Глава 9

Дестин внезапно проснулся и сел на узкой койке. Вздрогнул и провел рукой по лицу. Его всё ещё преследовали кошмары. Он посмотрел на пустое место рядом с ним на постели и нахмурился.

«Когда, черт возьми, ушла Сула?» — задумался он, проведя ладонью по одеялу.

Оглядел тусклый интерьер комнаты. И очень быстро понял, что Сулы нет. Отбросив скомканные одеяла в сторону, он сел на край кровати. Дестин затруднялся сказать, сколько прошло времени. Исходя из своего опыта, предположил, что минуло всего несколько часов, так как никогда не спал больше.

Дестин мог списать столь глубокой сон только на усталость от предыдущей ночи и времени, проведенном с Сулой. Черт, как расслабилось его тело после оргазма, ему повезло, что не впал в кому! Он не помнил, чтобы когда-либо раньше испытывал столь сильный оргазм — или был настолько удовлетворен.

— Возьми себя в руки, Дестин. Что-то ты мягчаешь с возрастом, — пробормотал он вслух.

Вздохнув, он встал и направился в ванную. Та оказалась не намного больше той, к чему он привык дома. Прижав левую руку к панели на задней стене, Дестин быстро облегчился и скептически осмотрел душевую кабину. Если она такая же, как другие, то внутри его ждет тяжелый мыльный туман. Вода на корабле перерабатывалась и использовалась повторно. Это простая необходимость, учитывая, что в космосе её взять неоткуда.

Дестин вошел внутрь и зажмурился, когда включился автоматический душ. Образ обнаженной Сулы мгновенно возник в его сознании. Ощущение её кожи и вкуса всё ещё сохранились на его коже и губах. Он удовлетворенно улыбнулся, вспомнив, как она сдержанно вскрикнула, выгнувшись всем телом в его объятиях. Он посмотрел вниз и тут же скривился. Похоже, его члену тоже понравились воспоминания.

— Тоже мне открытие, — усмехнулся он.

Вытерев лицо ладонью, Дестин покачал головой от столь странных мыслей. Во время путешествия на Землю ему нужно сосредоточиться на делах, до которых у него раньше просто не доходили руки. Он так же должен связаться с Тимом, чтобы проверить, как дела дома.

Едва эти мысли промелькнули в его голове, как вся решимость сосредоточиться на них испарилась, и воспоминания о Суле снова вышли на первый план. Разочарованно зарычав, Дестин раздраженно открыл глаза и смыл с тела остатки воспоминаний о прошлом вечере. Закончив, подождал, пока теплый воздух из сушилки не испарит с его тела оставшуюся воду, и вышел из душевой.

В спальне Дестин поднял с пола сумку и положил её на стол. Расстегнул молнию и вытащил пару потертых джинсов, носки, боксеры и темно-синюю футболку. Ему не потребовалось много времени, чтобы одеться. Он быстро распаковал вещи, разложив их в встроенные в стену ящики, и запихнул сумку под кровать.

Присел на край кровати, натянул носки и ботинки. Затем застелил постель. Он на мгновение замер, поглаживая пальцами одеяла, на которых лежала Сула. Обеспокоенно поджал губы. Он привык просыпаться один. Обычно он и его партнерша сразу договаривались, что после удовлетворения физических нужд их ничто не будет связывать. Но то, что случилось между ним и Сулой несколько часов назад, всё изменило. Он хотел проснуться с ней в объятиях, в своей постели, крепко обнимая её, прежде чем заснуть. И сейчас, проснувшись в одиночестве, Дестин чувствовал, что это не правильно.

Его окатила волна раздражения. Для него это оказалась неизведанная территория, и он сомневался, что это ему понравится. Он не настолько сбрендил, не думал, что влюбился. Черт, он вообще не верил в возможность существования романтической любви. Единственное, что он осознавал, физическое влечение к Суле оказалось сильным как никогда раньше. Тем не менее этой привязанности точно было далеко до чего-то настолько неопределенного, как любовь. Он понимал это и признавал только похоть и страсть.

Эти две эмоции он уже видел и испытывал. Первую пережил ещё будучи подростком с девушкой в их старом районе. Теперь, вспоминая об этом, Дестин понимал, что это была скорее похоть, чем увлечение. В последующие годы он намеренно избегал женщин, желающих постоянных отношений. И прекращал их сразу же, как только упоминалось слово на букву «Л». Вот что ему нравилось в Марии. Она желала его тело, и он отвечал ей взаимностью. Они трахали друг друга, не желая и не ожидая большего. Это была отличная сделка, пока безумная ревность Колберта не сделала из Марии мишень.

Дестин покачал головой и быстро оттолкнул от себя чувство вины. То, что он отмахнулся от предупреждения Кали, всегда будет его преследовать. Если бы он прислушался к ней, то смог бы предотвратить гибель и страдания сотен, если не тысяч, ни в чем не повинных людей. Это бремя он будет нести на себе до конца жизни.

Дестин подошел к открывшейся при его приближении двери. И помрачнел, увидев на пороге Трига с поднятой рукой. Тот не упустил возможности окинуть пытливым взглядом через плечо Дестина полутемные апартаменты.

— Ты чего-то хотел? — спросил Дестин, приподняв бровь.

— Я собрался пойти чего-нибудь перекусить и думал, занят ты по-прежнему или уже нет, — ответил Триг с легкой ухмылкой. — Из-за твоей мрачной физиономии и резкого тона, я так понимаю, что дела с советником Усолеума пошли не очень хорошо. Они известны своей холодностью, хотя тебе вроде удалось разморозить эту ледяную принцессу. Я слышал, что эльпидиосианки известны своей агрессивностью. Аджаска предупреждал, быть осторожнее, они чертовы хищницы.

Дестин покачал головой.

— Мне не нужна нянька, особенно на борту корабля. Если ты будешь занозой в моей заднице в течение следующих нескольких месяцев, предупреждаю, что вероятней всего выкину тебя в утилизатор, — прорычал он, проталкиваясь мимо Трига. — И обсуждение моих отношений с Сулой под запретом. Если ты позволишь себе хоть один унизительный комментарий о ней, я выбью из твоей задницы всё дерьмо, прежде чем выкину в космос.

Триг поджал губы. Дестин не уверен, пытался ли тот сдержаться и не отпустить очередной язвительный комментарий. И просто обрадовался, когда Триг лишь кивнул. Дестин бросил взгляд на дверь рядом с его апартаментами и замер. Он хотел проверить в порядке ли Сула, но отказывался делать это, когда Триг стоял здесь, вмешиваясь своей любопытной задницей в ситуацию, с которой не известно, как справиться.

— Я мог бы узнать для тебя, там ли она, — предложил Триг.

Дестин раздраженно взглянула на Трига и лишь покачал головой.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не будешь занозой в моей заднице в течение следующих нескольких месяцев? — спросил он с мученическим выражением лица.

— Что такое заноза? — настороженно спросил Триг.

— Слушай, — ответил Дестин. — Пойдем чего-нибудь поедим.

Триг кивнул.

— Если это у тебя на заднице, то звучит не очень, — сказал он, скривившись. — Если поможет, я не вызывался на это сам.

— Ну, пока ты мне не расскажешь, почему Рейзор и Хантер назначили тебя моей нянькой, не жди от меня никакого сотрудничества или сочувствия, — возразил Дестин, заходя в лифт и отворачиваясь к стене.

— Заметано, — пробормотал Триг, следуя за Дестином. — Восьмой уровень.

— Урок шестнадцатый, — пробормотала Сула, глядя на экран. — Нет, не то. Урок двадцать первый, урок двадцать второй.

Расстроенная, она просматривала записи, ищя хоть что-то, что могло объяснить то, что случилось ранее ночью. С нарастающим раздражением она закрыла обучающие файлы, которые когда-то дала ей мать. До сих пор она не обнаружила ничего, что объясняло бы столь сильную физиологическую реакцию на прикосновения Дестина.

Её народ не касался друг друга губами. Они высказывали свою любовь соприкасаясь лбами и переплетая пальцы. Файлы показывали, как облегчить собственный дискомфорт, но не вдавались в физиологические отношения между мужчиной и женщиной, как в человеческом порно. Даже файлы её братьев оказались более содержательными.

Решив, что потратила достаточно сил и времени на эту тему, Сула открыла файлы по Бадрику и текущей ситуации на Земле. Чем больше она читала о Бадрике, тем больше ей хотелось, чтобы бывший советник Усолеума оказался жив, чтобы она сама могла его убить. Выяснилось, что у этого мудака имелись психологические проблемы, которые должны были выявить до того, как назначили его на должность. Сула подозревала, что лишь благодаря высокому положению семьи Бадрика в правительстве, подобные психические отклонения удалось скрыть. Она должна рекомендовать провести реформу в верхушке власти.