— Нет.

Эрика помолчала. Значит, Райнгард в городе не появлялся.

— Ты ожидаешь известия, сестра?

Печальное выражение лица Эрики, казалось, заставило Клару что-то вспомнить.

— Собственно говоря, да. Я надеялась, что здесь появится мой муж, Райнгард. Два года назад он уехал в хинтерланд, и с тех пор я ничего о нем не слышала…

— Хм. — Клара удивленно приподняла брови и бросила короткий укоризненный взгляд на округлившийся живот Эрики.

Эрика пристыжено опустила голову. Она не могла объяснить Кларе положение, в котором очутилась, да и не собиралась этого делать.

— Ты говоришь, Райнгард? Хм. — Клара опустилась на одну из кроватей, которая тут же заскрипела и заметно прогнулась. — Да, когда-то приходило известие из Батавии. Это было где-то около года назад. Кто-то из братьев писал, что теперь он получил подкрепление. Поскольку я не знаю никого из братьев, кто числился бы без вести пропавшим или местонахождение которого было бы не установлено, с тех пор как я здесь нахожусь…

— Батавия? — с надеждой спросила Эрика. — Это ведь миссия на реке Коппенаме? Я могла бы туда…

Клара встала, уперев руки в бедра, и строго посмотрела на Эрику:

— Сестра, как давно ты находишься в этой стране?

— Около двух лет.

Клара фыркнула:

— Ну, ты здесь не многому научилась, не так ли? — Невозможно было не услышать упрека в ее голосе. — Да, Батавия — это один из наших миссионерских пунктов, но это — лечебница для прокаженных! Так что поездку туда можешь выбросить из головы!

— Для прокаженных? — Эрика побледнела. — Но…

— Никаких «но», девочка. Тот, кто однажды туда попал… Администрация колонии не любит, когда оттуда возвращаются.

— Но ведь каким-то образом можно узнать, действительно ли Райнгард там находится!

Клара раздумывала.

— Мы могли бы послать ему письмо.

— Письмо? — фыркнула Эрика. — Я уже два года ничего не слышала о своем муже. Может быть, он болен, может быть, ему нужна моя помощь… Я должна поехать туда!

— Тогда подумай хорошенько, как это сделать. Тем более что тебе нельзя никуда ехать в твоем… состоянии.

Эрика виновато опустила глаза. Ребенок… Она все еще не хотела думать о своей беременности, хотя ее было уже невозможно скрыть.

Лицо Клары немного смягчилось.

— А пока что ты можешь помогать мне здесь.

Подействовало! У нее все получилось. Пусть даже не сразу, а через очень долгое время.

Кири была уверена в том, что ее ночной ритуал наконец-то принес свои плоды: духи услышали ее, и теперь миси беременна. Правда, миси не сказала ей об этом прямо, зато Амру делала какие-то странные намеки. Да и потом, эта постоянная тошнота… Кири знала об этом от женщин-рабынь. Это был несомненный признак.

Кири, однако, удивляло то, что миси еще никому не рассказала о своей беременности. Даже Амру, которая, конечно, знала об этом, официально не была в это посвящена. Кири не полагалось рассуждать на эту тему, однако со временем она стала проявлять нетерпение.

Девушка размашистым шагом шла между хижинами поселения рабов. Было уже поздно. Она приготовила ванну для миси, а затем та разрешила ей уйти.

Теперь кое-что изменится, Кири была в этом уверена. Если у масры наконец появится ребенок (и лучше всего, если это будет сын), то он больше не станет раз в неделю ездить в Парамарибо. Кири хорошо знала, чем он там занимался. Но прежде всего в дураках окажется масра Питер. Кири захихикала. Все рабы возмущались поведением масры Питера, и когда распространился слух о том, что он вместе с миси Мартиной когда-нибудь получит в наследство плантацию, рабам это очень не понравилось. Однако на самом деле у них не было выбора, и Кири слишком хорошо знала, что никакие возмущения не помогут, ведь рабы не могли выбирать себе хозяев, но если какой-то масра обращался с ними хорошо, рабы с большей охотой работали для него. А масра Питер уже испортил отношения с рабами. Его грубые манеры, бессмысленные приказы надсмотрщикам, а теперь еще и странные опыты с лекарствами…

По-другому обстояло дело с миси Джульеттой. Рабы доверяли ей. Она никогда не обижала их и старалась делать все возможное, чтобы им было хорошо. Если ее сын хотя бы наполовину унаследует эти качества, он станет уважаемым масрой. Если бы только его отцом не был масра Карл и если бы сын не перенял его качеств… Но тут уж миси, конечно, проследит за этим.

— Почему ты сегодня такая веселая?

Кири испугалась, когда кто-то схватил ее за руку и затащил за хижину.

— Дэни! — удивленно воскликнула она. Ее сердце подпрыгнуло. — Зачем ты меня пугаешь?

Дэни ласково улыбнулся ей:

— Эй, а как насчет того, чтобы проявить хоть немного радости? Мы ведь так давно не виделись!

Кири позволила мужчине прижать ее к себе.

Он был прав: последний раз она видела его еще до отъезда в город.

— Ну, говори же, чему ты так радуешься? Или ты просто подумала обо мне? — Он пощекотал ей шею.

— Дэни, не надо… — Кири осторожно отодвинула его в сторону.

— Ах, перестань! Остальные уже возле лодки, и мне сейчас нужно уезжать. А я так надеялся встретить тебя…

Она почувствовала, как его сильные руки обхватили ее, и он снова притянул ее к себе. Откуда-то издалека послышался свист.

— Мне нужно уходить, маленькая Кири, — прошептал Дэни ей на ухо. — Но через три недели мы снова приедем. Будешь меня ждать?

У Кири не было возможности ему ответить. Он еще раз поцеловал ее и исчез.

Ее сердце успокаивалось очень медленно. Оно стучало так, словно Кири бежала несколько часов. Три недели… Конечно, она будет его ждать! Она уже сейчас скучала по нему.

В последующие дни Кири прилагала максимум усилий, чтобы миси Джульетта чувствовала себя хорошо и чтобы ей всего хватало. Но тем не менее миси казалась очень удрученной и состояние ее здоровья начинало вызывать опасения.

Был очень душный день. Даже дикие звери в джунглях притихли. Попугай Нико, нахохлившись, сидел на балюстраде. Сезон дождей в этом году начинался особенно бурно. Воздух, казалось, вибрировал, и уже пахло дождем. Амру во время приготовления пищи несколько раз озабоченно останавливалась и смотрела сначала на небо, а затем — на реку. Издалека донесся глухой раскат грома. Кири ждала, пока будет готова еда, которую она должна была отнести миси. Миси Джульетта удалилась в свою комнату. Ей стало плохо из-за такой неприятной погоды.

— Нехорошо, — пробормотала Амру. — Нехорошо. Кири, отнеси это миси. Если что-то понадобится — я в деревне.

Амру дала Кири тарелку и миску с едой для миси, а затем убежала с веранды, даже не убрав кухонную посуду. Это было не похоже на нее. Кири задумчиво наморщила лоб, но затем заторопилась в комнату миси.

Раскаты грома приближались. Их звуки казались еще более угрожающими и становились все громче.

— Побудь со мной, Кири. Эта погода…

Миси Джульетта сидела в мягком кресле у окна и заметно вздрогнула, когда молния ударила где-то неподалеку.

Кири уселась на циновку, лежавшую на полу. В душе она была рада, что может оставаться в доме, особенно тогда, когда начался дождь. Гроза, конечно, быстро пройдет, а она никуда не торопилась.

Однако дождь все шел и шел. Миси почти не притронулась к еде, а все читала книгу. Кири сидела у ее ног на циновке и плела маленькую корзинку. Обычно рабы просто сидели рядом со своими господами и ждали, когда те прикажут им уходить или дадут новые указания. Миси Джульетта же считала все это ненужным и разрешала Кири в ее присутствии заниматься мелкой ручной работой. «Если ты составляешь мне компанию, то также должна чем-то заниматься», — объяснила она своей служанке.

Они обе вздрогнули от испуга, когда Карл, промокший до нитки, внезапно с грохотом распахнул дверь.

— Почему вы здесь сидите? Спускайтесь вниз, нужно убрать вещи. Быстро! — крикнул он, подходя к миси, причем его сапоги оставляли большие грязные лужи на деревянном полу. Затем, схватив жену за руку, он поднял ее с кресла. — Ты тоже! — рявкнул он.