Обретение качественных и количественных возможностей коллективной силы и плодов её применения, недостижимых единолично, вожделенно многим. Но для «Homo Sapiens» открыты два варианта порождения разнородного качества коллективности: стадно-стайность и соборность, каждая из которых несёт свои плоды.

Принципиальное отличие их в том, что:

· стадно-стайность требует ото всех участников стада-стаи (кроме вожака) даже не осознанного отказа от своей воли, а настоящего — неподдельного — безволия, к чему под воздействием разного рода обстоятельств скатываются носители животного строя психики, строя зомби и демонического;

· соборность же требует ото всех её участников взаимно дополняющей согласованности воли каждого в коллективной деятельности в русле Божиего Промысла и достигается как качество на основе алгоритмики, свойственной человечному строю психики, устойчивому хотя бы на протяжении ограниченного срока времени [381].

Толпо-“элитарные” культуры не осознают этого различия либо, как-то осознавая (хотя бы в классификации больших и маленьких вождей на «мудрых» и «деспотов-самодуров»), не вырабатывают в себе осознанно волевого отношения к каждому из двух типов коллективности.

Качество коллективной силы вожделенно и пьянит, а безволие (либо отсечение воли от алгоритмики психики) легко достигается под воздействием алкоголя или курения табака (либо каких-то иных дурманов). Отсюда период игр с опасностями, в случае, если дети не смогли преодолеть власть инстинкта самосохранения, переходит в упоение стадно-стайными возможностями на основе искусственного подавления или отсечения от алгоритмики психики воли каждого из них (кроме вожаков и претендентов в вожаки [382]) в том числе и разнородными дурманами. Но и вожак, чья воля господствует в стаде-стае «Homo Sapiens», в подавляющем большинстве случаев — только лидер стада-стаи, но не свободен от алгоритмики её безволия, которая налагает определённые ограничения и на его волю, поскольку в противном случае у него самого есть шансы стать жертвой «автоматизмов» реагирования стада-стаи на то, что воспринимается ею как «безначалие».

Также одно из отличий стадно-стайности и соборности «Homo Sapiens» состоит в том, что в стадно-стайном состоянии блокируются составляющие интеллекта всех участников стада-стаи, кроме вожака. И как следствие, стадно-стайный эгрегор может действовать только на основе ранее наработанной его участниками алгоритмики поведения; и хотя обладающему волей и сознательной составляющей личностного интеллекта вожаку «экстрасенсорно» осознанно или бессознательно могут быть доступны информационные и алгоритмические (в том числе и интеллектуальные) ресурсы участников стада-стаи, но блокирование безволием личностных интеллектов исключает возможность порождения стадом-стаей интеллекта соборного типа . [383]

Соответственно, если период игр с опасностями перетёк в период увлеченности стадно-стайными эффектами, тем более на основе одурманивания себя, то это — неоспоримый показатель того, что волевые качества в психике ребёнка должным образом не развились. Одурманивание в последующем выльется либо в жесткую физиологическую зависимость от наркотиков либо в «культурное» питие «в меру» по праздникам и поводам. И то, и другое плохо, хотя и по-своему, поскольку одинаково разрушает сокровенный жизненный диалог человека с Богом, препятствует формированию мозаичного Богоначального мировоззрения и становлению человечного типа строя психики.

Но стадно-стайные эффекты свойственны не только мальчикам в возрасте выяснения отношений воли каждого из них с инстинктом самосохранения, но и девочкам, хотя в жизни девочек — в силу особенностей построения женской алгоритмики инстинктов самосохранения и продолжения рода вида «Homo Sapiens» — они выражаются в действиях, большей частью не представлявших угрозы их здоровью.

По крайней мере так было в историческом прошлом до тех пор, пока косметика не превратилась по существу в химическое оружие [384] (а возможно и в генетическое, поражающее будущие поколения); а миниюбки в сочетании с отказом моды от тёплого белья не стали угрожать переохлаждением органов, расположенных в тазу, на холодном ветру и на морозе при неумении произвольно владеть энергетикой организма и настраивать её под параметры окружающей среды; и пока не вошла в силу культура распущенности в половых отношениях под лозунгами “безопасного секса” как якобы жизненно необходимого и естественного средства эмоциональной разрядки и зарядки. Кроме того, сочетание миниюбки и ставшего модным дневного нижнего белья, не закрывающего промежность и ягодицы, создаёт дополнительный риск попадания разнородных инфекций в организм женщины «нижним путём» — по крайней мере в условиях летней городской жизни с её уличной пылью и грязью, далеко не стерильными общественным транспортом и другими общественными местами: достаточно один раз неудачно присесть — и возникнут неприятности (тем более при недоразвитой или ослабленной “заботами” медицины или весенним авитаминозом иммунной системе).

Преимущественная увлечённость девочек и взрослых женщин новым веяниями моды в нынешнюю эпоху, достаточно часто опасными для здоровья их самих или будущих поколений либо непосредственно, либо косвенно в силу неэргономичности [385] многих модных вещей и ритуалов введённого в моду свода правил «хорошего тона» той или иной субкультуры, — культурная оболочка инстинктивно обусловленной алгоритмики стадно-стайного поведения и привлечения внимания потенциальных партнёров для воспроизводства новых поколений вида «Homo Sapiens». Эта стадно-стайная подневольность текущей моде женщины носительницы нечеловечного типа строя психики продолжает действовать и после того, как она начинает жить семейной жизнью, и действует даже вопреки вкусам её супруга в области эстетики и сексуальных вожделений, чем сама женщина открывает возможность разрушения ею же её собственной семьи вследствие того, что она перестаёт быть сексуально вожделенной для мужа или становится вожделенной для кого-то постороннего.

В наше время, когда глобалистами толпо-“элитаристами” целенаправленно формируется бесполая культура толпы «unisex», под её давлением безволие мальчиков начинает выражаться в культурных оболочках в прошлом исключительно женских субкультур, а безволие девочек — в культурных оболочках в прошлом исключительно мужских субкультур [386].

Одно из выражений стадно-стайных эффектов, опасных не только для самих участников стада-стаи молодняка «Homo Sapiens», но, прежде всего, для окружающих, — подростковые групповые хулиганства и уголовная преступность, в исполнении девочек (это одно из следствий бесполой культуры «unisex») ещё более глумливые и жестокие, чем в исполнении мальчиков; и в городском исполнении — более жестокие, нежели в сельско-деревенском.

«Дедовщина» в вооруженных силах, в ряде случаев даже культивируемая офицерским корпусом в целях упрощения несения собственной службы и неформального уклонения от исполнения командирского долга [387], принадлежит к этому же множеству стадно-стайных уголовных проявлений ущербности скелетной основы нравственности и иных извращений и срывов в алгоритме становления личности на пути от младенчества до взрослости.

И непосредственная причина всех этих общественно опасных проявлений стадно-стайности состоит в том, что в возрасте 5 — 13 лет в личностном развитии детей, не обретших праведной скелетной основы нравственности, вследствие разрыва жизненного диалога с Богом (либо неспособности его вести осознанно), не состоялось становление воли. А в результате множество людей не обрели ко взрослости власти над инстинктом самосохранения и над сопряженной с ним инстинктивно обусловленной алгоритмикой стадно-стайного поведения.