Ниночке было приятно, что вчера её встретил с работы Андрей, и, затаив дыхание, она вышла во двор больницы после дежурства. Но во дворе не было её вчерашнего галантного кавалера. Она немного подождала, а потом не торопясь пошла домой, как всегда привычным маршрутом. Уже почти у калитки она натолкнулась неожиданно на Пелагею Петровну – та неслась куда-то, как угорелая, и, замахав на Ниночку руками, побежала дальше. Может, что-то случилось?! Нина заторопилась, застучала каблучками по лестнице, впорхнула в прихожую. Возле порога на коврике стояли аккуратно начищенные туфли Андрея. От сердца немного отступило чувство страха и, справившись с дыханием, она вошла в гостиную. Андрей сидел и смотрел телевизор. Увидев её, он вскочил, как школьник перед учителем, и как-то замялся. Что-то произошло, ей не хотят говорить. Поняв немой тревожный вопрос в её глазах, он поспешил успокоить: всё в порядке, и после паузы добавил: «Вот решил сделать тебе предложение, ну то есть жениться на тебе. Как ты на это смотришь?»… Ниночка так и осталась стоять, застыв от неожиданности. Это было громом среди ясного неба, такого она точно не ожидала. Вот так и делают предложение?! Наверное, эта новость сразила не только одну её, подумала Нина, вспомнив встречу с хозяйкой. На такой поворот событий та, конечно же, не рассчитывала – выбежала, как ошпаренная.

Что бы не думала по этому поводу Пелагея, но всё же пришлось смириться. «Был Андрей и раньше твёрд в своих решениях, а теперь и подавно церемониться с ней не будет», – горевала она. Да, Ниночка совсем не пара ему, но поразмыслив, любящая мать решила проглотить эту пилюлю. Андрею, конечно, видней – красоты и молодости у неё не отнять, да и почти докторша, будет лечить, коли что, ведь уже годы поджимают, седина на висках. Делать нечего, надо готовиться к свадьбе. Событие на весь город! Она не должна ударить лицом в грязь.

Стали ждать приезда родителей Нины, которые были уже оповещены, и так как Андрея отзывали в столицу решать спешные дела, договорились не медлить и сыграть свадьбу сразу по их приезду.

Надо было, конечно, поухаживать за Ниночкой подольше – цветы там, шампанское, думал Андрей, но времени в обрез. Такая жена для него – это то, что нужно. Все знакомые так и ахнут, какую персону он откопал. Картину он повесит в холле, у себя в квартире, на самом видном месте – а вот и живой оригинал! Он представил себе, как отвиснут челюсти от такого феномена у всей окружающей его богемы, как в нужных кругах будут говорить только о нём и о его супруге, что несказанно возвысит его в глазах даже конкурентов, а о восхищении и зависти лучших друзей и нужных людей и говорить нечего!..

Они стояли на ступеньках крыльца, в тихой прохладе дивного летнего вечера. Андрей нежно обнимал свою будущую жену, целуя её прекрасные глаза и губки, а она, уже смирившись с ролью его избранницы, прижималась к нему, привыкая потихоньку к его ласкам. Надо было подготовить Ниночку к встрече с портретом, и он начал издалека, боясь испугать её. Андрей рассказывал, как случайно вчера увидел её сходство с той женщиной на портрете, что они вместе смотрели, когда были на чердаке. Такое случается иногда в природе и даже описано в литературе, ничего страшного в этом нет – связь веков или генетический каприз, вообще это, конечно, чудо, и его надо использовать. Им выпала такая удача. Сама богиня Фортуна посадила их в свою колесницу! Завтра они пойдут и спокойно посмотрят на её изображение, пришедшее из веков, а сегодня уже поздно и нужно отдохнуть. Завтра тяжелейший день подготовки к свадьбе, ведь ни платья, ни колец – ничего же нет!

Ниночка восприняла его рассказ как сказку: очень уж неправдоподобным он казался. А может, от любви к ней так разыгралась его фантазия художника? Всё навалившееся на неё разом забрало силы, выжало как лимон, и она еле добралась до своей постели. В её комнате было так хорошо! Из столовой слышался голос хозяйки и её будущего мужа. Она потихоньку засыпала в мечтах о предстоящих событиях, но мысли всё время поворачивались к одному – картина, портрет. Вот что больше всего растревожило и взволновало её, отодвинув на второй план даже приготовления к свадьбе.

Утро обрушилось с Андреем, вбежавшим в комнату с охапкой свежих лилий. В комнате разлился сладкий аромат счастья. И хотя лилии эти росли в хозяйском саду, Ниночке было приятно, что они сорваны были именно для неё. Потом началась такая суета, что некогда было даже что-то перехватить из еды. Пришлось отпрашиваться с работы, бежать с Андреем в ЗАГС, покупать свадебные наряды в местном магазине, потом ехать в ателье, где их подгоняли и переделывали. Уже весь городок шумел разговорами об их предстоящей скоропостижной свадьбе, и приходилось улыбаться всем, и знакомым и незнакомым, говоря что-то.

Они окончательно устали и выбились из сил. Близился вечер, когда, придя домой, им удалось наконец и утолить голод, и отдохнуть от хлопотного дня. Солнце подходило к горизонту, озаряя багровым пламенем землю, тронув последними лучами и её комнату. Ниночка наконец осталась одна. Завтра приедут мама и отец, может, и кто-то из родственников, а послезавтра будет её свадьба. Как удивительно! Даже порадоваться некогда. Андрей пошёл договариваться насчёт банкета в местном кафе, будущая свекровь тоже куда-то убежала со своими хлопотами. Жаль, что они так и не успели посмотреть тот портрет, что взволновал Андрея. Потом будет вечер, ужин… Нет, она сейчас же пойдёт и посмотрит его сама, пока ещё светло и никого нет.

И вот Нина уже там. Чердачное окно приоткрыто, и последние лучи заходящего солнца окутали золотистым нежным туманом небольшое помещение. Подойдя к нему, она остановилась. Возле картин, что они смотрели с Андреем, стоял раскрытый чемодан, заполненный наполовину, а вот и тот портрет, возле которого она чуть не упала в обморок. Он немного потускнел от времени, но был ещё красочным. Нина подошла поближе. Старинный мастер изобразил на нём одиноко сидящую женщину в золотом платье. Она расположилась на скамейке в старинном саду и кормит голубей. На красивом платье с ниспадающим длинным шлейфом, запутавшимся в траве, лежит раскрошенный хлеб, чёрные кудри разбросаны по оголённым плечам и – о, Боже! Женщина, как бы ожившая, вдруг посмотрела на неё своими миндалевидными тёмными глазами, пронзившим самое сердце взглядом. Да это же она сама! Ниночка вскрикнула. Она смотрела сейчас на портрет, как в зеркало. Только потрескавшееся полотно старинной картины да несоответствие одежды доказывают, что это не так. Удивление и ужас охватили её одновременно. Она закрыла глаза. Так вот почему Андрей так старался подготовить её к этой встрече. Сходство было действительно поразительным.

Немного успокоившись, она открыла их снова. Первичный шок прошёл, и она уже с интересом стала рассматривать картину. Женщина была как две капли воды похожа на неё, только постарше. Нина теперь в спокойном восторге созерцала её прекрасный золотой наряд, изящные руки, длинные пальцы, унизанные кольцами. В ушах были длинные змеевидные серьги, достающие до самых открытых белоснежных плеч, шею отягощало драгоценное ожерелье с зелёными камнями. Присмотревшись, Ниночка заметила, что женщина сидит на скамейке в том же самом саду, который она уже видела недавно на картине в старом корпусе больницы. Только там женщина была совсем другая. Взгляд чёрных глаз, смотрящих с портрета, опять впился ей в самую душу, в самое сердце, и заставил его бешено колотиться от сознания того, как глубоко она сейчас смотрит сама в себя. В тени деревьев сада, где сидела знатная дама, занятая кормлением голубей, ощущалась дивная прохлада, как в саду её хозяйки. А запах от земли и жасминовых кустов напоминал вчерашний запах лилий в вечернем саду, когда они с Андреем стояли на ступеньках крыльца. Чудесная аллея в золотых лучах заходящего солнца так манила и звала пройтись по ней. Там, вдалеке, кто-то окликнул ее, тихонечко позвав по имени. Нина встала со скамейки, отряхнула крошки с золотого платья, освободила шлейф от травы, выпрямила голову, зазвенев серёжками и украшениями, как будто оправившись от каких-то дум, медленно пошла по аллее, задевая своим шуршащим платьем кусты благоухающего жасмина. Её звали…