Не в силах сдержать себя, я радостно вскрикнула и запрыгала на месте, хлопая в ладони. Под действием момента, я даже собралась обнять парня, но он выставил ладонь вперед и уперся ею мне в лицо, таким образом, не давая мне совершить задуманное.

— Даже не думай сейчас обнимать меня, глупая Куница, — зашипел Флавье, ясно поняв, что я собиралась сделать. — Я вообще не в восторге от того, что мне придется появиться с тобой на людях и сделать вид, будто ты моя девушка.

У меня было слишком хорошее настроение, поэтому я пропустила мимо ушей колкость парня. Я даже не стала пререкаться, увидев, что, когда мы обменивались номерами, он меня в своем телефоне подписал, как «Настырная Куница». Все равно я поступила не лучше, ведь в моем смартфоне парень числился, как «Ублюдок». Коротко и ясно.

Леон-Гонтран сказал, чтобы я в сообщении прислала ему адрес, где жила, поскольку парень собирался следующим утром заехать за мной.

— Я не собираюсь ходить и искать тебя по Пантеон-Ассас, поэтому в университет поедем вместе, — сказал он.

Я кивнула и уже домой возвращалась радостная и веселая, собираясь рассказать Розали ошеломляющую новость. Я была уверена в том, что ее ввергнет в шок то, что Леон-Гонтран все же решил помочь мне.

Я понимала, что следующий день будет необычным. Леон-Гантран Флавье был не только самым устрашающим парнем в университете. Он так же являлся предметом вожделения многих девушек и авторитетом для парней. Да, его так же и ненавидели многие, ведь зависть никто не отменял. Но самым главным было то, что в Пантеон-Ассас Флавье знаменитость. А если учесть то, что со студентками нашего университета он принципиально отношений не заводил, хоть по слухам являлся еще тем бабником, я прекрасно осознавала, что на следующий день по Пантеон-Ассас расползутся слухи о том, что мы начали встречаться. На это я и рассчитывала. Тот психопат должен услышать эту новость.

И так, следующий день должен был стать переломным в этом противостоянии с неизвестным психопатом. И он таким стал.

— Розали, Флавье согласился мне помочь, — воскликнула я, забегая в квартиру. Сняв с себя балетки, я пробежала по коридору и заглянула в комнату девушки. — Леон- Гонтран сказал, что притворится моим парнем.

— Что? — Розали тут же распахнула глаза и выронила из рук книгу, которую читала сидя на кровати. — Ты шутишь?

— Нет, не шучу, — я отрицательно покачала головой, садясь в кресло. Все еще будучи взбудораженной, я пересказала подруге мой разговор с Флавье, наблюдая за тем, как менялись эмоции на ее лице все сильнее выдавая острое удивление.

— Ого… — выдохнула Розали, после того, как я замолчала. — Если честно, я и не думала, что Флавье может согласиться. Это так на него не похоже, — девушка опустила голову и расторопно потерла лицо ладонями. — Черт, как я сожалею о том, что упомянула его имя во время того нашего разговора.

— Ей, ты чего? — я не понимала, почему Розали выглядела такой нервозной.

— Просто… Я не знаю, как это объяснить, — пробормотала подруга, прикусив нижнюю губу. — Понимаешь, когда дело касается Флавье, стоит быть очень осторожной. Он как-то странно влияет на людей, — Розали подперла голову ладонью и посмотрела в сторону окна. — Если кто-то перейдет ему дорогу или просто ему не понравится, Флавье этого человека уничтожит. Я лично наблюдала за тем, как Леон-Гонтран унижает людей и ломает их. При этом, все вокруг будто сходят с ума и принимают сторону Флавье, словно он поступает правильно. Если кто-то не нравится Леон- Гонтрану, этот человек автоматически становится ненавистным для всех остальных.

— Розали, ты преувеличиваешь, — я фыркнула, понимая, что девушка поддалась волне слухов. Ну не может быть Леон-Гонтран кромешным монстром. Он вполне обычный парень со своими заморочками и немного тяжелым характером.

— Хотелось бы в это верить, но я боюсь, что, наоборот, преуменьшаю, — Розали обернулась в мою сторону. — Если честно, я очень надеюсь на то, что Флавье тебе поможет. Просто, пожалуйста, не забывай о том, что рядом с тобой находится не человек, а чудовище. Поверь, он куда умнее и влиятельнее, чем кажется на первый взгляд. Тщательно обдумывай каждое его слово и действие. И ни в коем случае не ругайся с ним.

В глазах Розали этот парень выглядел сущим монстром. Я слышала все те слухи о нем и понимала, откуда взялось это мнение, но считала их сплошным преувеличением. Да, Флавье вспыльчивый и агрессивный, но не более того. Поэтому слова своей подруги я всерьез не восприняла.

— Кстати, Розали, а ты, случайно, не знаешь, кто родители Флавье? — решила я задать волнующий меня вопрос. Все же мне теперь хотелось немного больше разузнать об этом парне, а поскольку моя подруга училась с Леон-Гонтраном на одном потоке, она, возможно, была более осведомленной.

— У Флавье нет родителей. Насколько мне известно, он вырос в детдоме, — эти слова девушки меня огорошили, ведь до меня доходили слухи, твердящие о том, что у парня все же была семья. Кто-то говорил, что он вырос в вполне обычной среднестатистической французской семье и куда реже встречались люди, твердящие, что у Флавье семья не такая уж и простая.

Эта новость в очередной раз убедила меня в том, что слухи не всегда правдивы, но, узнав, что Флавье вырос в детдоме, я сумела посмотреть на парня с другой стороны. Сразу после смерти папы я попала в детдом, но пробыла там только полторы недели. Месье Марсо забрал меня к себе еще до того, как были заполнены все документы. Конечно, в то время, из-за потери папы, моя психика была неустойчивой и я уже плохо помнила те полторы недели, которое провела в детдоме, но успела понять насколько жестокий мир царил в том месте. Не странно, что Флавье источал силу. Слабые подростки в подобных заведениях ломаются.

Ночью я лежала на диване и постоянно думала о том, как поведет себя психопат, после того, как я появлюсь в университете вместе с Флавье, ведь мне хотелось быть готовой к абсолютно любому его поступку.

Из-за этих размышлений я не смогла уснуть, но уставшей себя не чувствовала. Наверное, во мне было слишком много адреналина и острого ожидания опасности, от чего и появились силы встретить новый день полностью бодрой. Будучи взвинченной, я долго копошилась у себя в сумках, пытаясь подобрать соответствующий наряд. Мне предстояло сыграть роль девушки Флавье, поэтому я решила неуместным одевать толстовку и джинсы. Вместо привычной для себя одежды, я выбрала легкую юбку из фатина, длинной до колен и белоснежную блузку. Волосы я собрала в высокий хвост и из обуви предпочла балетки.

Ближе к восьми мне пришло сообщение от Флавье с таким текстом «Выходи, Куница. Я жду тебя около подъезда». Естественно, я тут же направилась к выходу, молча кивая на новые советы от Розали. Подруге в универ нужно было только к третьей лекции, поэтому в тот день она выходила из дома значительно позже меня.

Выскочив на улицу, я сразу увидела Леон-Гонтрана. Одетый в джинсы, черную футболку и кожаную куртку, он более чем был похож на брутального ублюдка. Плюс ко всему, его волосы были слегка растрепаны и на лице виднелись солнцезащитные очки.

— Куница в юбке… Странное зрелище, — фыркнул парень, мрачно растянув губы.

— Ей, я так приоделась для тебя, — я покрутилась перед парнем, придерживая пальцами юбку, чтобы она не поднялась. — Нравится? Теперь я подхожу на роль твоей девушки?

— Теперь ты подходишь на роль куницы в балетной пачке, — парень растрепал волосы на затылке, этим действием предавая своему внешнему виду еще больше небрежности. К слову, чертовски идущей ему небрежности. — Я бы в жизни не стал на самом деле встречаться с такой простушкой, как ты. У меня бы на тебя просто не встал.

— Ну ты и грубиян, — возмущенно выдохнула я, после чего скрестила руки на груди и в упор посмотрела парня. Я собиралась сказать, что я бы тоже не хотела себе такого парня, как Флавье, ведь это было чистой правдой, но Леон-Гонтран меня перебил.

— Я лишь говорю то, что думаю. Если не нравится, тебя никто не держит около меня.

Моя гордость твердила о том, чтобы я послала парня и ушла прочь, но усмирив свой нрав, я все же поплелась за Флавье к его Гелендвагену. В машину я села, но мысленно задалась вопросом, откуда у парня, выросшего в детдоме и учащегося только на пятом курсе, такой автомобиль.