- А сейчас тот портрет где? - негромко спрашивает Марина. Не ладя, и не особенно стремясь ладить с матерью, в глубине души завидует тем, у кого в этом плане всё хорошо.
- Несколько лет назад сдал на хранение в алмазный фонд. Я редко бываю в столице, а стопроцентно надежных сейфов не бывает.
Марина промолчала. Она видела на старых фото невысокую и всю какую-то бесцветную женщину рядом с отцом. Мама Сордара одевалась подчеркнуто скромно. Вела очень тихую жизнь. Ничем она не напоминает яркую Кэретту. Но женщина с фотографий была мамой Сордара. И он её любил тогда, и любит сейчас. А вот Марину мама совсем не любит.
- Слушай, а зачем тебе вообще этот "Придворный календарь" понадобился?
- Да так, вспомнил просто, что ты любишь всякие странные сувениры.
- Да слышал я, как тебя за мирренку приняли, и побить хотели.
Ответная ухмылка Марины просто светится самодовольством.
- Ух, и показала же я им... Только понять не могу, что они во мне мирренского нашли?
Теперь усмехается Сордар:
- С трёх раз догадайся: кто сейчас самая известная мирренка?
Марина пожимает плечами:
- Императрица, наверное.
- Правильно. А она черноволосая, и любит короткие стрижки. Вот тебя и приняли из-за единственного похожего признака. Кстати, черноволосых среди мирренов не больше, чем среди грэдов. Как раса-то мы одно. Сама же знаешь - принадлежность к разным расам не признак принадлежности к разным народам. А у мирренов ещё в прошлом веке, принадлежащих к другой расе чуть ли не за другой биологический вид считали.
- Да знаю я это всё! У нас на юге вон как народ перемешан. Не будь Соньки, первой школьной красоткой бы точно южанка считалась. Совсем чёрная!
- Тима бы инфаркт бы хватил, узнай он, что его дочь с уроженцами колоний общается.
- Да помню я её! Вся она какая-то....,- Марина щёлкает пальцами, пытаясь подобрать нужное слово,- о, вспомнила - в школе про таких говорят "тормознутая".
- "Тормознутая", неплохое словечко, надо запомнить... А если серьёзно, будь я мирренским императором - поостерёгся бы на её матери жениться...
Марина смеётся.
- Сордар - мирренский император! Ха-ха!
- А что, - гигант важно задирает подбородок,- Его Величество Сордар VIII...
- Или IX. Точно, претендент, даже от принятого Династией счёта отделаться не можешь! По мне, так императором любой быть достоин, кто сумел до трона добраться, и на нём усидеть. Права на престол - так, глупости для слабаков. Как там, в старину говорили: "Солдат! Как следует посмотри в своём мешке! Может, там императорский перстень лежит!" Наш отец убедился, что поговорка - правдива. Да и мирренский Сордар IV, похоже, считал так же. Всё-таки правил семнадцать лет, и довольно неплохо.
- Ты права, как обычно, легетимистам повезло, что у него детей не было, а родню покойного императора он перерезать не догадался. Хотя легенд о том, как сторонники Династии отравили сына Сордара, или что после его смерти в Высокой башне Чёрного замка заточили его дочь, более чем изрядно гуляет.
Над новым императором многие смеялись - выбили коронационную медаль, а на ней - цифра "18" вместо единицы. Мол, с чего это коронация только на восемнадцатом году правления? А он сам распорядился эту цифру выбить. Хотя, ума хватило продолжать прежнюю политику, никого не преследовать, иначе бы не миновать гражданской войны, а то и смены Династии. Прямо скажем, отдаленный предок матери первые лет десять сидел весьма и весьма непрочно. Сордара IV, хотя и считают узурпатором, всё -таки обычно пишут ненаследным принцем.
- Слушай, ты так и недорассказал, почему Тиму не следовало жениться? Ведь императрица довольно красива....
- Так император не только о красоте избранницы должен думать...
- Хм, а о чём ещё? У нас-то император, в принципе, жениться может на ком хочет. Ну, или замуж выйти... Как Дины, хотя они императорами и не были.
- У мирренов не так: невеста должна происходить из соответствующего по происхождению рода. Будь у нас так - невесту император мог бы выбирать только среди представительниц Древних Великих Домов.
- Так ведь обычно и бывает...
- На деле. А не на бумаге. У мирренов даже термин есть такой - неравнородный брак.
- Глупость какая-то!
- Не скажи, законы просто так не возникают. У мирренов тоже, знаешь ли, были свои Войны Династий. Тоже жестокие. Вот после них и появились такие законы...
Император, что у нас, что у мирренов, вступая в брак, должен думать о появлении здоровых детей. В прошлом, наличие больных наследников, а точнее, дрязги стоящих за ними лиц, бывало, приводили к жестоким войнам. Относительно Тима. В роду его жены бывали безумцы. Материнский род никогда с ними не роднился, хотя и был равнородным. О нынешнем кронпринце разное поговаривают, а его сестра тебе не очень умной показалась... Хотя, зная тебя...
Марина ухмыльнулась.
- Кстати, Тим в молодости не рискнул заключать брак с, так сказать, романтическими увлечением, хотя и абсолютно равнородной. Знал прекрасно, что у неё в роду - гемофилия. Рисковать не стал. А вот несколько лет спустя - всё-таки рискнул...
- И получил дочку-дуру!
- Кстати, отец почему-то не возражал, когда мама наняла мне учителей - мирренов. Меня ведь грэдскому учили, как иностранному. Я в детстве вроде тебя был - на дикой смеси двух языков, как отец выражается, суржике разговаривал.
- Вообще-то, суржик - это смесь двух конкретных, русского и украинского, а не двух любых языков.
Сордар усмехнулся.
- Кажется, я начинаю понимать, почему кое-кто из моих сослуживцев, когда надо и не надо, говорит: "Ненавижу умных женщин!"
Марина в ответ корчит гримасу и показывает язык.
- А чего ты в "Кошачью" пошёл? Отцу хотел досадить?
- Именно. Хотел показать, какой я независимый.
- И как, получилось?
- Не знаю, но Херт был жутко доволен. Знаешь, в "Кошачьей" традиция - лучшие ученики проводят каникулы в одном из дворцов соправителя. А тем летом и сам Херт в этом дворце жил. Отец по делам к нему приехал, лучших учеников школы представляли Его Величеству. Меня в том числе. Тоже традиция. А я, как назло, самым лучшим был. Фото, где Херт мне руку пожимает, в кучу журналов попало.
- Я видела, тебя тогда, вроде, двенадцать, а ты уже почти с него ростом.
- Потом лет десять конкурс в "Кошачью" был куда выше, чем в "сордаровку".
- В ближайшие лет десять будет точно наоборот. А то и все двадцать лет так будет. Нас-то двое!
- Угу. Мне недавно командир "Дины" фото сына показывал. С большим таким фингалом под глазом. Думаю, ты знаешь, кто поставил.
- А я что? Он первый начал. Нечего было меня "ведьмой" дразнить!
- Хм. Я другую версию слышал...
Марина недоуменно закатывает глаза.
- Отец его хохотал - надо же, сын с Еггтом драться не побоялся. Конечно, смело! Но не надо обижаться, что его побили. Хотя командир "Дины" невысокий, щуплый, да и сын его, судя по фото, такой же...
Марина, ухмыляясь, демонстративно гладит кулачок:
- Я и повторить могу! Он, хоть и невысокий, но меня всё-таки вот на столько выше.
- Марин...
- Чего?
- А не боишься, что саму как-нибудь... поколотят?
- На войне, как на войне!
- Вот именно. Даже у войны есть законы. Только, они не всегда соблюдаются. Кстати, в детстве и я бы тебя, пожалуй, ведьмой назвал.
- Хм. А за что?
- Только притворяться не надо, будто не знаешь.
- А я и не притворяюсь.
- Знаешь, я окончательно поверил в легенду о зелёноглазости первых Дин только когда увидел, что у тебя глаза - зелёные. Раньше думал, что это ещё один миф про Еггтов, да и у мамы твоей глаза карие.
- А я вот всё такое воплощение мифов живое.
- Марин...
- Чего опять?
- Хотя я в детстве с девочками не дрался, для тебя бы, пожалуй, сделал исключение.