Глава 11. Проблемы с паразитами

– Чума Миров.

Я выговорила это, когда стало очевидным, что Веслав пока не может говорить. Йехар немедленно обогнал по бледности алхимика.

– Не может быть, – выдохнул он. – Это…это…

– Это очень страшно звучит, – подсказал Эдмус, которого слух не подвел: как только начало обсуждаться что-то существенное, шут оказался рядом.

– Ну, нет, это гадко! – не согласилась Бо, которая тоже на слух не жаловалась. – Это же такая болезнь, как простуда, но только хуже?

Да уж. Хуже.

Я вцепилась в пальцами в мокрую траву, чтобы этот солнечный и живой мир перестал раскачиваться вокруг меня. Два одинаково встревоженных и перепуганных лица – алхимика и рыцаря – все еще плыли перед глазами. Сам факт того, с кем придется сцепиться, подействовал как удар по голове кирпичом.

Еще два лица в это время выражали легкое недоумение.

Надо бы им объяснить. Рассказать. Почему молчат Веслав и Йехар? Они же лучше меня все знают. Или молчат именно потому, что знают?

– Чума Миров, – я прикрыла глаза и представила строчки учебника по темным существам и артефактам. – Иссушитель, или…

Тут я замялась. Никогда не могла заучить все эти латинские определения.

– Daemon desertus, – подал голос Веслав.

– Кто говорит про десерт? – с надеждой справилась Бо.

Пришлось сделать вид, что я ее не услышала.

– Да, спасибо… дух пустыни или пустынный демон. Один из самых страшных паразитов за всю историю миров.

– Стихийный глист? – поинтересовался Эдмус. Даром, что он зубоскалил: слушал-то очень внимательно.

– Сорняк.

Я не стала опровергать. Все-таки Веслав подобрал очень точное выражение.

– Существо, – уточнила я. – Паразитирующее в мирах, насыщенных магией. И уж если в какой-нибудь мир мистическим образом заносится его зернышко…

Строчки учебника, которые плыли у меня перед глазами, были сухими, но я не смогла продолжать.

– Оно появляется ниоткуда, - заговорил сам Йехар. – Нам доводилось слыхать, что посылается Высшими Силами в наказание какому-либо миру, якобы за грехи. Попав, куда следует, Иссушитель годы и годы тихо впитывает в себя силы людей, находящихся рядом с ним. Он запасает их впрок, чтобы однажды явиться пред всеми в своем чудовищном обличье и чудовищной же мощи…

– Идет своеобразное накопление энергии, – повторил Веслав то же самое, но в своем духе. – А хотите – сравните это с ядерной реакцией. После добора до критической массы…

И он руками изобразил живописный грибочек от взрыва.

– Оно бабахнет? – удивилась Бо.

– Нет. За сутки-другие оно выпьет девяносто процентов этого мира.

– Что?!

Ну вот, Эдмус уже проникся серьезностью ситуации. Осталось убедить в ней Бо.

– Энергетически. Чума Миров втянет в себя энергию жизни всего, что есть здесь: людей, деревьев, воды… После этой твари здесь останется, – для наглядности я повела рукой, – да ничего тут не останется. Бесплодная пустыня. А там, где роща – там будут торчать сухие стволы и валяться перышки от птичек.

Все посмотрели в указанном направлении так, будто и впрямь боялись увидеть вместо рощи сплошные сухие стволы. Потом опять на меня – настороженно.

Да я просто все как есть описала!

– После этого Иссушитель заляжет в спячку. Жизненный цикл завершится, он опять станет всего лишь зернышком… и будет ждать еще много тысяч лет, пока в мире опять не расплодятся люди, не вырастут деревья, не появится магия…

Бо смотрела на меня, приоткрыв рот.

– Зачем? – наконец спросила она.

На ответ у меня не хватило фантазии. Мы изучали историю и сущности темных существ, а не их психологию.

– А для него это естественно, как для человека – съесть ужин и лечь поспать, – ответил Веслав. – Природа такая.

Эдмус потер переносицу. Шут, ставший полководцем, ёжился как от сильного ветра.

– А у этого… Иссушителя… У него стихия-то есть?

– Он не принадлежит к стихиям, – отозвался Йехар медленно, – но пользуется поддержкой любой из них, когда ему будет угодно. Его сила чудовищна. Он видит умы насквозь…

– Я тоже так умею, – обиделась Бо.

Веслав тряхнул головой и отмерил между пальцами расстояние чуть меньше сантиметра. Потом ткнул пальцем вверх. Видимо, так он пытался изобразить разницу между способностями Бо и мощнейшим телепатом вроде Иссушителя.

– Ну, не может же быть он… или оно… страшнее всего войска моонов! – постарался ободрить нас Эдмус. – Конечно, я со своей стихией еще не совсем освоился, но если надо будет…

Веслав затряс головой с таким ожесточением, будто пытался привести в порядок мозг посредством взбалтывания.

– Иссушитель – это тебе не мооны, – раздраженно заметил он. – Хоть они и владели тьмой, но были полными тупицами. А эта тварь – и умная, и хитрая, и всего навалом. Кстати, мы вас не просветили, что она выглядит как человек? В смысле, воплощается в образе человека и остается в нем до того самого момента… ну, перед обедом.

Перед глобальным таким обедом. Лицо Эдмуса позеленело еще больше.

– А-а, это может быть кто угодно! – возликовала Бо. – А давайте поиграем в загадочки. Давайте угадаем, кто он!

Мы будем угадывать, а Йехар будет ходить и своим клинком упокаивать тех, на кого пало подозрение. Иначе – интересно, как? Чуму Миров можно уничтожить, только пока она в человеческом облике. Если твари вдруг надоест скрываться, и она примет истинное обличье – можно сразу искать в рюкзаке белые тапочки.

И подарить их этому миру.

Йехар и Веслав за время моих раздумий уже успели донести информацию до остальных. Йехар между тем прибавил:

– Единственное, на что мы можем надеяться – по мере созревания Чуме Миров все сложнее скрывать свою истинную сущность. Иссушителю нужно нечто, что может отвести глаза, скрыть, придать ложный облик…

– Как рубин вампиров?

– Очевидно. Но, - Йехар чуточку помолчал, однако все же решился, – я все еще не верю, что это может быть именно Иссушитель. Да, алхимик, я понял. Тела, которые мы видели за это время… все эти исчезновения и смерти в деревнях… говорят за это. Но предположить такое…

Он заметил, что мы смотрим на него с удивлением и недоверием и заключил со вздохом:

– Ну что же, будем надеяться на лучшее… а готовиться к худшему. И все-таки, мнится мне, Далларе лучше пока не знать о том, что мы открыли. Как и ее отцу…

– …и брату, да и вообще, всем, с кем мы познакомились, – подхватила я согласно. – Арка ведь нас не просто так высадила неподалеку от замка?

– Думаешь, Иссушитель…

Я развела руками. В последнее время изображать невинность у меня получается всё лучше.

Йехару, конечно, такая версия пришлась совсем не по нутру. Кому приятно, когда где-то рядом с твоей любимой девушкой ошивается паразит, который готовится попросту слопать этот мир и которого судьбы оного мира совершенно не волнуют (если мне не изменяет память, в учебнике было сказано, что Иссушители не испытывают человеческих чувств, а только искусно их имитируют). Светлый странник даже вскочил на ноги, готовясь защищать свою Даму от очередной напасти, но совладал с собой и проговорил:

– Полагаем, нам нужно спросить совета.

Веслав хмыкнул и опять растянулся на траве.

– У самого домина или кого из его придворных? Или здесь есть неподалеку специалист по Иссушителям?

– Здесь есть неподалеку специалист, - это слово далось рыцарю не без труда, - по всему. По правде говоря, это моя кормилица.

– Прелестно, – сказал алхимик, глядя в небеса, –теперь мне придется знакомиться с ордой твоих родственничков. Сперва кормилицы, потом набежит толпа двоюродных бабок – только поворачивайся – и если все они будут такими же, как ты, мне никакое сердечное не поможет.

– Тебе вообще только могила поможет! – вспыхнул Йехар, хватаясь за меч.

Мы с Эдмусом обменялись безнадежными взглядами. Эти двое умудрятся поцапаться даже на вершине извергающегося вулкана. И уже стоя по щиколотку в лаве.

– У тебя есть кормилица, это как крестная фея, да? – осведомилась Бо восхищенно. – О-о, а она добрая, да? И она тебе помогает?

– Дарит хрустальные туфельки твоего размера? – помогал Эдмус, который успел все же пробежать у меня на квартире книжку сказок и очень ею воодушевился. – Отгоняет от тебя этих… злых мачех?

– Ну… она просто старая женщина, которая любит уединение, – помедлив, отозвался Йехар, но мне показалось, что он как минимум не договаривает, иначе с чего бы нашему рыцарю прятать глаза? – Это не слишком далеко…