Залитая ярким солнцем столовая большого, "пузатого" дома. Большой обеденный стол буквально ломится от свежеприготовленных блюд. За ним сидит единственный человек, пытающийся попробовать все поданные кушанья.     

- Очень вкусно! - новоявленный помещик сытно икнул и с удовольствием посмотрел на стоявшую рядом повариху, меняющую блюда на столе.   

- Старалась кормилиц! Всё для тебя! - женщина ловко положила в тарелку добавку. - Зайчатина с солеными грибочками. Отведай благодетель.   

- У-у-м, а пахнет-то как! Волшебница! Искусительница! - Рязанцев искренне хвалил работницу.   

- Горяченькое... Только, что из печи, - повариха продолжала суетиться у печи. - Поди, со вчерашнего утра во рту маковой росинки не было. Цельный день, да всю ночь по лесу... В сухомятку, на голодный желудок - как дикий зверь... - работница щебетала, переставляя чугунки в печи.  

- Да, уж! Пришлось мне ноженьки побить, - охотник с трудом отвечал сквозь набитый рот.   

- Батюшка - барин, давай я тебе ещё крылышко зажаристое положу, - настойчиво уговаривала служанка.   

- Авдотья! Твои угощения - просто чудо! Давно я так вкусно не ел. Спасибо! Но, прости! Я уже больше не могу, - юный обжора тяжело встал из-за стола и направился к выходу.

- Когда есть из чего готовить - всегда получается хорошо! А когда ничего нет кроме крапивы да лебеды... - то и похвастаться нечем. - Рукодельница вытерла руки об фартук, поправила на голове платок. - А с добычей-то, что прикажете делать. Вон сколько добра с охоты привезли. Гора целая. Лето на дворе - испортится всё.   

- Чего тут думать? - охотник на миг остановился, повел плечами. - Разделать его. Засолить и в холодный погреб.   

- В холодную столько мяса не влезет. Рассолов с солениями там много. - Авдотья спрятала руки за спину. - Кормилец облагодетельствуй! Разреши, замариновать, а потом закоптить. Глядишь до весны сохраниться! И на зиму будет, что поесть и гостям на праздничный стол поставить. Поверь мне... Такую вкуснотищу изготовлю, что пальчики оближись. Соли думаю, хватит, а за травками для вкуса схожу в лес с утра. Знаю одну полянку, где нужные растения растут для засола.

- Подожди... А у нас, что коптильня есть? - Рязанцев дойдя до двери, остановился.   

- Как не быть... Вон, на придворье, за баней, - кухарка показала рукой в нужную сторону, сквозь стену.      

- Х-хэх, - от неожиданности закашлял Алексей. Путник стремительно обернулся. И непонимающе посмотрел на повариху. - Ого, вы, что... - тут (Имелось в виду в этом далеком времени и в этой глухой забытом богом деревне!) уже мясо коптите и рыбу? А может быть! И колбасы начали производить? Или сыры копченые в косу плетете?

- Не знаю! Про, что ты кормилец сказываешь, - Авдотья по-деловому подперла бока руками. - Но, коптильня у нас есть. Да такая, что вся твоя добыча поместиться. Старый барин любил вкусно покушать. Рецептов насобирал - много! Да и я немало хитростей знаю. Мне ещё бабка рассказывала как с разными травами вкуснее мясо готовить.   

- Так всё интереснее и интереснее... Коптильня - это хорошо! А умелица в придачу к коптильне! Это просто замечательно!

Рязанцев задумавшись, совершил круг по кухне. Остановился и нервно закусил губу. Прищурился, а потом хитро посмотрел на собеседницу. Снова сел за массивный, дубовый стол.   

- Послушай, меня! С сегодняшнего дня подбери двух - трех умелых помощниц и начинаете коптить мясо, рыбу... Ну... И всё остальное чего вы там ещё умеете.   

- Да где же мы рыбу возьмем, Алексей Петрович? Реки-то у нас нет? Рыбку если хочешь - у соседей придется покупать! Или с ярмарки привозить, - от внезапного предложения хозяина искусница присела на краешек стула стоявшего рядом с печью.

- Озеро, вон за деревней. Вчера там рыба - кишмя кишила, - в экстазе Рязанцев приподнялся. Глаза его заблестели. - Я с Москвы как раз несколько рыболовных снастей привез. Покажу мужикам как правильно и много рыбы ловить.

- Так то, владения Киреева. А он к водичке никого не пускает, - попыталась образумить барина собеседница.   

- Ничего... Разжигай коптильню... Теперь это наше озеро! Поэтому с завтрашнего дня будет рыба и будет много. Может быть... даже... ещё две или три коптильни рядом построим... Да так и сделаем! Расширяться пора! А там глядишь, и конвейер запустим. Ну, и цех само сабой! 

- Ко... ко... ко.. кого запустим - растерявшись от напора барина, закудахтала работница. 

- Эх... Тут главное не скромничать. А то быстро опередят, - Алексей встал со своего места и воодушевленно начал ходить по комнате.

- У нас соли и специй не хватит, - совершила последнюю попытку образумить начинающего предпринимателя Авдотья.   

- Ничего... Соли и специй тоже скоро будет много... Есть одно место на свете - где они под ногами за так валяются... Бери - не хочу!      

- Господи! И куда мы столько копченостей девать будем? - широко открыв глаза, недоумевала повариха.   

- Хороший вопрос... И главное своевременный, - идейно помешанный новатор выдержал концертную паузу, пристально посмотрел в глаза женщины. - Голод в деревне от засухи... - вот - вот начнется! Плюс у родного и обожаемого помещика денег не хватает на любимую ляльку! Да по нынешним ценам... - ему вообще жить не на что! А она вопрос задает: "И куда мы вкусное мясо и рыбу девать будем?".

Кормилиц остановился. Свел брови. Сжал губы. Строго посмотрел на женщину.    

- Думай кудесница! Ду-май... А я пошел производство организовывать! Это же какое дело поднять надо! Ох, боюсь, до ужина не управлюсь...

   ***

У Настеньки Матвеевой сильно болело горло. Выпитая три дня назад кружка холодного молока, привела к тому, что девушка захворала, и её уложили в постель. Вчера днем в горле начало сильно першить, потом стало больно глотать. А с вечера пропал голос. Потому кроме сопения и шипения она ничего не могла произнести. Общаться с родными приходилось жестами и еле слышным шевелением губ.      

Беспокоясь о здоровье воспитанницы, Матрена с утра пошла в Немецкую слободу, звать иноземного лекаря. И уже скоро должна была вернуться и привести домой этого противного немчуру Пффафера со своими склянками.   

В узком кругу больных лекарь Олбрект Пффафер был известен как безжалостный борец с недугами. Он славился обязательным назначением горемычным страдальцам по поводу и без больнючих клизм. А также был любителем проведения слабительного кровопускания.   

От ожидания предстоящих процедур девушке становилась ещё хуже и невыносимо тоскливо.   

- Господи, ну почему мне так плохо и одиноко. Почему я такая несчастная, - красавица наговорив о себе много разных глупостей, расплакалась. - Одна! Одинешенька я! - На всем белом свете!

Наконец-то вернулась Матрена, которая с разрешения отца привела двух человек. Настя, не желая их видеть, спрятала голову под подушку. Приход медика обозначал неприятное время осмотра и лечения.   

- А тут этот изверг пришел не один, а с подмогой. Как будто один не справиться, - возмутилась мученица и ещё глубже зарылась в одеяло.   

- Вот, уважаемый доктор, наша больная козочка, - жалобно на распев произнесла воспитательница. - Плохо ей касатушке! Измучилась кровинушка вся. Горлышко у нашей лебедушки сильно болит. - Воспитательница нежно погладила одеяло любимой "малышки".

Гости подошли и остановились возле кровати больной.   

- Данке... Как чувствует себя наш больной? - с иноземным акцентом прозвучал скрипучий голос противного эскулапа - старикашки. Он колюче уставился на несчастную больную.