Между тем уже стемнело и лишь пламя костра освещало окрестности. Танцоры, которых становилось все больше, отбрасывали длинные призрачные тени, а музыка убаюкивала Кири. Это был праздник, а не заклинание духов, поэтому здесь царило буйное веселье. Люди сидели рядом, шутили и смеялись.

Кири, сытая и довольная, прислонилась к прохладной стене хижины и закрыла глаза. Она на мгновение вспомнила свою старую плантацию и тетку Грену. Там тоже бывали такие праздники, и Кири, тогда еще совсем маленькая, сидела на земле и зачарованно смотрела на длинные языки пламени, а в это время рабы танцевали вокруг огня.

— Эй! Ты что, заснула?

Кири испуганно вздрогнула. Перед ней стоял Дэни — большой и блестящий от пота. Он решительно взял ее за руку и заставил подняться на ноги.

— Идем танцевать!

Прежде чем Кири смогла хоть что-то ответить, он уже потащил ее к костру. И ее ноги независимо от ее воли сами стали двигаться в такт ударам барабана. Дрожь охватила все ее тело. Кири моментально проснулась. Она не могла противостоять желанию полностью отдаться музыке. Все быстрее и быстрее Кири вместе с другими рабами танцевала вокруг костра. Она присоединилась к женщинам, плясавшим во внутреннем круге, а во внешнем круге отплясывали мужчины. При каждом повороте ее взгляд на миг встречался с взглядом темных глаз Дэни. Музыка становилась все интенсивнее, а пение рабов, стоявших вокруг, громче.

Кири, словно в трансе, позволила увлечь себя. И вот в какой-то момент (она даже не знала, как долго она танцевала), чья-то сильная рука схватила ее и вытащила из хаоса музыки. У девушки закружилась голова. Ей надо было на что-то опереться, и она обнаружила, что стоит, прижавшись к Дэни.

Он отвел ее немного в сторону от костра, к хижинам. Не говоря ни слова, он обхватил ее лицо своими большими руками и закрыл ей рот поцелуем. Кири на мгновение показалось, что у нее подгибаются колени, а затем все ее тело охватила дрожь возбуждения. Так близко она еще не подходила ни к одному мужчине. Дэни гладил ее по плечам и по спине, и, пока он одной рукой притягивал ее к себе, другая рука уже искала ее грудь. Его поцелуй становился все настойчивее, и Кири почувствовала, что ее тело прижимается к его телу.

— Не здесь…. давай уйдем… а то другие…. — тем не менее сбивчиво пробормотала она.

Дэни мягко, но решительно подтолкнул ее в темноту между хижинами, туда, где к ним примыкали высокие кусты. Когда он осторожно уложил ее на землю, Кири почувствовала, что лежит на мягкой подстилке из пахучей зелени. Над ней простиралось черное небо с мигающими звездами, а отдаленные отблески костра заливали окрестности теплым красноватым светом. Кири закрыла глаза и полностью отдалась нежным прикосновениям Дэни. Она попыталась ни о чем не думать, но понимала, что с первого же дня, когда она увидела его у костра, ее тело тосковало по его телу.

Позже они расслаблено лежали друг возле друга. Костер между тем уже догорел, и до их зеленого ложа доносились отдаленные разговоры. Дэни играл с ее волосами.

— Ты никогда не думала о том, чтобы уйти отсюда?

Кири чуть не рассмеялась:

— Уйти? Куда? Чтобы меня сразу же поймали? Я ведь рабыня.

— Да, но есть места, где человек, даже если он… Ну, в общем, где его никто не найдет.

— Ах. — Кири отмахнулась. — Это всего лишь разговоры. До сих пор всех рабов, которые пытались бежать, — я имею в виду тех, которых я знаю, — ловили надзиратели. Они посылают за беглецами собак, и к тому же надзиратели на лошадях передвигаются намного быстрее, чем рабы пешком. И…

— И что?

Кири опустила глаза:

— Мне ведь так хорошо у миси, я не могу жаловаться. Без меня…

— Ты считаешь, что она без тебя не обойдется. — Дэни презрительно рассмеялся. — Кири, твоя миси сможет купить себе новую рабыню на любом углу. Через несколько недель она даже не вспомнит, как тебя звали.

— Нет, миси Джультта не такая. Когда она меня… когда масра купил меня, она была новым человеком в этой стране. И мне кажется, она была рада, что у нее есть я.

— Тьфу! — Дэни выпрямился, опираясь на локти. — Давай честно: ты могла бы уйти со мной, а я бы постарался, чтобы ты покинула это место и… Сегодня на это никто даже не обратит внимания. Мы сядем в мою лодку, и пока кто-нибудь заметит, что тебя тут нет…

— Нет! — резко сказала Кири.

Она села и снова завернулась в платок. Ей вдруг стало холодно. То, что она только что пережила в объятиях Дэни, было просто бесподобно. Такого с ней еще никогда не случалось. Но о том, чтобы сразу же принять решение и убежать вместе с ним, не могло быть и речи.

Его лицо было изумленным.

— Ты правда не хочешь? Я думал… каждый раб мечтает об этом…

Теперь у Кири появилось что-то вроде сочувствия к нему. Дэни, наверное, действительно любил ее, если сразу же предложил ей бежать вместе с ним. Кири, словно извиняясь, протянула ему руку и нежно погладила его по ладони.

— Дэни, я так не могу. Я нужна здесь…

— Но ты подумаешь об этом, да? Ты как… как моя жена среди свободных негров ни в чем не будешь нуждаться. Это я тебе обещаю.

Как его жена? Для Кири это действительно было слишком. Она только что в первый раз отдалась мужчине, а теперь он хотел…

— Я подумаю. — С этими словами она подняла Дэни на ноги и снова потащила его в направлении костра.

Карл не был отцом ребенка? Юлия снова и снова думала о значении этих слов. Это проливало свет на ситуацию с таинственным самоубийством Фелис. До сих пор Юлия исходила из того, что Фелис в приступе безумия бросилась в реку. Однако если она была беременна от другого мужчины, а Карл узнал об этом, то какие же страсти, наверное, разыгрались здесь, на плантации! Уже от одной мысли об этом Юлии стало плохо. Ее мысли вращались вокруг одного вопроса: что тут произошло?

Лишь сделав над собой огромное усилие, Юлия смогла сосредоточиться на других гостях. Ей с трудом удавалось вести короткие бессодержательные разговоры.

— Все в порядке? У тебя какой-то… отсутствующий вид…

Юлия даже не заметила, как рядом с ней появился Жан.

Она почувствовала близость и доверие своего друга, о котором так сильно мечтала, однако сейчас эта близость была опасной.

— Нет, все хорошо… Я просто немного устала.

Жан взял бокал шампанского у лакея, как раз проходившего с подносом мимо, и подал его Юлии:

— Вот, это должно помочь, у тебя ведь был трудный день.

Когда Юлия брала бокал, ее пальцы на мгновение коснулись его пальцев. И тут же все мысли о Фелис вылетели у нее из головы. Это было в прошлом. Здесь и сейчас — это реальность. Щекочущее напряжение, которое возникло между ними, сразу же заставило ее сердце биться чаще, и мотыльки в животе тут же затрепетали крыльями.

«Не здесь! — уговаривала себя Юлия. — Не сейчас!» Однако мысли о поцелуе не давали ей покоя. Чувствовал ли Жан то же самое? Их взгляды ненадолго встретились. Что отражалось в его глазах? Вожделение? Как из одной маленькой секунды возникает целая вечность? Юлия заставила себя отвести взгляд.

— Юлия, я…

— Не здесь, Жан, пожалуйста… не надо. Я… я должна заниматься остальными гостями. — И Юлия убежала, пока ее чувства не одержали верх над разумом.

Целый вечер она старалась сосредоточиться на других гостях, но ее глаза снова и снова искали Жана. А тот или вежливо беседовал с гостями, или с задумчивым видом сидел в одиночестве за столом. Он, однако, сразу же замечал, когда взгляд Юлии останавливался на нем, и тут же смотрел на нее в ответ, после чего она опускала глаза.

Поздно вечером большинство гостей уже попрощались, чтобы разъехаться по домам или остановиться в гостевых комнатах на плантации. Ивон приказал расставить факелы, которые освещали бы сад.

— Праздник удался.

Юлия даже не испугалась, когда рядом с ней вдруг появился Жан. Она очень устала и мечтала лишь о свежей воде, чтобы помыться, и о холодных простынях в своей постели. Однако ей придется ждать до тех пор, пока не уедет последний гость. Молодожены, извинившись, ушли еще пару часов назад. Естественно, под бесстыдное хихиканье гостей. «Если бы они знали… что это будет уже не первая брачная ночь!» — подумала Юлия.