— Послушай меня, Тесс, — прошипела она. — Я не понимаю, почему ты живешь жизнью, уткнувшись головой в песок, но я люблю тебя, ладно, хорошо ты такая — какая есть. Но поскольку ты прячешь голову в песок, моя работа — присматривать за тобой, и прямо сейчас, я присматриваю за тобой. Ты прекрасна. Ты такая добрая, черт возьми, дорогая, слишком добрая. Я люблю тебя. Все в тебе это любят. Тебе сорок три года, у тебя был ужасных брак с королем всех мудаков, который, наконец, окончательно доказал, что он действительно король всех мудаков, а ты все еще так наивна и безгрешна, и это мило. Да. Поверь мне. Парни тоже так думают. Но твоя наивность делает тебя приманкой для игроков, тебе удавалось держаться подальше от них, потому что жизнь отпугивала гребаных жужжащих мудаков от тебя, а сейчас ты решила совершить прыжок с тем, кто тебе не подходит.

Он не подходит для любой женщины. Любая женщина, которая не зарывает свою голову в песок, взглянув на него поймет, что с ним весело поиграть, а затем пойти своей дорогой.

Но не ты. Ты начинаешь мечтать о белых заборах и экстравагантном торте на день рождения, пока мы не умрем в один день. Он начал все это дерьмо с тобой, это его марка, и я знаю, почему он вернулся, потому что ты наивная и невинная, и он думает, что это мило. Но он пережует тебя, Тесс, перемолет и выплюнет. Он уже это чуть не сделал, моя милая девочка, ты должна вытащить свою голову из песка и увидеть его таким, какой он есть на самом деле, и понять, что он сделает это снова.

— Мм-мм, — пробормотала Эльвира, и я повернула к ней голову.

И сказала, хотя знала, что для этой группы девчонок, буду звучать глупо:

— Вы не знаете его.

— Э-э... извини, но мы знаем, — тихо сказала Гвен, и я удивленно посмотрела на нее.

— Вы знаете? — Спросила я.

— Ну да. Это было недавно, но... — она посмотрела на Эльвиру, а потом на меня. — Он был... мой мужчина в определенном бизнесе, и была ситуация, когда я оказалась втянута, и Лукас также оказался в этой ситуации. Тогда он тоже был под прикрытием, и... — она сделала паузу, глубоко вздохнув, тихо закончила: — Прости, Тесс, он тоже был с девушкой во время той операции. Ее звали Дарла, она была шлюхой, настоящей ужасной шлюхой, за которой тянулся ворох больших проблем, но он делал вид, что с ней, хотя фактически и был с ней, чтобы поймать плохого парня. Это круто, что он так предан своей работе, но Брок Лукас, как известно всем, слишком серьезно предан своей работе.

Я смотрела на нее, понимая, что она говорит.

Я точно понимала все, что она сказала.

И штука, зажатая в животе, снова начала разворачиваться, шипеть, показывая клыки, готовясь нанести удар.

Черт.

Мне необходимо было выбраться отсюда, взять себя в руки, прежде чем она задушит меня или, что еще хуже, отравит.

— Мне надо идти, — прошептала я, отходя от стола.

Рука Марты по-прежнему лежала на моей.

— Нет, дорогая.

Я осторожно освободилась от ее руки и сделала еще один шаг назад, чувствуя все их нежные взгляды на себе.

— Я должна идти, — повторила я.

— Не думаю, что это хорошая идея, милая, — мягко сказала Эльвира.

Я посмотрела на Марту и прошептала:

— Я позвоню тебе позже.

— Тесс, милая.., — начала она в ответ, но я повернулась и побежала к двери.

Потом я поймала Аду, сказала, что у меня болит голова.

Потом я схватила сумочку и направилась к машине.

Я надеялась, что Эльвира, Гвен, Камилла или Трейси подбросят Марту ко мне, чтобы она смогла забрать свою машину.

Потом я тупо, по-дурацки сглупила зашла в магазин и купила по дороге домой упаковку пива «Буд» в бутылках, которое предпочитал Брок.