— И что? — прошипел Рави.

— Подзовите его, — велел денщик.

— Зачем?

Охтайр вздохнул:

— Вы же сами хотели проверить, кто это?

— Это всё-таки он? — при этой мысли наследника внезапно словно пронзило. Он невольно схватился на спинку скамейки, чтобы не упасть. Перед глазами снова встал тот далекий весенний день, залитый солнцем лес, молодая листва — и тело в петле, медленно, в судорогах, расстающееся с жизнью. Казалось невероятным, что несколько лет спустя судьба опять свела его с бывшим Преданным. Тот, правда, пока ни словом, ни делом не показал, что узнал бывшего начальника.

— И о чём с ним говорить? — прошипел Рави. Но его денщик уже отошёл, пожимая плечами с самым равнодушным видом. Дежуривший возле наследника Преданный — ежедневно кто-то из когорты состоял при своём начальстве — демонстративно отстранился, когда полукровка оказался слишком близко. Преданные недолюбливали Охтайра, несмотря на то, что когда-то тот был одним из них, хотя обычно воины элитного легиона крепко держались друг за друга.

В это время прибежал мальчик-паж, принёс лютню, и Шанирель кивнула Соэль:

— Сыграй и спой что-нибудь. Мне хочется послушать твоё пение.

— Простите, госпожа, — ответила та, — но я не умею…И Лейр тоже, — быстро добавила она.

Юноша, на которого все в эту минуту посмотрели, отвесил почтительный поклон.

Это был отличный повод, и Рави поспешил им воспользоваться, сделав решительный шаг вперед:

— Отказываешься играть для наследника? Кто ты такой? — он постарался вложить в свой голос как можно больше гневных и властных интонаций, какие легко удавались его отцу.

Лейр обратил в его сторону ясный взгляд, прижимая руки к груди и склоняя голову. Потом сделал несколько пассов руками и довершил это коротким танцевальным па.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Рави.

— С позволения милорда, он говорит, что умеет играть только на виоле и еще — танцевать, — прозвучал голос Соэль.

— Вот как? — отозвался наследник. На девушку он не смотрел, внимательно глядя на юношу и словно ощупывая взглядом его лицо. — Эй, ты! Как там тебя? Лейр? Подойди поближе!

Тот повиновался так спокойно, словно находился у себя дома, а эти молодые господа заехали в гости. Рави гордо скрестил руки на груди:

— Ты знаешь, кто я?

Лейр в ответ прижал руку к груди и отрицательно покачал головой. По губам его мелькнула тень улыбки.

— Смотри внимательнее! — наследник сжал кулаки. Взглядом он ощупывал каждую черточку лица юноши, пытаясь найти сходства и отличия. Память не обманывала — перед ним был его бывший Преданный, Лаэмир из рода Линнедар. Немного повзрослевший, немного загоревший, с лёгкими морщинками в уголках глаз и тенью улыбки на губах. Волосы, которым по уставу положено быть только до лопаток, отросли и были заплетены в косу. Актёрское трико плотно облегало подтянутую гибкую фигуру. Даже наброшенная сверху туника не могла скрыть его плечи, талию. Чуть склонив голову набок, он стоял перед наследником Раваниром, спокойно ожидая его действий.

— Ты знаешь, кто я? — повторил тот. — Отвечай!

— Что вы пристали к нему? — вмешалась Шанирель. — Он же никогда не говорит ни слова! Мне кажется, — добавила она, — здесь какая-то тайна!

Соэль тихо вздрогнула. Привыкшая на сцене к игре мимики и жеста, она сразу догадалась, что такой интерес высокого лорда к её спутнику вызван отнюдь не праздным любопытством. Неужели это правда?

— И потом, — продолжала Шанирель, — я уже хочу послушать песню. Спой что-нибудь, а мальчик тебе подыграет, — она кивнула пажу, который поудобней перехватил лютню, готовый играть.

Соэль была рада радёшенька отвлечь на себя внимание лордов от Лейра. Недолго думая, она затянула первую песенку, которая пришла на ум:

Вьётся тропинка,

Как паутинка –

След твой пропал в траве.

Словно в оконце

Солнце смеётся -

Яркий сияет свет.

Выйду я в поле,

Песню о воле

Громко я пропою.

Пусть свежий ветер

Всем, кто на свете,

Песню несёт мою.

Паж с трёх аккордов подхватил мелодию, уверенно перебирая пальцами струны. Придворные дамы, собравшись в кружок, слушали певицу. Улучив миг, Рави быстро шагнул вперед. Лейр даже вздрогнул, когда они оказались почти лицом к лицу.

— Ты меня совсем не помнишь?

Юноша нахмурился. Лицо его изобразило искреннее недоумение. Он пожал плечами, развел руками, показывая, что не понимает, чего от него хотят. И Рави заколебался. Он пристально всмотрелся в актёра, пытаясь уловить, не притворяется ли тот — и не заметил ничего подобного.

Охтайр и Преданный с двух сторон тоже смотрели на эту пару. И оба не вмешивались.

Песенка кончилась. Переждав бурные восторги и получив в подарок перстень с изумрудом, Соэль склонила голову:

— Я прошу у миледи позволения удалиться. Я проходила мимо случайно и не хотела мешать благородным господам.

— Мне понравилось твоё пение, — ответила Шанирель. — Вечером после спектакля ты споёшь её на пиру для меня?

— Как вам будет угодно, миледи.

Рави пристально смотрел, как уходят юноша и девушка — она впереди, а он вслед за нею — даже ни разу не обернувшись.

Тихий вздох вырвался у Охтайра. Денщик опять оказался рядом, незаметно и неожиданно, как всегда.

— Вы его видели, милорд?

— Да, — наследника передёрнуло. — Он смотрел мне в глаза…

— И как?

— Мне показалось, что я вижу смерть, — совершенно искренне ответил Рави.

Охтайр опустил голову, изображая поклон и скрывая улыбку.

Артисты успели отойти всего на десяток-другой шагов, когда из кустов на первом же повороте навстречу им шагнула высокая худощавая женщина. Простое платье серо-голубого цвета, то ли старое и выцветшее, то ли просто плохо окрашенное, было лишено узоров и отделки. Тёмный плащ был заколот обычной булавкой у самого горла. Капюшон надвинут на глаза, позволяя видеть только острый подбородок, тонкие бледные губы и кончик носа. Две длинные, чуть ли не до колен, белые косы спускались из-под капюшона из-за ушей. Но тонкие пальцы старческих сухих рук были усеяны перстнями.

— Ты пришёл, — прошелестел тихий невыразительный голос. — Я ждала.

— Но, — Соэль от страха забыла обо всем на свете, — мы не… Мы тут случайно!

— О, нет, — женщина рассмеялась. — Отнюдь нет. И этот милый мальчик знает, что это так. Ведь ты не просто так пришёл сюда? Посмотри на меня!

Она лёгким движением откинула с головы капюшон. И Лейр послушно уставился на незнакомку.

— Наконец-то мы встретились, — сказала она. — Я давно тебя искала.

Лейр молчал, ни единым жестом не выдавая своих мыслей и чувств.

— Кто вы? — вместо него пролепетала Соэль. — Мы вас не знаем!

— Ты, девочка, может быть, и не знаешь, — кивнула женщина, — а вот он… Неужели ты ничего не помнишь?

Юноша покачал головой.

— Странно, — незнакомка протянула руки, касаясь его висков и лба кончиками пальцев. — Очень странно. Я ничего не чувствую в тебе.

— Вы — Видящая? — осенило Соэль.

— Что, не похожа? — рассмеялась та. — Да, малышка, я — Видящая. Когда-то я была Хозяйкой этого Острова, но…

Глухо вскрикнув, девушка упала на колени.

— Простите! — запричитала она. — Умоляю, простите и не наказывайте нас слишком строго! Мы не хотели! Мы сожалеем, что не узнали вас! Мы просим прощения за то, что зашли в это место! Пожалуйста…

— Встань, — махнула рукой старая волшебница. — Я не собираюсь марать руки о какую-то девчонку. У меня есть дело поважнее.

Соэль вскочила и спряталась за своего спутника, обхватив обеими руками за пояс и уткнувшись ему носом между лопаток. О могуществе волшебниц ей не надо было рассказывать.

Лейр и бровью не повёл, оставшись с Видящей один на один. В его глазах не было ничего — ни удивления, ни страха, ни узнавания. Только ожидание — что еще скажет эта женщина.

— Хорош, — выдержав паузу, произнесла та. — И отменно владеешь собой. Но будь осторожен. Тебя хотят убить.

Юноша вопросительно шевельнул бровями и пожал плечами, выражая удивление и недоумение.

— Я не верю, что ты этого не знаешь, — ответила на немой вопрос Хозяйка. — Но если всё-таки захочешь со мной поговорить — найди меня.

— М-м? — заинтересованно склонил голову набок Лейр.

— Захочешь — сам узнаешь, где меня найти!

С этими словами старая волшебница просто растаяла в воздухе. Соэль, робко высунувшая нос из-за плеча своего друга, удивлённо захлопала глазами — только что Видящая стояла на месте, и вот её нет. И кусты не дрожат.