– Благодарю, – Кинт выложил на столешницу пару серебряных монет и залпом выпил кружку, снова оглянулся назад, но за столик в углу уже рассаживалась компания молодых людей.
– Вот и ваш шант, мой щедрый господин, – девушка поставила на стол плоскую бутыль, жестом указала на нее парню за стойкой и тот шустро стер с бутыли пыль, – господин Вогг готов вас выслушать, если разговор будет недолгим, ему надо заниматься подготовкой боев.
Кинт взял бутыль, сунул ее в карман плаща и направился к кабинкам.
– Будьте любезны, вашу трость и оружие, если таковое имеется, – низким голосом, но вежливо, произнес один из парней.
– Извольте, – Кинт протянул ему трость, затем по очереди достал из кобур сначала один пистолет, потом другой.
– Проходите, – парень открыл дверь, – а свое оружие заберете потом у парня за стойкой.
– Договорились.
За столом сидел худощавый мужчина в дорогом костюме, взгляд его близко посаженных глаз сразу вцепился в Кинта, он несколько секунд молчал, потом вполне доброжелательно улыбнулся и спросил:
– Чем могу быть полезен?
– Я представляю интересы весьма влиятельных в терратосе людей, и у меня вопрос – кто-нибудь из сопредельных терратосов интересовался неким профессором Дактом? Ваши услуги будут оплачены…
– Хм… – Вогг задумался, затем жестом пригласил Кинта присесть, – а можно узнать, кого именно вы представляете?
– Я представляю тех, кто не заинтересован в том, чтобы терратос Аканов погряз в новой кровавой бане войны.
– А есть предпосылки?
– Поверьте, есть.
– Что ж, кое-что я могу вам сообщить, это будет стоить какую-то тысячу кестов золотом, согласитесь, это не такие великие деньги…
– Согласен.
– Вы даже не будете торговаться?
– Нет.
– Эх! Продешевил, – Вогг улыбнулся, – что ж, я покажу вам человека, он из Северного терратоса, уже несколько месяцев крутится здесь и вынюхивает все, что касается оружейного дома Ренэ, и как-то называл имя этого профессора, этого Дакта и просил меня сообщить, если мне станет что-то известно о нем или его работах, к слову предлагал неплохие деньги… он сегодня тоже здесь.
– Как его имя?
– Мне он представился как Эрн Порт, инженер.
– Хочу спросить, вы всегда готовы продавать секреты терратоса?
– Молодой человек, так сложилось, что я всегда знаю немного больше чем другие, этим я зарабатываю, да, но не продаю секреты терратоса, я продаю, или замечу, охраняю секреты отдельных персон. Так что, вы готовы заплатить?
– Конечно, – Кинт достал из кармана и положил на стол пачку купюр, перетянутую крест-накрест бечевкой.
– Очень хорошо, в таком случае приглашаю вас в свою ложу, – Вогг смахнул деньги в небольшой саквояж, что стоял рядом на стуле.
– Благодарю.
– Кстати, вы уже сделали ставки?
– Нет, для начала я просто посмотрю.
– Тогда следуйте за мной, вот-вот приедет судья и привезет того, кто сегодня должен понести наказание.
– Или получить возможность его избежать?
– Что вы, в его случае наказание неизбежно, у меня есть просто уникальный палач. Идемте, – Вогг поднялся, прихватил свой саквояж и указал на дверь.
Двое крепышей как привязанные шли следом за Воггом и Кинтом. С Воггом многие здоровались, снимая котелки и почтительно кланяясь, он отвечал тем же, разве что был более сдержан в поклонах. Со стороны просто само обаяние и любимец местной аристократии…
В ложе хозяина арены было просторно, это была надстройка над рядами, эдакая мансарда, куда вела винтовая лестница. Внутри приятный желтый свет от газовых рожков, пять удобных кресел, стены обиты бархатом, в углу столик с выпивкой и закуской, еще имелся тамбур, в котором, как только Кинт и Вогг вошли в ложу, охранники остались за дверью.
– Вы не сообщили мне свое имя, – Вогг прошел к столику, достал два позолоченных, а возможно и золотых стакана из тумбочки рядом, – впрочем, оно мне не нужно, пока у меня или у кого-то из моих клиентов нет интереса к вам.
– Дак Жако, – Кинт подошел к креслу и посмотрел на арену.
На невысокой утрамбованной насыпи шлака, выстелена из толстенных досок площадка, на ней самая натуральная клетка, со сторонами в десяток шагов и в высоту в два человеческих роста, по периметру насыпи помост и две деревянные лестницы к двум дверям клетки, что напротив друг друга. Пол внутри клетки отсыпан слоем опилок.
– Нравится? – Вогг подошел к Кинту и протянул ему один из стаканов.
– Еще не знаю.
– Сегодня будет всего один, но зато какой!
– Вы признались, что это будет не бой, а по сути, казнь.
– Да, потрошитель этого заслуживает, держать его в тюрьме города накладно, отправить на каторгу? Так он покалечит там других каторжан и, в конце концов, его застрелят жандармы, а здесь потрошителя, простите за каламбур, выпотрошат, – Вогг как-то странно улыбнулся, – чем не возмездие?
– Что он сделал?
– Он делал это на протяжении всей зимы! Он знаете ли, любитель человечины… сердце, печень… он не щадил никого, орудовал в бедных кварталах, подкарауливал своих жертв, перерезал горло, а потом быстро вырезал сердце и печень и был таков!
– Да уж, а не проще его сразу повесить, или приговорить к расстрелу?
– А как же арена? Как же ставки? Люди давно привыкли к этому зрелищу, для города и для меня это пополнение казны, не буду скрывать, для меня в большей степени.
– Прибыл господин судья, – в дверь просунул голову один из охранников.
– Просите его сюда, – ответил Вогг.
Внизу людской монотонный гомон вдруг резко перешел на ликование и крики, по проходу меж рядами, к помосту четверо жандармов вели человека в кандалах. Человек был высок, широк в плечах и рваной одежде с кровоподтеками, его завели в клетку, расковали и оставили стоять в углу. Жандармы вышли, а тот, что шел последним, остановился, вынул из ножен штык от винтовки, и через прутья решетки бросил под ноги потрошителю. Тот его сразу поднял, а люди закричали еще сильней, кто-то начал скандировать – «Выродок! Выродок!», и все подхватили.
– Думаю, ставки сегодня высоки! – в ложу вошел низкого роста молодящийся старичок, одетый в черный судейский камзол, он держал подмышкой портфель, – я вас приветствую, господин Вогг!
– Добрый вечер, господин судья.
– Эм.. а вы? – Судья пристально посмотрел на Кинта, – подождите, мне знакомо ваше лицо.
– Дак Жако, – Кинт приподнял котелок, – вряд ли мы с вами встречались, я приехал издалека.
– Не с юга ли? – судья принял из рук Вогга стакан, присел в кресло, но продолжал смотреть на Кинта.
– Я лишь там родился.
– Вы определенно мне кого-то напоминаете!
Кинт лишь улыбнулся, развел руками и присел в кресло.
– Никар Шико! – вдруг сказал судья и указал пальцем на Кинта, все же у меня отличная память на лица, – судья был доволен проявлением своей феноменальной памяти, – Никар Шико мастер стрелок ополченческого пехотного полка! Он служил под моим началом, когда я еще был пехотным капитаном! Вы, молодой человек, должно быть, его сын!
– Сожалею, господин судья, – Кинт опрокинул в рот содержимое стакана, – но на этот раз память вас подвела, мой отец проживает на северо-востоке.
– Все когда-то случается в первый раз, господин судья, – Вогг уселся между Кинтом и судьей, – что ж, скоро начнется!
Кинту стоило неимоверных усилий, чтобы не проявить ни единой эмоции, услышав имя своего отца, которое он и сам почти забыл, он смотрел в сторону клетки, но не видел ничего, все слилось в желтое пятно. Кинт достал из кармана бутыль, раскрошил сургучную пробку и сделал два больших глотка… напиток обжег горло, заставил сделать глубокий, громкий вдох носом.
– Ого, вот это выдержка! – прокомментировал Вогг, – этому шанту двадцать лет.
– Да, весьма крепок, и хорошо прочищает мозги, – согласился Кинт.
Тем временем, толпа зрителей, перестав скандировать, взвыла от восторга – с противоположного прохода к клетке шел человек в маске из собачьих шкур, которую венчал собачий же рыжий хвост. Серые свободные одежды, пояс с ножнами, ничего особого в этом «Выродке» Кинт не заметил.
– А почему «Выродок»? – поинтересовался Кинт.
– Он не особо отличается в своей жестокости от потрошителя, но есть некая доля благородства, он превосходно владеет клинками, но иногда такое вытворит… Я нашел его несколько месяцев назад, точнее, это он нашел неприятности, весьма изящно зарезав троих в кабацкой драке, а один из троих несчастных был мой человек, теперь он мне должен…