкими крыльями и немного тонковатые губы. В целом, этот парень, одетый в клетчатую, просторную рубашку, темные джинсы и кеды, был достаточно симпатичным.

— А это Даша и ее брат — Сережа, — представил нас тем временем Димка.

Стас, приподняв брови, кивнул.

— Очень приятно, — улыбнулся он нам уголками губ.

— Идемте уже гулять, не вечно же нам на этой площади торчать, и смеяться над скейтерами, — с возмущеннами нотками в голосе сказала Лиля.

— Согласна, из — за Соколова скоро на площади вообще ни одного скейтера не будет, — усмехнулась Ника.

Димка состроил забавную гриммасу.

— Не фамильничай, — велел парень, смотря в темно-карие глаза моей подруги. — Или тебе того, фамилия моя нравится?

Димка в развалочку подошел к Нике, которая скептически на него смотрела.

— Скройся, — коротко сказала девушка.

Парень, скрестив руки на груди, деланно-серьезным взглядом смотрел на Нику, которая, приподняв бровь, смотрела на него.

— Скройся, значит? Скройся? — деланно обиженно возмутился парень. — Не звони мне больше, все кончено.

— О нет, ты не можешь этого сделать, я сброшусь с крыши, — притворно округлив глаза, ужаснулась Ника.

Димка хмыкнул.

— Ладно, прощаю, — расслабленно сказал он.

— Идиот, — вздохнула девушка, закатив глаза.

Мы лишь усмехались над этими двумя, пока что помалкивая.

Но Лиля, видимо, не могла долго стоять на месте, поэтому начала возмущаться, сдвинув на переносице тонкие брови.

— Ну что, мы идем, или нет? Время-то идет, вообще-то.

— Идем, идем, — пробубнила я, вздохнув. — А куда мы пойдем-то?

Тут вмешался мой брат, которому, видать, тоже надоело стоять на месте.

— Какая разница, куда? — Пробурчал он. — Вперед. Все беды из-за баб.

Димка весело заржал, хлопнув Сережу по плечу, мы с девчонками укоризненно на него взглянули, а Стас усмехнулся.

— Ого, — удивился он. — Ты далеко пойдешь, парень.

— Никуда он не пойдет, я ему ноги сломаю, — буркнула я себе под нос, но все услышали.

Наконец мы все пошли гулять по разным улицам, веселясь сами и веселя народ, что проходил мимо. Дима, как всегда, был душой компании, Сережа от него не отстовал, а Стас оказался очень неплохим парнем, немного не таким раздолбаем, как Соколов, но недалеко от него ушел. Этот парень был веселым, но неповоротливым и частенько спотыкался, от чего у нас были приступы смеха. Стас сам посмеивался и вставал, а Дима, не упуская возможности, по-разному подкалывал друга.

В общем, в этот вечер, я хорошо повеселилась и смеялась так, что болел живот. Кажется, жить мы будем долго. Уже стемнело и в темно-синем небе светила яркая луна, на улице зажглись оранжеватые фонари, которые освещали тротуар, по которому мы все шли.

— Ладно, мы домой пойдем, а то Сереже еще на горшок надо, — проговорила я, прощаясь со всеми. — Всем пока.

— Ты офигела, женщина? — возмутился мой брат, сердито на меня смотря. — Я тебя дома в унитазе утоплю.

Дима усмехнулся, а я закатила глаза.

— Правильно, лысый, так ее, — похлопал он Сережу по плечу. — Пока.

И мы ушли. Лиля тоже ушла, попрощавшись со всеми. Идти ей было недалеко. Стас тоже ушел, а вот Нике идти было долго, поэтому мой друг Дима решил ее проводить.

Первые минуты они шли молча, каждый думал о своем. На темно-серый, блестящий в свете уличных фонарей асфальт падали две черные тени.

— Вот чтобы ты делала без меня, а? — первым заговорил Соколов.

— Шла бы домой, — пожала плечами Николета.

Димка состроил недовольную, забавную рожицу.

— Тебе бы было скучно без меня, признайся, — толкнув одногруппницу плечом, потребовал парень.

Ника одарила его скептическим взглядом.

— Признаюсь, мне было бы скучно без тебя, доволен?

Тут парень сделал вид, что задумался и пару секунд молчал.

— Доволен, — решил он. — И кстати, я знаю короткий путь к твоему дому. Пошли?

— Что за путь? — поинтересовалась девушка, глаза которой были черными в свете уличных фонарей.

— Короткий, я же сказал, — повторил Димка. — Вон через те дворы.

Парень кивнул на арку, что была слева от них, а затем перевел ожидающий взгляд на Нику. — Ну что?

Девушка пожала плечами.

— Ну идем, — согласилась она. — Но если со мной что-то случится, я тебя найду и убью.

Соколов округлил голубые глаза.

— Оо боже, как страшно, да ты опасная, — в притворном ужасе проговорил он, а потом усмехнулся. — Вот он я, можешь убивать.

— Пока что не за что убивать.

Димка скосил на нее глаза.

— Ведьма.

— Заткнись, Соколов, а то заколдую, — пообещала Ника. — Превращу тебя в крысу и буду тоскать на плече.

Парень усмехнулся. Они прошли через арку и шли мимо серых девятиэтажек и пустынных детских площадок.

— Ты такая грозная, но забавная, — заметил Соколов, покачав кудрявой головой.