Ленин страстно верил, что война уничтожит существующий режим. Отсюда его призыв к воюющим армиям «превратить империалистическую войну в гражданскую» и повернуть штыки против собственных правительств. Но, несмотря на призыв не обманываться «могильным молчанием Европы» (это было написано в январе 1917 года!) и уверенность, что «Европа беременна революцией», Ленин, создается впечатление, рассчитывал тогда в лучшем случае на вариант 1905 года в одной из европейских стран.

Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции. Но я могу, думается мне, высказать с большой уверенностью надежду, что молодежь, которая работает так прекрасно в социалистическом движении Швейцарии и всего мира, что она будет иметь счастье не только бороться, но и победить в грядущей пролетарской революции¹³.

Позднейшие попытки большевистских историков заново создать героическое прошлое партии, показать, что она последовательно готовилась возглавить революционное движение в феврале 1917 года, — это просто смесь фанфаронства и лжи. Нельзя сказать, что люди вроде Шляпникова или Молотова не вели отважной и отчаянной борьбы, наталкиваясь на решительные контрдействия со стороны охранки, но утверждать, как говорится в Большой Советской Энциклопедии (первое издание), что «Молотов в 1916 году сумел избежать ареста и принять непосредственное участие в большевистском руководстве революционным движением, подготовившим Февральскую буржуазно-демократическую революцию 1917 года», — это извращение фактов. Молотов сделал в 1915 году решительную попытку реорганизовать большевистское подполье в Москве, поступив на службу в Союз городов, он был активным большевистским пропагандистом и организатором среди рабочих Лефортова. В июне 1915 года он был арестован и сослан в Сибирь. По дороге Молотов встретился с несколькими другими большевиками и бежал с ними в европейскую Россию. Весной 1916 года он снова живет на нелегальном положении в Петрограде и активно действует. Молотов, Шляпников и Залуцкий образовали в Петрограде так называемое «русское бюро Центрального Комитета партии большевиков». Этот орган не обнаруживал себя через связи с рабочими и таким образом избежал ареста, даже когда накануне революции были арестованы члены новообразованного петербургского комитета большевиков, которых выдал агент-провокатор Черномазов. Вот почему члены «русского бюро» смогли принять участие в демонстрациях 27 и 28 февраля и в образовании Петроградского Совета.

Однако все это не доказывает, что февральские демонстрации, и особенно солдатские бунты, были запланированы или организованы большевиками. Напротив, имеются все доказательства тому, что большевики не сумели создать организации, которая в тот момент смогла бы спровоцировать массовые демонстрации, есть доказательства, что революции до окончания войны они не ждали, выступление масс, особенно весной 1917 года, считали совершенно нежелательным и боялись провокаций со стороны полиции. Очевидно, события развернулись неожиданно для большевиков. Они решили присоединиться к народному движению лишь после того, как стал очевиден его размах и возможные политические последствия. Но так, в конце концов, поступили все, кто считал, что для старого режима пробил последний его час. Так, после некоторых колебаний, поступил и председатель Думы Родзянко.

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 2

¹ Ив. Меницкий. Революционное движение военных годов. 1914–1917. М., 1925. – См. также некоторые биографии революционеров этого времени в энциклопедии Граната. М., 1910-1938, том XII (41).

² Меницкий, ук. соч., том II, стр. 265.

³ Опубликовано у Меницкого, ук. соч., том I, стр. 145.

⁴ Цитируем текст, перепечатанный в официальном докладе министерства внутренних дел: «Обзор деятельности русской социал-демократической рабочей партии в период с начала войны России с Австро-Венгрией и Германией до июля 1916 года», стр. 60 и далее. Первоначально опубликован Г. Алексинским в Париже. См.: «Россия и свобода», № III, 1915.

⁵ Составители манифеста, вероятно Плеханов и Чернов, старались не слишком настаивать на точности этого слуха.

⁶ То есть общественные организации во время войны.

⁷ Манифест оборонцев был подписан 10 сентября 1915 года в Женеве. Заметим параллель между идеей конституционных изменений, как главного условия для победы над Германией, и сходными лозунгами, сформулированными в это самое время, накануне съезда Союза земств и городов, в Москве. Заметим также выражение «внутренний» и «внешний» враг в манифесте и в «Диспозиции № 1» таинственного комитета народного спасения, составленной, вероятно, также в сентябре 1915 года; см. гл. 8, § 2.

⁸ Из обзора доклада Беленина (псевдоним Шляпникова) в № 1 журнала «Сборник Социал-Демократа», издавался Лениным и Зиновьевым в Швейцарии, стр. 57.

⁹ Автобиография Шляпникова в энциклопедии Граната, том XII, часть 3, стр. 249.

¹⁰ См., например, суд над так называемой группой «Пресня» (РСДРП). Опубликовано в приложении к книге Меницкого, ук. соч., том II, стр. 274–304.

¹¹ См. списки агентов московской охранки в приложениях к книге Меницкого, ук. соч., том I, II.

¹² Они провели там некоторое время в 1915 году, и Крупская жаловалась на их недисциплинированность. См.: «Ленинский Сборник», том XI, М., 1931.

¹³ Из доклада, прочитанного перед молодыми рабочими 22 января 1917 года. См.: В.И. Ленин. Сочинения (2-е и 3-е издания), том XIX, стр. 357. М.-Л., 1926–1932 и 1928–1937.

Глава 3

РЕВОЛЮЦИЯ И АРМИЯ

Армия в мирное и военное время. — Армия и правительство. — Армия и общественные организации. — Родзянко и армия. — Состояние армии к концу 1916 года.

§ 1. Армия в мирное и военное время.

Подавляющее большинство исследователей русской революции согласны в том, что революция была вызвана войной. Однако в чем именно выразилось влияние войны, каким образом война определила ход революции — тут мнения расходятся. В прошлом общепринят был взгляд, что главная причина заключалась в военных неудачах и несостоятельности правительства. Это мнение можно считать производным той яростной атаки против правительства, которую в 1915–1916 гг. вели и радикалы, и либералы, поэтому здесь позволительно заподозрить пристрастие. Даже если принять, что обвинения оппозиции основательны, то сама посылка, что бездарное ведение войны непременно ведет к падению правительства и системы в целом, не бесспорна. Военное поражение не обязательно становится прелюдией революции. Восстание декабристов в 1825 году последовало за победоносной войной. Унизительное поражение России в крымской кампании не привело к революции. Но революционная ситуация непременно возникает там, где правительству и его учреждениям не удается одушевить и направить силы, которые высвобождаются в народе войной. По многим причинам Николай II и его правительство оказались совершенно неспособны подчинить себе эти силы и потеряли контроль над ними задолго до того, как они стали открыто противоправительственными.

Это общее утверждение приложимо прежде всего к русской армии. Русская армия, после введения в 1874 году всеобщей воинской повинности, всегда была гибким и надежным орудием в руках правительства. Во время революции 1905 года, несмотря на спорадическое дезертирство и мятежи, главным образом армия и казаки обеспечили победу правительства над революционерами и находящимися под их влиянием массами. Армия присягала царю, присяга эта не была простой формальностью ни для солдат, главным образом из крестьян, ни для кадровых офицеров. Сила присяги усугублялась представлением о царе как о помазаннике Божием, а также социальной замкнутостью армии, которая в очень малой степени была затронута политическим брожением времени.