Позади него раздались громкие шаги, ногами кто-то осторожно отбрасывал ветви, произнося при этом монотонно жалобы. Безошибочно, эти звуки издавал Ангис Вейл.

Молодые люди вскочили на ноги, не пытаясь совсем спрятаться или защититься. Саймон восхищался изящным строением юноши — крепкими мускулами, стройными линиями живота, и девушкой, стоящей рядом с ним — на несколько дюймов ниже его, с маленькими и твердыми грудями с торчащими сосками. Плоский живот, с завитками темных колечек волос у расходящихся бедер. Ее левая рука висела вдоль тела, правой она деликатно сжимала руку Алифа. Жест влюбленной девушки.

Одежда Ангиса была в обычном беспорядке, когда он вошел на опушку леса.

— Ваше императорское высочество, боюсь, что этот чертов посол Федерации Рэк ускользнул и находится где-то поблизости. Вам надо срочно уходить.

— Прямо так, Ангис? — мягко спросила девушка.

— Клянусь Гейном! — Невероятно, но Вейл в своем возбуждении и не заметил, что эти двое были совершенно голыми. — Одевайтесь поскорее. Если он придет сюда и заметит вас, то использует это в своих гнусных целях.

Момент показался ему самым подходящим.

— Вы правы, мастер Вейл, — сказал Рэк, — теперь и ваша очередь заметить.

Странно, его появление, как демона из леса, имело наименьший эффект на мальчишку и девчонку, чем на гувернера. Он визгливо вскрикнул и упал без сознания на землю. Девушка покраснела и попыталась прикрыть свое тело руками. Но принц слегка улыбнулся и кивнул ему.

— Я сказал Ангису, что лучше для нас доверять вам. Я под впечатлением от вас и вашего крупного коллеги. Прошу вас, садитесь.

Холод был напыщенным. Саймон знал, что сам, будучи пойманным в похожей ситуации, только усмехнулся бы и попытался бы разрядить ситуацию быстрой шуткой. Но принц вел себя как принц, невзирая на то, что был совершенно голый и совокуплялся с дочерью самого главного врага своего отца.

Так же изобразив самоуверенность, Саймон сел на поваленное бревно, на которое ему указал Алиф. Пока девушка надевала свой нехитрый костюм, вытеревшись букетом из листьев, Алиф встал на колени перед распростертым Вейлом и легонько шлепал последнего по щекам. Смех и сопение указывало на то, что жизнь снова навестила тело наставника. Как только наставник привстал, Алиф оставил его и стал надевать свои одежды. Нижняя одежда состояла из простой рубашки, не имевшей никаких пуговиц и крючков, которая тонко обрисовывала его тело. Затем красные туфли и разноцветный плащ. Наконец деликатное прикосновение к волосам и взгляд в карманное зеркало, чтобы убедиться, что макияж не попорчен.

Удивительно, ему хватило всего две минуты чтобы превратиться из голоного парня в блестящего принца.

В это время Ангис, спотыкаясь, поднялся на ноги, листок приклеился к его размазанному макияжу. Продирая глаза, стараясь не смотреть на Саймона, он сел на ствол дерева рядом с Саймоном. К его смущению, Вейл зарыдал, его плечи тряслись от усилия его слез. Саймон протянул руку, чтобы успокоить его, затем вспомнил о табу.

Вместо этого он сказал:

— Ангис, друг мой, успокойся. Не стоит плакать.

Хныкая и вытирая нос краешком плаща, Ангис наконец успокоился.

— Посол, как вы можете меня называть своим другом, когда вы так разочаровали меня. Пришли сюда, не слушая моего предупреждения. А давали мне обещание. О, Саймон, как вы могли?

Впервые он назвал его по имени.

— Ангис и вы говорите мне такие вещи! Друг — это человек, который всегда говорит вам правду. Стоило бы вам просто сказать мне, что принц и Тсадия занимаются… спортивными играми… я бы не стал вас обманывать и не пополз бы сюда под деревьями, как низкий соглядатай.

К этому времени оба молодых человека стояли рядом, перед Рэком держась за руки.

Принц заговорил первым:

— Думаю, мой старый учитель подумал, что будет очень опасным посвящать вас в наш маленький секрет. Теперь, когда он вам известен, что вы советуете нам делать?

— Ваше высочество, я не могу согласиться, что это, как вы очень очаровательно назвали, «маленький секрет». Этот секрет, мне кажется, имеет такие галактические размеры, что мне потребуется время спокойных размышлений, прежде чем обдумать все его грани.

Тсадия пристально посмотрела на него.

— Если моя мать узнает, война начнется раньше, чем она успеет отдать приказ о ней.

— То же и мой отец.

Саймон почесал лоб. Это был сюрприз таких размеров, что он просто не мог сразу осознать все его последствия.

— Один вопрос, ваше высочество: кроме нас четверых, о нем еще кто-то знает? Или, быть может, подозревает? Подумайте хорошо.

Дочь госпожи Боа ответила сразу:

— Луа. Она мой личный телохранитель. Она моя самая близкая подруга. Она знает. Кроме нее, никто.

Алиф покачал головой.

— Значит, мы знаем секрет, который может оказаться страшным. Или может оказаться подарком богов. Я хочу вернуться в наши комнаты как можно скорее и поговорить о нем с Богги, моим коллегой. Вы возвращайтесь раздельно. Ангис, я бы хотел, чтобы ты остался со мной и ответил на несколько вопросов.

— О, дорогой Саймон! Когда вы говорите так, вы всегда говорите как страж закона, а не как посол. — Он слегка вздохнул. — Да, это так.

— Две вещи, посол.

— Госпожа Тсадия?

— Вначале узнайте, поскольку остаетесь здесь. Луа стережет в лесу. Вам надо уходить как можно тише, чтобы она вас не заметила и не услышала.

— Она близко отсюда?

— Да. Она позволила Ангису подойти, потому что знает его. Она слышала нас и теперь знает, что вы друг. Но будьте с ней осторожны, у нее непредсказуемый характер.

Саймон улыбнулся, зная, что мог бы управиться с любой женщиной любой расы. Но послу не следует рассказывать о своих маленьких секретах.

— Я запомню. А теперь вам надо идти. Я скажу Ангису, когда мне потребуется переговорить с кем-нибудь из вас еще. Идите раздельно. Я не думаю, что кому-то на Алефе понравиться видеть вас вместе.

— Я знаю одного, кому это понравиться.

Алиф повернулся к девушке:

— Что ты хочешь этим сказать?

По ее лицу можно было заметить, что она явно сожалеет о сказанном. Ее лицо покраснело, а глаза замерцали, будто она хотела убежать прочь от своих слов. Но бежать было некуда.

Саймон спокойно сказал:

— Ты хочешь сказать, что знаешь о шпионе в Капуе? Того, кто работает здесь на ваш народ?

Ее молчание было красноречиво.

— Ты мне скажешь, кто это? Даю тебе слово, что не пойду выдавать его.

— Я не могу. Простите меня, но не могу.

Алиф схватил ее руками и силой повернул ее лицо к себе.

— Если ты не можешь об этом сказать послу, то, конечно же, скажешь мне, моя любовь. Ты должна!

Пытаясь вырваться, девушка не отвечала.

Ангис Вейл встал и заговорил:

— Может быть, я могу разрешить этот разговор. У меня есть друг, другой мой бывший ученик, который занят неприятным бизнесом в Капуе. Его имени никому здесь неизвестно. Работа его — азартные игры. Он может выиграть любое пари по любому предмету, его специальность — игры и развлечения. Его знания астрономические. Он всегда великолепно справлялся с цифрами. Я помню, как он однажды…

— Ангис! Вспомни кличку, данную тебе принцем. Поторопись!

— Конечно, посол. Хорошо, урезаю рассказ о развлечениях, так вот этот игрок имеет контакты и клиентов среди наших старейшин. Я видел его несколько дней назад до того, как все это неприятное дело обрушилось на нас, и он рассказал мне о высокопоставленном господине, который тратит гораздо больше, чем имеет. Ничего зрелищного, вы понимаете, но очень много. И это все только потому, что у моего друга сильное чутье на деньги и на числа, что он замечает все необычное. Мы оба с ним удивлялись, как у этого человека могут оказаться такие крупные суммы.

— Именем отца, Ангис, приди к завершению!

— Прошу прощения, Алиф. Храня в уме то, что сказала эта красивая девочка, не думаешь ли ты, что этот человек как раз и может им оказаться?

— Его имя! — Этот голос уже был голосом властелина, а не мальчика.

Саймон смотрел Тсадии в лицо, когда Ангис произнес имя:

— Советник Вази.

Никакой реакции не последовало.

Принц слегка встряхнул ее и произнес, понизив голос:

— Любовь моя, ты не должна больше молчать. Это Вази, не так ли?